Пламя и пепел. Обещанные (СИ) - Хабарова Леока - Страница 49

— Ты… любил её? — выпалила она.

— И люблю до сих пор, девочка, — подтвердил Улсадру. — Такие, как Ширайни, рождаются раз в тысячу лет.

— Но бабуля не отвечала взаимностью, — осторожно предположила Лави.

Улсадру посмотрел серьёзно.

— Ширайни Луум принесла миру великую жертву. Саму себя. Она отказалась от благословений Сумрака, утратила статус старейшины и большую часть силы, лишь бы прекратить бессмысленную войну. Ширайни навсегда покинула Бессолнечные земли. Она вышла замуж за наследника престола и родила ему дочь, твою бабку. Это и стало залогом спокойных лет.

Лави понимающе кивнула… и тут же нахмурилась.

— Бабуля была старейшиной?

— Да, — кивнул Улсадру. — Мудрой и справедливой. Слепая уже тогда ненавидела её лютой ненавистью. Зависть — страшная штука, Бьёрг. Когда Ширайни предложила свой план, Слепая стала первой, кто поддержал затею. Очень уж ей не терпелось сплавить подальше соперницу.

Лавьен помрачнела, припомнив, как Слепая «сплавила» её саму в отряд Будгры, и к чему это в итоге привело.

Да примет тебя Сумрак, Эйла Си Даар! Да примет тебя Сумрак…

— Почему ты ничего не говорил мне? — спросила Лавьен. Вопрос прозвучал жёстче, чем планировалось, но мягче, чем хотелось. — Почему скрыл, что Ширайни — моя родная бабка⁈

— На то две причины, — со спокойствием каменной глыбы изрёк Улсадру. — Во-первых, Ширайни просила ничего не рассказывать. А во-вторых…

Но Лави не дала закончить. Перебила.

— Если бы ты сказал раньше, ишидари не насмехались бы надо мной, — сухо выцедила она. — Старейшина не унижала бы при всех. Не гнобила, как последнюю приблуду!

Не мудрствуя лукаво, Улсадру огрел её посохом по спине.

— Ай!

— Ты где растеряла мозги, бестолочь? — спросил строго. — Спутала Подземье с миром людей? Откройся мы раньше, ишидари сочли бы тебя трусоватой выскочкой, что прячется за именем великой бабки. А сейчас я везу к ним героиню. Истребительницу кадавров. Грозу некролитов. Чародейку, что сошлась лицом к лицу с самим Драксусом и выжила!

— Я не сражалась с Драксусом, — напомнила Лави. — Я сдалась ему добровольно.

— Ты сдалась, чтобы вызволить пленных, — указал старый урглам. — Это ли не подвиг? Запомни, девочка, для ишидари дела важнее слов. И уж куда важней титулов.

Лави покосилась на учителя.

— Ты ведь один из них, верно?

— Из кого?

— Из шепчущих.

Улсадру скривился, будто целиком проглотил кислющий заморский лимон.

— Принц проболтался?

Лавьен улыбнулась.

— У нас с Рейнаром нет секретов друг от друга, — заявила с напускной гордостью и, чуть понизив голос, добавила: — Хотя этот конкретный пришлось выпытывать.

— Каким же способом?

— Тебе его не освоить. — Лёгким ударом пяток она взбодрила заленившегося носорога. — Долго нам ещё ехать?

Глава 40

Настоящее. Долина близ Сломанного хребта

Войско (если только это сборище можно назвать войском) было разношёрстным. Селяне с топорами и вилами, хмурые кузнецы с кувалдами, пастухи, коробейники, батраки, диковатые егеря, дровосеки, конюхи, гвардейцы-дезертиры и прочий люд. Безусые юнцы стояли рядом с почтенными старцами, крепкие — кровь с молоком — сельские бабы жались к плечистым молодцам. Ополчение не знало ни строя, ни порядка. Даже белый стяг был всего лишь чьей-то рубахой, и то порядком изгвазданной. Измученная долгим переходом толпа во все глаза взирала на Рейнара. А он смотрел на них.

Бедные, бедные люди…

Они шли много дней, чтобы узреть истинного короля, паладина, защитника… а увидели такого же, как они, оборванца. Дикаря верхом на носороге, с ордой ургламов за спиной. Полк правой руки возглавлял Будгра. Полк левой — Костяное Копьё. Промозглый ветер трепал чёрно-красные ургламские флаги.

Молчание затягивалось. Носорог под Рейнаром фыркнул и заплясал.

— Кто вас ведёт? — громко крикнул Рей, и изо рта вырвался пар.

Толпа расступилась, пропуская лидера. Высокого, сутуловатого, но жилистого. Рейнар узнал его не сразу — борода сбила с толку, — но всё-таки узнал.

— Танмар?.. — проговорил, не веря глазам. — Ты?

Танмар вскинул вихрастую голову. Посмотрел дерзко, совсем не так, как смотрят слуги на господ. Впрочем, Рей никогда не обходился с ним, как с прислугой.

— Я.

Возможно, требовалось дождаться каких-то слов, объяснений, выслушать приветственные речи или сказать самому что-то умное, длинное и пафосное, но Рей не стал. Он слез с носорога и устремился вниз, в долину. Спустился быстро, местами прыгая с уступа на уступ, приблизился и…

Обнял Танмара крепко-крепко. А тот обнял его.

— Живой, бродяга!

— Живой, твоё высочество. — Танмар похлопал его по спине. — А мы уж по тебе тризну справили, когда весть пришла, что ты в тундре сгинул.

Рей нахмурился.

— И от кого же пришла такая весть?

Танмар хмыкнул.

— От магистра, от кого же ещё. Чтоб его наизнанку вывернуло!

— Вывернет, — пообещал Рейнар.

Танмар прищурился и скользнул взглядом по войску на Сломанном хребте.

— Смотрю, ты подчинил себе ургламов. Силён!

— Я их не подчинял, — ответил Рейнар. — Они мои товарищи. Так же, как и ты.

Танмар угрюмо помолчал, но всё же кивнул.

Рей улыбнулся и снова хлопнул его по плечам.

— Спасибо, что вывел людей, дружище. Долго вы шли?

— Порядочно… — Танмар обернулся и посмотрел на ополченцев. — Они валятся с ног.

— Ничего, — ободрил Рейнар. — Сразу за хребтом — убежище. Добрая еда, тюфяки, горячие источники…

— И ургламы, — буркнул Танмар.

— Не без этого. — Рей серьёзно посмотрел на товарища. — Мы теперь союзники, Танмар. Они хлебнули от Драксуса не меньше нашего, уж поверь.

— А твоя Серая? — спросил друг. — Тоже с тобой?

— А что, если да? — Рей сложил руки на груди и набычился.

Танмар качнул головой и криво усмехнулся.

— Стало быть, слухи не врут.

— Не врут, — кивнул Рей и задумался: откуда вообще эти слухи берутся? — И не называй её серой. Я никому не позволю оскорблять мою женщину. Даже тебе. Это ясно?

— Ясно, ваше высочество.

— Величество, — поправил Рейнар и, чуть отстранив друга, шагнул вперёд, к толпе измученных, перепуганных людей.

— Подданные Инарии! — выпалил звучно. — Я ваш король и вы под моей защитой. Ургламы больше не враги нам. Никто не причинит вам вреда — я лично гарантирую безопасность каждому. За хребтом вас ждёт сытный ужин и возможность отдохнуть. Идите за мной и сразитесь с тьмой или возвращайтесь под власть магистра, чтобы раствориться в ней без остатка! Выбор за вами. Решайте.

Над лощиной повисла тишина. Долгая. Тревожная. И такая густая, что даже ветер не рискнул её нарушить.

Рейнар напрягся. Затаил дыхание. Каким будет ответ? Примут ли люди союз с ургламами? Или объявят его предателем и разорвут на куски прямо здесь, внизу? Если так, даже Будгра не успеет вмешаться…

Минуты текли медленно, точно капли хлопкового мёда по веретену. Толпа молчала. Рейнар ждал.

И вдруг вперёд выступил кудлатобородый здоровяк в изорванном, видавшим лучшую жизнь сюртуке.

— Мою жену и шестерых детей ни за что ни про что угнали в лагеря. По мне уж лучше союз с ургламами, чем власть магистра. — Он вскинул кулак. — За принца Рейнара!

Рядом с ним встала крепкая пышнотелая баба из сельских.

— Люди магистра объявили моего мужа отступником и повесили! — заявила она. — За принца Рейнара!

— У меня отняли лавку, — подал голос щуплый старичок с эмблемой торговой гильдии на лацкане. — За принца!

— Меня выгнали со службы!

— А меня — с детями из дому! За принца!

— Весь урожай забрали в Алый орден! За принца!

— Меня отстегали плетьми на площади!

— Меня снасильничали!

— Долой магистра! Долой лорда Драксуса!

— За принца Рейнара! За принца! За принца!!!

Гул голосов разнёсся над лощиной и эхом отразился от обрывистых склонов Сломанного хребта. Будгра затрубил в рог. Ургламы развернули белые полотнища, и Рей облегченно выдохнул.