Чужая невеста. Медведь, не рычи! - Горская Саяна - Страница 3

— Готовить, надеюсь, умеешь?

— Было бы из чего, — хлопаю дверцей пустого холодильника.

— Будет.

Медведь по-солдатски разворачивается на пятках, выходит из дома. Наблюдаю в окно кухни за тем, как он вынимает бесчисленное количество пакетов из багажника авто.

Явно подготовился.

Держать меня собирается здесь не день и не два, судя по запасу еды.

Оглядываю двор и окрестности, что видно из окна.

Двор не укреплен, даже забора нет. Этот дом не нуждается в дополнительной охране, видимо потому, что стоит в самой глухомани. Не знаю, бывают ли здесь люди. Хоть какие-нибудь мимокрокодилы?

Вокруг лес. Сосны-великаны. И ни единой живой души.

Пока медведь таскает пакеты от машины и обратно, прохожусь по другим комнатам.

Вид из одной особенно завораживает — длинная пристань и озеро. Лодочка, покачиваясь, бьется о деревянные брусья, обмотанные толстым канатом.

Я на лодке никогда не плавала. На яхте — да, под парусом ходила часто. На серфе стояла. На сапе. Воды, в общем, не боюсь. Но вёсел в руках не держала и не уверена, что смогу далеко уплыть.

Однако как средство к спасению эту лодочку отметать не стоит. Возможно, именно она поможет мне выбраться отсюда.

— Что там увидала? — Голос Медведя звучит так близко, что я подпрыгиваю от испуга.

Он невероятно тихо двигается для мужчины с такой комплекцией.

— Да я просто… Никуда. Любуюсь, в общем.

— Мм, — резко дёргает невесомый тюль в сторону, смотрит вместе со мной. — Ясно.

— Что тебе ясно?

Вместо ответа он награждает меня тяжёлым суровым взглядом.

— Здесь жди, — выходит.

А я почему-то действительно жду.

И медленно обтекаю от глубокого разочарования, когда внушительная фигура Медведя выруливает из-за угла дома, стремительно пролетает по пирсу и нависает над лодочкой. Его рука лезет за пояс, извлекает какой-то предмет, поблескивающий металлом в свете рассветного солнца.

Зажмуриваюсь от череды грохочущих выстрелов.

— Сволочь… — шиплю, сжав пальцы в кулаки.

Медведь же, довольный собой, топает обратно.

Моя спасательная шлюпка терпит крушение, медленно, но верно погружаясь под воду.

Лечу из комнаты навстречу своему похитителю.

— Зачем ты это сделал?! — Налетаю на него, как только он заходит в дом.

— Сделал что?

— Зачем расстрелял лодку?!

— А тебе до неё какое дело? — Вздёргивает бровь и делает широкий шаг в мою сторону. Указательный палец втыкается в грудину. — Заруби на своём курносом носу, принцесска: ты отсюда никуда не уйдешь, не убежишь и даже не уползешь. Ни по воздуху, ни по воде, ни по суше. Уяснила?

— Да пошёл ты! — Хлёстким ударом отметаю от себя мужскую ладонь. — Ещё раз хоть пальцем меня тронешь, и я…

— И что ты сделаешь? Споёшь песенку, созовёшь лесную братву, и бурундуки с птичками закидают меня орехами?

Зло сжимаю челюсти.

А действительно, что я сделаю?

У него вон какие ручища. И пистолет, да. Нельзя игнорировать столь внушительный артефакт влияния, как заряженная, боеспособная пушка.

Но я всё же пытаюсь придать себе уверенности. Блефую, вздёргивая повыше подбородок, и разгневанно сверкая на Медведя глазами.

Не знаю, может быть, это действительно работает, а может видок у меня сейчас настолько дикий, но Медведь отступает на шаг.

— Так, принцесска, сбавим градус напряжения, — ведёт ладонью по ёжику волос. — Хочешь ты того, или нет, но ты сейчас здесь. И нам придётся как-то уживаться целую неделю. Давай постараемся не прикончить друг друга, идёт?

— Неделю? — Цепляюсь за те крохи информации, что мне дали. — Почему неделю? Что будет дальше?

— Сюрприз. Надеюсь, ты любишь сюрпризы, — разворачивается и выходит, бросая на ходу: — Можешь занять любую комнату. Одежда в сумке. Завтрак на тебе.

Глава 4

Алиса.

Абсолютно каждого можно разговорить. Главное — правильно подобрать ключ к человеку.

Кому-то достаточно улыбнуться, кому-то польстить. С кем-то важно помолчать или вовремя раскрыть руки для объятий.

Я пока не решила, какой ключ подходит к Медведю. Вполне возможно, разводной, да по темечку…

В одном я уверена наверняка — сидеть в доме посреди леса и ничего не знать о собственном похищении меня категорически не устраивает. И я обязана вытянуть из этого угрюмого мужлана хоть что-то, что поможет мне прояснить ситуацию.

С Медведем лучше не ссориться, лишние нервы ни к чему.

Не в таком уж ужасном положении я оказалась, верно?

Дом хорош, холодильник полон еды, птички поют, солнышко светит. Да и папочка с очередным женихом далеко-далеко.

Можно считать, что я в санатории. Восстанавливаю здоровье кукушечки.

Уже скоро царь-батюшка отвалит за меня мешок золотых монет, и я снова вернусь в свою красивую клетку. А пока…

Пока я буду наслаждаться.

Готовлю незамысловатый завтрак — омлет с пряностями, бутерброды, кофе.

Красиво сервирую стол. Выбираю одинаковые блюда для подачи, до блеска натираю приборы вафельным полотенцем, под тарелки подкладываю тканевые салфетки. Привычный и хорошо знакомый ритуал помогает привести в порядок мысли.

Медведь появляется, когда я разливаю кофе по чашкам. Он угрюмо зыркает на меня из-под тёмных бровей, молча забирает свою тарелку и разворачивается к выходу.

— Стоять! — Преграждаю дорогу, широко расставив ноги и раскинув руки. — Есть за столом!

— С чего?

— С того! Правила хорошего тона! Тебя мама разве не учила?

Ноздри его хищно вздрагивают, а на дне чёрных зрачков плещется едва сдерживаемое раздражение.

— Брысь, принцесска.

— За стол, — стою на своём. — Сложно тебе компанию составить? Ты женщину похитил? Вот и неси ответственность теперь.

Судя по задумчивому выражению лица, в черепной коробке Медведя происходит мыслительный процесс. Я знать не знаю, насколько это редкое явление, поэтому стараюсь не мешать и даже не дышу, чтобы ненароком не спугнуть его попытку думать.

— Ладно, — кивает. Возвращает тарелку на стол и садится. — Но если ты начнёшь донимать меня идиотскими вопросами, я уйду. Я привык есть в тишине.

Тоже присаживаюсь за стол. Пока я вооружаюсь приборами и расстилаю на коленях салфетку, Медведь успевает заглотить половину омлета. Почти не жуёт.

— Вкусно?

— Сойдёт.

Хам. Мог бы и признаться, что готовлю я восхитительно.

— Ну, а что ты скажешь, если мы познакомимся чуть ближе?

Молчит.

— Например, я скажу тебе своё имя.

— Я знаю твоё имя.

— Тогда твоё?

— Своё я тоже знаю.

Растерянно моргаю. Я совершенно не понимаю, он правда тупица, или настолько тонкий тролль?

— Мне ведь нужно как-то к тебе обращаться. Как тебя называть?

— Как хочешь.

— Уверен, что давать мне такой карт-бланш — это хорошая идея? Я ведь очень изобретательна…

— Слушай, мне плевать, как ты будешь меня называть. У меня есть лишь одно желание — пережить эту неделю с тобой под одной крышей и забыть о твоём существовании. Ясно?

Недовольно поджимаю губы.

— Ясно.

Морда кирпичом. Взгляд пробирает до мурашек. Совершенно отталкивающий тип, однако сложно отрицать, что энергетика у него мощная. Мужская, подавляющая сила.

Мышцы бугрятся под тканью простой чёрной футболки. По предплечьям разбегается сеть выраженных вен. Шея как у быка, мне двумя ладонями не обхватить.

А лицо симпатичное, просто мрачное очень. На нём словно какой-то тяжёлый отпечаток лежит. Именно этот отпечаток превращает его из потенциально привлекательного мужчины в опасного зверя. В медведя.

Шутки с ним плохи, это факт. Он меня пальцем раздавит, как жука, если захочет.

Но мне, как ни крути, контакт с ним налаживать придётся…

— А… это твой дом?

— Нет.

— А чей?

— Не мой.

— Ладно… Ты женат?

Молчит. Сосредоточенно жуёт.

— Девушка есть?

— Нет.

— Парень?

Он вскидывает на меня свирепый взгляд.