Рыжий (СИ) - "Tasadar" - Страница 31

Я лишь обречённо вздохнул.

— Ладно, пошли.

И мы уже вдвоём бросились к разрушенной палатке.

Краем глаза я успел заметить, как бегущие впереди близнецы, Джинни и Гермиона обернулись в нашу сторону. Гермиона тут же дёрнулась, явно собираясь рвануть следом, однако один из братьев перехватил её за руку и что-то быстро зашептал ей на ухо.

Она недовольно поджала губы. В её глазах мелькнула тревога, однако на этот раз здравый смысл всё же одержал победу над гриффиндорскими порывами. Гермиона продолжила вместе с остальными пробираться к кромке леса, хотя заметно сбавила шаг и то и дело обеспокоенно оглядывалась через плечо.

Мы подбежали к ней. Увидев нас, девочка ещё сильнее сжалась и попыталась отползти подальше, поближе к обломкам палатки. Я медленно, стараясь не делать резких движений, опустился перед ней на корточки.

— Эй, эй, спокойнее, малышка, мы не причиним тебе вреда, — мягко произнёс я. — Ни я, ни этот большой и очень грозный на вид парень. — Я кивнул в сторону Гарри. — На самом деле он совершенно безобидный.

Гарри бросил на меня короткий взгляд, но благоразумно промолчал.

Девчонка непонимающе смотрела на нас, лишь переводя огромные глаза с меня на него.

— Мы просто хотим помочь и отвести тебя к твоим родным. Ты знаешь, куда они пошли? Где они сейчас? — спросил я уже медленнее, стараясь говорить максимально чётко.

Она громко шмыгнула носом и покачала головой из стороны в сторону.

Что ж, дело дрянь. Ну да ладно, заберем ее с собой, а там уже разберемся по ситуации. По крайней мере, когда этот цирк с огнями закончится и лагерь успокоится, отец наверняка придумает, что с ней делать, и мы без проблем найдем ее семью.

Девочка смотрела на нас уже без прежнего ужаса, но всё еще с явной настороженностью.

— Тебя как зовут, малышка?

В ответ она лишь растерянно заморгала.

— Вот этого большого и страшного на вид парня зовут Гарри, — продолжил я, кивнув в сторону Избранного. — И несмотря на весь его суровый вид, на самом деле он очень хороший. Мы оба хотим помочь тебе и защитить тебя, но для этого нам нужно немедленно уйти отсюда. А потом мы обязательно найдём твою семью. Договорились?

Где-то в стороне с оглушительным треском разорвалось очередное заклинание, раскрасив ночное небо оранжевой вспышкой.

Девочка всем телом вздрогнула, а в следующую секунду метнулась ко мне и мёртвой хваткой вцепилась в рукав моей куртки.

Я лишь ободряюще улыбнулся и осторожно провёл рукой по её спутанным светлым волосам. На мгновение она напряглась, словно ожидая чего-то плохого, но затем постепенно расслабилась и несмело придвинулась ближе.

— Je m'appelle Габриэль, — тихим, дрожащим голосом произнесла она с очаровательным, очень характерным акцентом, мягко проглатывая окончания. — Но maman с papa и сьестг'а называют меня Гэбби.

Часть ее слов из-за этого специфического выговора я разобрал с превеликим трудом, но главное было понятно — теперь мы хотя бы знали ее имя.

— Ладно, Гэбби. Я ведь могу тебя так называть?

Малышка как-то очень смешно и мило сморщила носик, на секунду задумавшись, а затем робко улыбнулась и кивнула.

— Так вот, Гэбби, может, ты пойдешь с нами? А то оставаться здесь одной такой красивой и милой девочке будет совершенно небезопасно.

Этот маленький комочек милоты залился густым румянцем. Я протянул ей раскрытую ладонь:

— Ну так что, идем?

Она, всё еще алея щеками, оперлась на мою руку, поднялась на ноги, сделала один неуверенный шаг… и тут же с тихим вскриком начала заваливаться прямо на меня. Да, видимо, то недавнее столкновение с бегущим в панике «храбрым» и «благородным» волшебником не обошлось без последствий. Она зашипела мне куда-то в плечо, рефлекторно скривившись от острой боли.

— Могу я посмотреть? — я осторожно указал на ее правую ногу.

После ее смущенного кивка я слегка приподнял порванный подол голубого платья и мысленно выругался. От самого колена и почти до ступни шел довольно длинный, сочащийся кровью порез, а вокруг ушибленного сустава кожа уже начала отекать и наливаться багровой синевой формирующейся гематомы.

Так, ясно. Сама девочка идти точно не сможет, да и даже если бы могла кое-как ковылять, то за нами она всё равно не поспевала бы. А значит, продолжаем играть в благородного рыцаря.

Я аккуратно подхватил тихо пискнувшую малышку на руки, отчего она смутилась ещё сильнее и тут же уткнулась лицом мне в плечо. Мерлин, до чего же забавный ребёнок. Такая маленькая, растрёпанная и перепуганная, что так и тянет слегка потискать её за пухлые щёки.

— Oh non, ce n'est qu'une égratignure! Je peux marcher toute seule! — выпалила она эту тарабарщину с нотками легкой паники, пытаясь вырваться.

И если я не совсем клинический идиот, то это был чистейший французский. Где-то на самых дальних задворках сознания у меня промелькнула смутная мысль узнавания, но как внезапно появилась, так же быстро и растворилась в суматохе момента.

— Не волнуйся, принцесса, — хмыкнул я. — Такой доблестный рыцарь, как я, ни капельки не устанет нести на руках столь маленькую и милую особу.

Девочка уставилась на меня таким уморительно-возмущенным взглядом, что на мгновение напомнила нашу Гермиону, разве что пар из ушей от негодования не шел.

— Эй ты, доблестный ишак, вообще-то мы сильно спешим! — раздался сбоку насмешливый голос Избранного. — Оставаться здесь и в самом деле небезопасно.

Я поудобнее перехватил свою драгоценную ношу, поднялся на ноги и с деланным возмущением посмотрел на друга:

— Это почему же я сразу ишак? Хоть бы добавил, что благородный!

— Это моя месть за «большого и страшного парня», — мстительно отозвался Гарри.

— Ну так не могу же я быть одновременно и большим, и страшным. Мне по должности положено быть только красивым и благородным, — искренне возмутился я, устремляясь вслед за ним.

Гарри лишь тяжело вздохнул на ходу:

— Всё-таки что-то общее у тебя с Фредом и Джорджем определенно есть.

— А как же иначе? Мы ведь всё-таки братья!

И, не тратя больше времени на пустые разговоры, мы рванули в ту сторону, куда несколько минут назад удалились остальные, прочь от разгорающегося хаоса. Гэбби, хоть явно и не до конца поняла суть нашего высокоинтеллектуального диалога, крепче ухватилась за мою шею и слегка улыбнулась, наконец-то почувствовав себя в относительной безопасности.

Мы пробирались сквозь обезумевший лагерь, где почти на каждом шагу приходилось уворачиваться от мечущихся в панике людей и разбросанных повсюду вещей, мешавших нормально двигаться. Гарри держался рядом, настороженно осматриваясь по сторонам и прикрывая нас сбоку, пока я, крепко прижимая к себе маленькую Габриэль, пытался выбрать наиболее безопасный путь через весь этот хаос.

Спустя несколько бесконечно долгих минут мы наконец вырвались из ревущей человеческой массы и добрались до тёмной кромки леса.

— И где нам тут искать близнецов с девчонками? — тяжело дыша, задал Гарри вполне логичный вопрос, вглядываясь в густые тени деревьев.

— Гарри, Рон, мы тут!!

Обернувшись на голос, мы увидели Гермиону: стоя за рядом невысоких деревьев, она отчаянно махала нам рукой, явно уже начиная всерьёз нервничать.

Не теряя времени, мы поспешили к остальным, и лишь подойдя ближе, я понял, почему нам не удалось заметить их сразу. Ребята укрылись в небольшой естественной нише: спереди её закрывал густой кустарник, а сбоку защищал массивный серый валун, и со стороны лагеря это место было практически невозможно разглядеть.

Я осторожно опустил Гэбби на прохладную, усыпанную листьями землю. Оказавшись на ногах, малышка с легким опасением посмотрела на незнакомые лица и инстинктивно прижалась ко мне, крепко вцепившись в мою руку.

— Не бойся, принцесса, эти люди тебя не обидят, — мягко сказал я, ободряюще погладив ее по плечу. — Знакомься, это мои братья Фред и Джордж, моя сестра Джинни, а это моя подруга Гермиона. А вы, — я повернулся к остальным, с удивлением разглядывающим ребенка, — знакомьтесь, это наш новый друг Габриэль.