Стать нижней - Унин Игорь - Страница 83

Подходит ко мне и касается своими коленями моих. «Ты сама опусти ему трусики», — хрипло просит Лёша. Ути-пути, трусики. Цветастые семейки с вещевого рынка. Стоит уже у этого гопника — ткань аж натянулась. Фразу Лёша, видимо, заранее заготовил. Репетировал небось и набирался мужества, чтоб её произнести. Стеснительные мы в интимной зоне, когда требуется вербальное сопровождение. А на работников иногда матом орём.

Опаньки, членчик! Ничего так, почти прямой. И не маленький, надо сказать. Всё побольше, чем у Лёшки. Низ живота. Всё, как и должно быть у красивого юноши. У Лёши нет толстого брюха, но ни одна мышца не проступает в этом районе. Такое ровное пространство — ничего не выпирает. А у пацана животик тренированный. И очень красивые нижние косые живота, сбегающие к пирамидальной мышце. Практически такие же чёткие линии, как у микеланджеловского Давида.

Я без приглашения взяла его за член, чуть прижала — твёрдый — и оттянула шкурку. Нет, это просто чтоб убедиться, что там всё чисто и нет покраснений. Душ он сегодня принимал, не воняет. Но, правда, дезиками мы не пользуемся, слабый запах самца есть. Но он не вредит. Очень возбуждает собачек с течкой, они так и льнут к свежепомытым мужикам, если рядом кобеля нет.

Ну и что они так выжидающе на меня уставились? Что, сосать у него? Фигушки! Обойдётся! Лёшенька сексуально стеснительный. У него язычок не повернётся сказать: «Возьми у него в ротик». Или у него сегодня день прорыва? Возьмёт и скажет. Или этот быдлина сейчас вякнет. А у меня ничего в планах нет, не оговорено. Надо их опередить, поломать им надежды. Хотя членик довольно приятный, и, если б не обстоятельства…

«Ну давай, приступай!» С этими словами я резко отодвинулась и легла на спину на кровать. Супружеское ложе. Минета не будет. Хотела сама снять свои трусы, но Лёшенька не дал: «Пусть лучше…»

Я уставилась в потолок, который в таких случаях, согласно анекдоту, почему-то хочется побелить. Трусики и лифчик он, по счастью, сразу и снял, не стал мусолить через ткань. Потому что ткань нежная, дорогая. Вот спасибо ему хотя бы за это. Секс без изыска сохраняет ценные вещи в целости.

«Побыстрей пусть бы кончил, и сразу подмыться не мешает», — мелькнуло в голове. Он, как и ожидалось, зарядил «миссионерку». Ну понятно, малолетка. Лицом мы отвернувши, а голову хотели к моей прижамши. Но я чуть отстранилась. Кстати, неплохо вошёл, мягко так. Я что, подтекаю уже, как мороженое к блинчику «фламбе»?

Когда ты привыкаешь только к одному органу, любое изменение — неожиданность. Всё сводится к следующему: он даст тебе либо больше, либо меньше того, к чему привыкла. В данном случае так, потому что член этого пэтэушника совершенно не похож на Лёшкин. Поэтому вариант «так же» исключён. У Лёшки более тонкий и искривлённый вбок. А у парня толще и, похоже, реально длинней. Но так почувствовала я. Те, кто тринадцать лет подряд себя самоотверженно не задрачивают под один определённый аппарат, ощутят, конечно, не то, что ощутила я.

Ну, неплохо, заводит… Но я же не кончу никогда так. Хотя кто знает… Но вот он развернул меня попкой к себе и поставил на колени. Говорите, раком — пусть будет раком. Ну, не благозвучно как-то. А это уже пожёстче, всё время касания шейки матки, так, пожалуй, и до, как его, грёбаного стыда недалеко. Я, правда, психологически зажата полностью. Хочется, чтоб он уже побыстрее кончал и не дразнил так. Не могу сказать, что неприятно. Ничего неприятного в этом нет, просто я напряжена. Снизу идёт приятный импульс, мой мозг отказывается его обрабатывать. А вот то одно место, которым мы якобы думать умеем, тоже по ходу занимательного процесса мозгами раскидывает. Вот так, вот та-а-ак.

Я уже почти готова была раскрыться полностью. Но мальчишка весь кайф поломал. «Слышь, а у тебя вазелин есть? — спросил он, повернувшись к Лёше. — Я её в очё лучше буду». Тут я окончательно ошалела и отшатнулась, соскочив с члена парня. «Чего ты будешь?! Ты охренел?! А меня ты спросил, оно вообще устраивает? Лёша, что этот тип себе позволяет?!!»

Пацанчик обнаглел настолько, что и к Лёшке обратился на «ты». А что, такой мужчина заслуживает уважения в глазах сопляка? Я с разъярённым лицом села на кровати и уставилась на Лёшку. Наши взгляды встретились. И тут я прочла в его глазах нечто такое…

Нет, ничего против анального секса не имею, я современная женщина и понимаю, что парни сегодня без него считают себя чуть ли не неполноценными. С Лёшей мы его практиковали, правда, не регулярно, анал для него своеобразным поощрением был, что ли. За ласки какие-то, подарки, красивые слова. Я просто говорила: «Давай, если хочешь, сегодня…» Сам он никогда не просил, но сиял от счастья и тут же лез в тумбочку за анальной смазкой. Тумбочка всегда закрыта на ключ, а то Антошка любопытный. Было у нас в загашнике и то, что называется «анальной пробкой», и я больше всего боялась, что Антон это чудо порнотехники когда-нибудь найдёт и поймёт, для чего оно…

Но сейчас мой муж, мужчина, который должен меня защищать, хозяин успешной фирмы с более чем полусотней сотрудников, сильный, в принципе, человек, вдруг повиновался требованию какого-то малолетнего гопника! Он подошёл к тумбочке и достал оттуда анальную смазку! А вот молодые работники на его фирме с ним даже здороваться боятся.

Слёзы обиды навернулись на глаза, я смотрела на него уничтожающим взглядом. И вдруг поймала в них что-то такое… Как бы сказать. Любовь, сострадание, похоть, чуть-чуть ревность… и какой-то призыв к пожертвованию, непонятно, правда, во имя чего. Я резко взяла себя в руки. Очень часто что-то надо брать себя в руки. Не хватает ещё ронять своё достоинство перед всякой шпаной! Если муж себя так ведёт, то я уступлю. А уж потом дам волю чувствам.

«Ну хорошо, — сказала ледяным голосом очень спокойно. И ещё раз смерила Лёшу убийственным взглядом с максимумом возмущения. — Давай уж, раз так. Мне какую позу принять?» — вопрос адресовала малолетке, не глядя в его сторону. «А ложись прямо на живот. Голову на подушку и ноги чуть разведи. Да не боись ты! Я умею, не будет больно…»

Я резко повернулась, откинула назад волосы и приняла требуемую позу. С некоторым содроганием ощутила палец мальчишки между ягодиц. Он никуда не спешил и как будто издевался. Несколько раз просто провёл пальцем, потом стал переносить смазку и наконец засунул мне палец в анус. Я с отвращением пыталась вспомнить, какие у него ногти и сколько заразы из-под них он в меня сейчас занесёт. Но на руки внимания не обратила, а оборачиваться не хотелось.

«Ладно, Лёшенька, ладно. Весь мой позор тебе ещё припомню…» Какой-то грязный сопляк лапает моё прекрасное тело, которое я сама очень люблю и о котором забочусь. С горечью подумала, что если б не Лёшкины деньги, то не смогла бы с зарплаты оплачивать все эти спа-салоны, массажистов и косметологов. И все крема у меня от «Ланком». Провожу часы в фитнесе, борюсь с калориями. И всё — для Лёши, для любимого мужа. А он — гопнику, вот просто за так. Возьми мою любимую женщину, испогань её. «Ладно, Лёшенька, ладно! Я не забуду, ты пожалеешь…»

На самом деле я была, помимо всего прочего, несколько внутренне удивлена. Молодых ребят тянет же в основном к переднему отверстию. Намазано для них там. Просто сунуть-вынуть, ощутить себя полноценным взрослым, и чтоб никто мозг не выносил. Потребность в чём-то большем приходит с возрастом. Зачем этому сопляку анал? Или там, у Палыча, научился? Как там у них: «Лучше нет влагалища… Хоть и пахнет хуже, зато входит туже»?

Мальчишка между тем лёг на меня и каким-то очень лёгким способом и совершенно не больно оказался во мне. Я просто почувствовала, как его жёсткая плоть меня наполнила. Некоторое время его член медленно скользил внутрь меня и постепенно проник до корня. Я резко выдохнула. Невольно подумала, что Лёшка делает гораздо хуже и более неловко. Ну ладно, начало ещё терпимое. Тем временем мальчишка застыл в позе «in». Я чувствовала, что член его реально большой и чуть-чуть сам дёргается от похоти. Такое и у Лёшки бывает. Потом стал немного больше двигаться, думаю, от того, что он сжимал-разжимал ягодицы. Как там говорится? Расслабьтесь и попробуйте получить удовольствие? Вот этим принципом я и решила руководствоваться.