Бюро темных дел. Зловещая мелодия - Фуасье Эрик - Страница 8

Шанси на секунду оторвался от документов, чтобы взглянуть поверх очков на Валантена, и побарабанил пальцами по кожаному бювару на столе.

– «До получения более подробных сведений», угу, – повторил он с ноткой иронии. – Вы весьма удачно употребили этот оборот из арсенала юристов. Представьте себе, инспектор, одна из причин вашего присутствия в этом кабинете заключается как раз в необходимости получить более подробные сведения о том, что творится в западных землях, где мятеж, можно сказать, растворен в крови их обитателей. – Он указал на документы, которые только что просматривал. – У меня тут краткий обзор последних донесений из Бретани и Пуату, а также из Мэна и Анжу. Все докладывают об одном и том же: легитимисты готовят восстание. Целая тайная организация занята тем, что восстанавливает Королевскую армию[29], намереваясь свергнуть Июльскую монархию и возвести на трон герцога Бордоского[30]. Есть основания полагать, что сейчас там ждут одну важную персону, чей приезд станет сигналом к восстанию.

Сутулый человек сделал паузу, и Валантен, ощущавший все большую неловкость, этим воспользовался.

– Прошу прощения… – осмелился он начать, комкая поля шляпы у себя на коленях. – Не примите за дерзость, но я должен признаться, что не понимаю, с какой целью вы делитесь со мной подобными сведениями. Я простой полицейский. Мои служебные обязанности ограничиваются расследованием уголовных преступлений, в которых есть некие странности, сбивающие с толку обычных сыщиков. Дела политические выходят за рамки моей компетенции.

Последовала тишина, лишь усилившая замешательство, в котором пребывал молодой инспектор. Шанси и молчаливый Алкид Берне, теперь вставший у него за плечом, обменялись быстрыми взглядами, а у Валантена возникло впечатление, что чиновник с лентой Почетного легиона так растерялся из-за его слов, что ищет поддержки у человека в черном.

И будто для того, чтобы это впечатление подтвердить, ему ответил именно Берне, предварительно покосившись на циферблат великолепных каминных часов из золота и фарфора.

– Время поджимает, потому мы не можем дать вам исчерпывающее объяснение, – произнес он довольно резко. – Однако вам совершенно необходимо знать, что в западных провинциях мятежники вот-вот поднимут восстание и что предотвратить участие в нем широких народных масс – наша первейшая задача. Выполнить ее надобно любой ценой, ибо сейчас даже самый незначительный инцидент может спровоцировать население и стать той искрой, которая взорвет пороховую бочку. Правительству Его Величества Луи-Филиппа мы нужны именно для того, чтобы этого избежать.

Валантен не мог не задуматься, что означает это «мы». Мы – два инспектора? Или есть другие действующие лица, пока остающиеся за кулисами? Тем не менее он воздержался от комментариев на эту тему и решил всего лишь уточнить, чего ждут конкретно от него. Не зная, к кому из собеседников надлежит обращаться, молодой человек заговорил, намеренно переводя взгляд с одного на другого и обратно:

– Еще раз прошу прощения, но я по-прежнему не понимаю, каким образом могу быть полезен вам в этом деле. Вы сообщили мне о высокой вероятности вооруженного восстания в западных провинциях. Но обязанность наводить порядок в подобных случаях возлагается на армию. Если же речь идет о наблюдении за потенциальными возмутителями спокойствия здесь, в Париже, вам следует обратиться к начальнику бригады «Сюрте». Вынужден повторить, что я не тот, кто вам нужен.

Впервые с тех пор, как он переступил порог министерского особняка, Валантен увидел, что человек в черном вдруг потерял свою невозмутимость: тонкие губы дрогнули в досадливой гримасе.

– Не стоит себя недооценивать, инспектор Верн, – проговорил он. – И прежде всего не стоит недооценивать тех, кто выбрал вас, полагаясь на ваши способности. Вас призвали сюда именно потому, что вы умеете разгадывать самые, казалось бы, неразрешимые загадки. Дело в том, что недавно в местечке Леже неподалеку от Машекуля на земле Вандеи были совершены два крайне необычных убийства. Двух мужчин задушили в бокаже при обстоятельствах, мягко говоря, выходящих за рамки обыденных. Местные жители уже шепчутся о ритуальных жертвоприношениях и колдовских проклятиях. Если в ближайшее время на это темное дело не прольется свет, все может обернуться катастрофой…

– Что вы имеете в виду?

– На беду оказалось, что обе жертвы при жизни подозревались в симпатиях к карлистам[31]. Учитывая общее положение дел на западе, которое мы вам только что обрисовали, полагаю, теперь вы будете лучше понимать, чтó поставлено на карту, когда приступите к расследованию на месте.

Прежде чем Валантен успел на это отреагировать, Шанси решил вернуть инициативу себе. Он снял очки, откашлялся и заговорил, глядя молодому инспектору в глаза:

– Мы хотим любой ценой пресечь распространение уже появившихся слухов и домыслов по поводу означенных двух преступлений. Представьте, чем все обернется, если зачинщикам восстания удастся убедить местное население, что в таинственных убийствах виновны лазутчики, отправленные к ним властями. Тогда не только вся Вандея, но и Нижняя Луара[32], и Дё-Севр, и Мэн-и-Луара возьмутся за оружие!

Валантен оцепенел.

– Черт побери! – вырвалось у него, и он нахмурился. – Я даже не подозревал, что все настолько серьезно. Что именно от меня требуется?

– Я хочу, чтобы вы сегодня же отправились в Леже. В течение часа за вами прибудет карета. Инспектор Берне поедет с вами, он и посвятит вас во все подробности дела по пути. Помимо этого, он станет вашим связным на месте, но проводить расследование вы будете сами, внедрившись в тайное общество легитимистов. Должен предупредить: ваша миссия не лишена опасности. В стане врага никто не должен заподозрить, что вы служите в полиции, иначе вас попросту устранят как шпиона на жалованье у правительства.

С этими не слишком обнадеживающими словами Шанси поднялся, давая тем самым понять, что разговор окончен. Он обошел стол и, подхватив Валантена под локоть, проводил его до потайного выхода из кабинета.

– Не стану скрывать, наверху на вас возлагают большие надежды, – шепнул Шанси Валантену с доверительным видом, когда инспектор Берне уже переступил порог. – Все ждут от вас проницательности и быстрых действий. Чем скорее вы прольете свет на эти преступления, тем лучше для всего королевства. Однако будьте предельно осторожны. Необходимо соблюдать строжайшую тайну. Никто не должен знать об истинной сути вашей миссии – не только чужие, но и близкие вам люди. От этого зависят ваша безопасность и жизнь всех вовлеченных в это дело.

Прежде чем попрощаться, Валантену нужно было прояснить еще один момент, который не давал ему покоя с тех пор, как он узнал, что угрюмый агент охранки с повадками гробовщика назначен ему в напарники.

– И последнее, – начал он, нарочно повысив голос, чтобы Алкид Берне слышал его из коридора. – Правильно ли я понял? Предполагается, что на месте я должен вести расследование самостоятельно, а инспектор Берне будет лишь оказывать мне посильную помощь по моему запросу?

– Можете не сомневаться – вы будете вести расследование так, как сочтете нужным, – подтвердил заместитель Казимира Перье, похлопав его по плечу со слащавой улыбкой. – Наш друг Берне будет находиться рядом, в тени, прикрывая тылы. В каком-то смысле его роль сводится к тому, чтобы служить вашим ангелом-хранителем.

И тут человек в черном потерял хладнокровие во второй раз – всего на секунду. Новая гримаса исказила и без того изуродованное лицо, а в глубине парализованного глаза вспыхнул и тотчас погас странный огонек. Эта мимолетная реакция, однако, не ускользнула от опытного взора Валантена. Молодой инспектор подумал, что, если он сейчас и обзавелся хранителем, то ангельского в нем, похоже, не так много, как обещано…