Мастер Соли и Костей (ЛП) - Лейк Кери - Страница 21

— Я хочу встречу с Бойдом. Как можно скорее. — странно, что он не пришёл ко мне с этим сразу, но я чувствую, что этот человек всегда питал ко мне и презрение, и страх.

— Я немедленно всё устрою. — Рэнд поправляет стулья, оставленные перед моим столом.

— Что касается этого маскарадного ужина… — Я провожу рукой по лицу, задерживаясь на глазах, чтобы потереть их. — Ну и представление это будет.

— Я займусь деталями и привлеку команду для работы над атриумом. А пока подберём вам смокинг и маску. — Он прочищает горло, сцепив руки за спиной. — Мне подобрать вам спутницу на вечер?

— Нет. — Я сжимаю переносицу. — Абсолютно нет.

— Прошу прощения за вмешательство, Мастер, но, возможно, их успокоит, если они увидят вас с… дамой. Вдова Ланкастер интересовалась вами.

— Ланкастер? — я опускаю руку с лица, хмурясь. — И в чём их беспокойство? В том, чтобы я был женат? Возможный наследник трона дерьма Блэкторнов, за которым они смогут наблюдать всю его жизнь? Пусть думают что хотят. Я не собираюсь жениться на какой-нибудь отчаявшейся женщине, которая на десять лет старше меня и стремится обеспечить себе будущее членство в загородном клубе. Я уже был в одном браке по расчёту.

— Понимаю. Всего лишь предложение. Я приступлю к этим планам.

— Рэнд? Сколько лет, ты говорил, компаньонке моей матери?

Он поднимает брови, словно вопрос застал его врасплох.

— Исадора? Ей девятнадцать, согласно досье.

Молода.

— Почему ты выбрал именно её?

— Во время телефонного интервью она показалась мне приятной, общительной и, ну… прошу прощения за прямоту, почти полной противоположностью вашей матери.

Я с неуклюжим фырканьем киваю.

— Истинная правда.

— Несмотря на внешность, она на самом деле весьма умна и хорошо разбирается в музыке и литературе, которые, похоже, нравятся вашей матери.

Закатив глаза, я качаю головой.

— Репертуар бесполезных любовных романов и устаревших композиторов.

— Именно. У вас уже была возможность с ней познакомиться?

— Мельком. Мы столкнулись прошлой ночью. Похоже, дерзкая. — я не утруждаю себя тем, чтобы добавить, что её смелое поведение показалось мне в некотором роде забавным, как если бы поддразнивать кошку, чтобы она выпустила когти. И экзотически привлекательной тоже — это я оставляю при себе.

— Странно. У меня такого впечатления не сложилось вовсе.

— Ну, не в первый раз я вытаскиваю из людей лучшее.

— И я уверен, её дерзость была встречена вашим неизменным обаянием. — в его честь, он опускает взгляд и улыбается.

Я усмехаюсь на это замечание, вытаскивая из внутреннего кармана пиджака портсигар с самокрутками.

— Боюсь, нет.

Прежде чем я успеваю схватить Zippo со стола, Рэнд уже рядом со мной, пламя готово.

— Я бы хотел дать ей шанс. Бог свидетель, ваша мать не была восприимчива, ну… ни к одной из компаньонок, которых мы приводили. Воспитанным и образованным. Исадора молода, но она другая. И пока что ей удаётся удерживать вашу мать вне постели дольше, чем кому-либо из остальных.

Прошло несколько недель с тех пор, как я в последний раз видел мать вне её комнаты. Хотя это и облегчило избегание её, мысль о том, что она чахнет там, гложет мою совесть.

Прощение никогда не было моей сильной стороной, но она всё же моя мать, независимо от нашей истории.

— Что ж, будем надеяться, что новая девушка приживётся. А пока, полагаю, у нас есть вечеринка, которую нужно спланировать.

— Я знаю, что званые ужины всегда вызывали у вас тревогу, но думаю, это правильный шаг.

— Без сомнений. Я повышу тебе жалованье, если ты найдёшь мне костюм, который сделает меня невидимым.

— Кажется, это называется «обыденность», сэр, и, к сожалению, вам она не к лицу.

С лёгким смешком я наклоняюсь вперёд и стряхиваю пепел с сигареты.

— Вижу, ты всё равно пытаешься заработать прибавку.

— Всегда нужно стремиться.

ГЛАВА 12

Люциан

Шестнадцать лет назад

Я ненавижу званые ужины.

Зажатый между моей матерью и недавно вышедшей замуж Дарлой Ланкастер, я бы лучше предпочёл сидеть между двумя стоматологами, делающими мне лечение корневых каналов по обе стороны лица без новокаина. Дарла наклоняется, показывая моей матери бриллиант в пять карат, оттягивающий её безымянный палец, и моя мать ведёт себя так, будто это самое впечатляющее, что она когда-либо видела.

Надо отдать моей матери должное — она умеет играть в эту игру лучше любой женщины в этой комнате. Если бы не это, я уверен, мой отец не стал бы с ней возиться.

Не то чтобы новый супруг Дарлы был чем-то примечателен. Парень вдвое старше её и, несмотря на деньги, которыми он любит хвастаться, он так и не удосужился удалить огромную бородавку с носа, из-за которой получил прозвище Тролль Ланкастеров.

Когда что-то обхватывает моё бедро, я напрягаюсь и ловлю лукавую ухмылку на лице Дарлы, пока она продолжает беседовать с моей матерью. Пока она тараторит о своей свадьбе, ведя рукой всё выше по моему бедру, моя мать сидит с другой стороны от меня, ничего не замечая.

— Я не могу дождаться дня, когда Люциан заинтересуется девушками.

— О… — рука Дарлы скользит обратно вниз. — Он… гей?

Я открываю рот, чтобы ответить, но мать отвечает за меня.

— О боже, нет. Он просто ещё не нашёл подходящую девушку.

Чёрт побери, я ненавижу, когда они говорят обо мне так, будто я не сижу между ними, пока одна из них меня лапает.

Я поворачиваюсь в кресле и замечаю Соланж, стоящую в стороне, готовую убрать тарелки, наполнить бокалы — всё, что от неё потребуется. Она скользит взглядом ко мне, лишь на мгновение, и внезапное сжатие в животе застает меня врасплох.

Мне не следует так к ней относиться. К прислуге, как называет их моя мать. Мы договорились встретиться позже вечером в пещере, и чем скорее закончится этот приём, тем быстрее мы сможем улизнуть вместе.

Рука Дарлы снова скользит по моему бедру, сжимая слишком близко к растущей эрекции, за которую, я уверен, она с радостью присвоит себе заслугу. Прочистив горло, я выпрямляюсь в кресле, спуская её руку к своему колену.

— Мэр Бойд! Так рада вас видеть! — поднимаясь со своего места, моя мать встаёт, чтобы поприветствовать ещё одного гостя ужина, и, когда она толкает меня локтем, мои плечи опускаются, и я следую её примеру. Впервые я не против сыграть вежливость, если это уберёт руки этой женщины с меня.

Рядом с мэром Бойдом, которого я встречал всего один раз раньше, стоит блондинка, возможно, моего возраста, с яркой улыбкой и голубыми глазами. Гладкий блеск её волос в сочетании с пышным платьем напоминает мне одну из кукол, которых моя мать держит взаперти в своей гостиной.

Без сомнения, моя мать думает о том же самом, когда берёт девушку за руки, вытягивая их, чтобы получше рассмотреть её платье.

— Боже, какая прелесть! Посмотри на это платье, Люциан, разве оно не великолепно?

Оленьи глаза девушки останавливаются на мне, её улыбка становится скромной, а щёки заливает румянец.

— Это моя дочь, Амелия. — Мэр Бойд кладёт руку девушке на плечо, и я замечаю лёгкое дёрганье её руки. — Её мать сегодня вечером почувствовала себя плохо, так что она любезно решила быть моей спутницей на этот вечер.

— Амелия, это мой сын. Люциан. — ещё один толчок — знак от моей матери сыграть роль, к которой меня приучали с тех пор, как я стал достаточно взрослым, чтобы пожимать руки и целовать костяшки.

— Приятно познакомиться, Амелия.

— Не так много энтузиазма, Люциан. — моя мать посмеивается, но я знаю лучше. Это предупреждение, что я недостаточно стараюсь. — После ужина, возможно, ты покажешь Амелии владения. Прогуляешься с ней по саду.

— Мне бы это понравилось. — в очередной раз глаза девушки сверкают, как у хорошо воспитанной дочери политика.

— Конечно. — я не могу заставить себя изобразить энтузиазм, которого от меня ожидает мать, но в то же время всего две недели назад я лечил синяк под глазом за свою дерзость.