Кина не будет - Каневский Александр Семенович - Страница 18

Те испуганно пятятся.

ПЕРВЫЙ: Нет, Нельсон, нет…

ВТОРОЙ: Мы что? Мы ничего…

НЕЛЬСОН: Вот и молодцы. (Кивает в сторону всё ещё лежащего Лёлика.) А когда атаман очухается, предупредите: ещё раз подойдёт к моей кузине, будет лежать дольше. А нож я забираю: дуракам нельзя иметь острые предметы — могут порезаться. (Берёт Елену за руку.) Пойдём!

Уводит её. Проходят мимо мальчишки, наблюдавшего эту сцену.

МАЛЬЧИШКА (в восторге): Ну, Нельсон! Ну, даёшь! Как ты его!

НЕЛЬСОН (забирает у него свою сумку и пожимает ему руку): Спасибо за информацию, я твой должник, если кто обидит, сообщи!

Уже знакомая нам гостиная. Аделаида катит из кухни сервировочный столик, на котором сахарница, конфеты, кофейник и три прибора. Она подкатывает его к диванчику с резными подлокотниками — на нём сидят гости: её племянник Валентин и его жена Анюта. Валентин большой, мощный, похожий на Илью Муромца после того, как тот поднялся с печи, на которой пролежал тридцать три года, готовясь к подвигам, а Анюта — маленькая, хрупкая, как Дюймовочка. Эта колоритная пара — родители Елены, с которой мы только что познакомились.

Разлив кофе по чашечкам, Аделаида усаживается в кресло напротив. Отхлебнув, спрашивает:

АДЕЛАИДА: Так о чём вы хотели поговорить?

Валентин делает глубокий вдох, решая, с чего начать, видно, что разговор предстоит нелёгкий.

ВАЛЕНТИН: Позвольте, начну издалека. Я где-то прочитал: «Умные мысли приходят тогда, когда все глупости уже сделаны». Это про нас с Анюткой. Мне уже под пятьдесят, я преподаю в школе математику, Анюте — сорок, преподаёт историю. У нас растёт Ленка, её надо одевать, обувать, оплачивать учёбу… Мы ещё тоже не старики — хочется пожить. Но на наши зарплаты не проживёшь, всё время гоняемся за подработками, всегда куда-то бежим. К ночи прибегаем домой и сразу валимся в кровать, но отдохнуть не удаётся: нам снится, что мы бежим. Встаём совершенно разбитыми и бежим дальше…

АДЕЛАИДА: Потому что ненасытны: ещё заработать, ещё купить… Откажитесь от излишеств и будете спать спокойно!

ВАЛЕНТИН: Для того чтоб отказаться от излишеств, сперва надо эти излишества поиметь…

Улица. Взявшись за руки, идут Нельсон и Елена.

НЕЛЬСОН: Ты к нам шла?

ЕЛЕНА: Нет, в книжный: предки просили путеводитель по Москве купить, они в столицу нацелились.

НЕЛЬСОН: Погулять?

ЕЛЕНА: Насовсем.

НЕЛЬСОН: Вот это новость! (Он ошарашен.) Чего вдруг?

ЕЛЕНА: Отец какой-то бизнес задумал. Там его ждут. И мама хочет.

НЕЛЬСОН: А ты?

ЕЛЕНА: Конечно, нет. Здесь друзья, подруги… (кокетливо добавляет) И ты, мой защитник… Ты этого подонка хорошо проучил.

НЕЛЬСОН: Да ладно! Просто нужно было перед тренировкой размяться.

ЕЛЕНА: Он не первый раз пристаёт.

НЕЛЬСОН: Больше не будет. И когда вы отчаливаете?

ЕЛЕНА: Скоро. Предки уже мебель продают.

Несколько секунд идут молча.

НЕЛЬСОН (после паузы): Грустно.

ЕЛЕНА: И мне.

Они доходят до книжного магазина, останавливаются.

ЕЛЕНА: Попрощаться придёшь?

НЕЛЬСОН: Конечно… Ну, пока!

Огорчённый, уходит.

Снова гостиная. Продолжается беседа Аделаиды и Валентина.

ВАЛЕНТИН: Я уверен, что вы нас поймёте. Вы тонкая, умная, мудрая, с большим жизненным опытом…

АДЕЛАИДА (прерывая): Ты говоришь обо мне так хорошо, будто я уже умерла.

Во входную дверь звонят. Аделаида приподнимается, но Валентин опережает её.

ВАЛЕНТИН: Сидите, я открою. (Идёт в переднюю и через минуту возвращается.) К вам гости.

Входят двое явных пенсионеров: сдобная старушка в цветном платочке на голове и мрачный худой старик в старом выцветшем кителе защитного цвета.

СТАРУШКА (кивая каждому): Здравствуйте вам. Мы насчёт Лёлика.

АДЕЛАИДА (удивлённо): Простите, с кем имею честь?

СТАРУШКА: Мы его бабушка с дедушкой, родители на Севере промышляют, вот мы за ним смотрим… Через улицу от вас живём.

АДЕЛАИДА: А кто такой Лёлик?

ДЕД (выкрикивает): Тот, кого ваш одноглазый бандит избил!

АДЕЛАИДА: А, теперь понятно. (Обращается к бабушке.) Нельсон так просто не ударит. Наверное, ваш внук слабых обижал, или к девочкам приставал, или…

ДЕД (прерывая её): Мы ещё разберёмся, кто к кому приставал!

СТАРУШКА (добавляет): Ваш сын нашему внуку два зуба выбил.

АДЕЛАИДА: Да? Маловато. Я бы ему за хулиганство все зубы повыбивала.

ДЕД: Аристократка драная! Да я тебе сейчас всю харю намылю!

Угрожающе рванулся к Аделаиде. Валентин вскочил, чтобы вмешаться, но она жестом остановила его, спокойно встала, сняла с подставки дуэльный пистолет и навела его на агрессивного гостя.

АДЕЛАИДА: Он заряжен, ещё шаг — и я влеплю пулю в ваш толоконный лоб!

Дед в испуге остановился, старушка засуетилась.

СТАРУШКА. Федя, идём! Она и вправду стрельнет.

Тянет его к выходу. Тот, пятясь, выкрикивает.

ДЕД: Мы на тебя, стерва старая, управу найдём! Напишем куда следует!

АДЕЛАИДА: Я вам даже подскажу куда. Судя по вашему кителю, вы легко вспомните: сначала участковому, затем в местком, в партком, в МВД и в КГБ, простите, в ФСБ… Ступайте, Шариков, ступайте! Не теряйте время!

Не выпуская из рук пистолет, она величественно указывает им на дверь.

ДЕД (продолжая пятиться, выкрикивает): Ненормальная психопатка!

Незваные гости поспешно покидают квартиру. Хлопает входная дверь. Аделаида кладёт пистолет на место и поворачивается к племяннику.

АДЕЛАИДА: Если бы пистолет был действительно заряжен, я бы в этого хама непременно пальнула, не так за «стерва», как за «старая».

ВАЛЕНТИН: Вы, тётя, не обижайтесь, но, по-моему, Нельсона надо приструнить: он уже не первый раз распускает руки.

АДЕЛАИДА: А я его поведение приветствую: защитить слабых — долг истинного мужчины. Мужчина должен уметь драться. Да, да! Именно драться, лицом к лицу с противником. В старину русские рыцари шли на врагов с палицами, мечами, пиками, саблями — они не боялись смотреть в лицо врага. А что сейчас за воины? Сидят в подземельях, нажимают на кнопки, а воюют беспилотники!..

АНЮТА: Тётя Адя, а почему вы ему не закажете искусственный глаз? Мальчик выглядит как пират. Сейчас их делают ювелирно, не отличишь от настоящего.

АДЕЛАИДА: Зачем? Он выглядит не как пират, а как воин. Я с детства ращу его воином. Не случайно в тот раз, ещё будучи пятиклассником, он бросился на взрослых хулиганов, которые обижали первоклашек…

АНЮТА: И потерял глаз.

АДЕЛАИДА: Но приобрёл уважение. И репутацию! Раны, полученные в бою, всегда украшали мужчин. Разве Кутузов стыдился своей чёрной повязки? Или Моше Даян? Или тот же Нельсон?! Наоборот: я настаиваю, чтобы он носил повязку! И хватит об этом. Вы же пришли не только затем, чтобы давать мне советы? Переходи к сути дела.

ВАЛЕНТИН: Перехожу. Значит так: в Москве у меня есть друг-адвокат, вместе в десантниках служили. Он давно звал меня в столицу, но я не решался. А вот сейчас меня серьёзно пригласили в корпорацию, занимающуюся продажей недвижимости. Мой одноклассник всего лет пять назад туда переехал, начал работать в морге и уже дошёл до чиновника мэрии.

АДЕЛАИДА: Шагал по трупам?

ВАЛЕНТИН: Зачем вы так? Просто в Москве — больше перспектив. Там меня поддержат, помогут открыть свою риелторскую фирму… Знаете, что это такое?

АДЕЛАИДА: Знаю. Недавно читала о них статью: «Преступления на рынке недвижимости». Значит, будешь жилплощадью спекулировать?

ВАЛЕНТИН (обиженно): Почему спекулировать? Я буду покупать полуразрушенные квартиры, перестраивать их, достраивать, реставрировать и только потом продавать.

АДЕЛАИДА: О, да ты — перспективный спекулянт. И зачем ты мне это всё рассказываешь?

ВАЛЕНТИН: Прошу помощи: мне нужны сто тысяч долларов, для раскрутки.