Смертельная жара (ЛП) - Бриггз Патриция - Страница 11

Братец волк зарычал на врага, с которым не мог сражаться ни зубами, ни когтями, потому что женщину окружала магия фейри. Чарльзу нужно было придумать, как помочь жене Кейджа. Магия, окутывающая ее, означала, что он лучше подготовлен к этому, чем кто-либо другой. Хотя ему пригодилась бы помощь ведьмы или кого-то еще, Бран был бы полезен.

— Челси Сани, — сказал он, используя свою магию, чтобы дать ей хоть что-то, за что можно ухватиться.

Этого было недостаточно.

Челси замерла и качнулась вперед, пока не оказалась на четвереньках, и начала ползти. Не к нему, понял Чарльз. Не он был ее целью.

— Здесь есть плохие дети… маленькие мальчики, которые воруют еду, маленькие девочки, которые не хотят играть с другими, маленькие мальчики, которые… — Она упала на пол и, застонав, скорчилась.

«Челси», — потребовал братец волк, потянувшись к силе своей стаи, к силе своего отца. Ледяная сила откликнулась на его призыв и обрушилась на женщину.

Челси перестала стонать и двигаться, только шумно дышала. Затем она повернула голову и посмотрела на него. Она глядела ему в глаза, открыла рот и закрыла его. Затем разрезала себе руку, оставив нож в ране.

— Когда течет кровь, мне легче сопротивляться. Кто ты?

— Я Чарльз. Друг Джозефа. Ты можешь рассказать мне, что случилось?

Чарльз придвинулся ближе, взывая к магии, которая была в нем от отца и матери. Его кожа потеплела и неприятно заколола, но он видел заклинания, окутывавшие женщину. Там, где свежая кровь стекала на сталь ножа, магия притягивалась сильнее, но не касалась холодного железа. Она беспокойно клубилась вокруг открытой раны, истончаясь вокруг остального тела.

«Рожденная ведьмой, — подумал он, — если в ее крови была такая сила. Но не обученная, иначе она бы разрушила заклятие».

Челси ахнула, и дрожь сотрясла ее тело, словно она замерзала до смерти.

— Оборотень. Чарльз? Ты оборотень Джозефа? — спросила она то ли утвердительно, то ли с вызовом.

— Да. Я здесь, чтобы помочь тебе.

Она хрипло рассмеялась.

— Ты опоздал. Слишком поздно для меня. Я отправила их в комнату, чтобы они заперлись от меня, но им нужно выбраться из дома. Уведи моих детей в безопасное место. — В ее голосе прозвучала команда, которую он с трудом стряхнул с себя. Братец волк нашел это очень интересным.

— Они в безопасности, — заверил он ее.

Ее глаза расширились, магия фейри вспыхнула, и он слишком поздно понял, что совершил ошибку.

Некоторые фейри быстры, и что бы ни сделала с ней магия, она дала ей скорость, превосходящую человеческую. Чарльз был рядом с ней, а братец-волк двигался еще быстрее и успел перехватить руку с ножом как раз перед тем, как она собиралась вонзить его себе под подбородок.

Значит, это было двойное заклинание, которое заставляло Челси убить своих детей, а когда это будет сделано — или если это было невозможно — убить себя. Ее смерть усложнила бы поиск фейри, который сделал это с ней.

Челси боролась с ним за нож, но силы были не на ее стороне, и в конце концов Чарльз вонзил нож в пол, сквозь линолеум в деревянные половицы. Он вонзил его глубоко, стараясь не ломать ей руку.

Всхлипывая, женщина попыталась вытащить нож, но внезапно, между двумя вдохами, запах фейри исчез, и она рухнула, тяжело дыша.

— Они в безопасности? — прошептала Челси Сани. — Повтори еще раз.

— Они в безопасности, — сказал Чарльз, и ее тело обмякло, словно она израсходовала последние силы. И он знал, что разрушило проклятие.

Чарльз внимательно посмотрел на кровь на полу, на ту последнюю рану, которая не так сильно кровоточила, как должна была. Сердцебиение женщины было нерегулярным. Челси потеряла слишком много крови, и кровь до сих пор текла из каждого пореза, который она нанесла себе, пытаясь защитить своих детей от магии, которая управляла ею. Это невероятный подвиг силы воли и сообразительности для женщины, которая была всего лишь человеком. Но это дорого ей стоило.

Челси умирала. Даже если бы они были в больнице, вряд ли врачи смогли бы спасти ее. Она умирала, и это уничтожило заклятие.

«Мы могли бы изменить ее, — сказал братец волк Чарльзу. — Она знает, как сражаться».

Это было бы нарушением закона Брана. Чарльз не получил одобрения отца, но отчаянное время требовало отчаянных мер, и каждый случай рассматривался отдельно. Будучи правой рукой своего отца, Чарльз имел больше свободы действий, чем другие волки. Он не имел никакого отношения к инциденту, из-за которого Челси умирала, его действия сочли бы беспристрастными. Позиция братца волка имела вес в глазах маррока. Чарльзу нужно было только согласие самой Челси.

Чарльз опустился на колени рядом с ней.

— Ты умираешь. Ты понимаешь это? Я могу изменить тебя, если ты этого хочешь.

Челси что-то слишком тихо прошептала, чего даже он не расслышал.

«Мы должны сделать это сейчас, — сказал братец волк. — И мы должны быть в волчьей шкуре».

Челси не могла дать разрешение, но в доме был кое-кто, кто мог это сделать. Братец волк сменил Чарльза. Это было так просто — превратиться из человека в волка, так близко к полнолунию, когда он уже несколько дней не ходил на четырех лапах. Когда Чарльз принял облик волка, он послал своей паре сообщение.

«Скажи ему, чтобы он выбрал за свою жену. Оставить ее умирать или изменить?»

Глава 3

В коридоре за спиной братца волка толпились люди, кого-то он знал, кого-то нет. Но там была Анна, и она ему нужна.

Он уставился на нее, и она повернулась к человеку, который был парой умирающей женщины.

— Твоя жена умирает, — сказала Анна. — Чарльз говорит, что у нее сильная воля и много смелости. Он готов изменить ее, но она не в том состоянии, чтобы сделать этот выбор.

— Нет, — внезапно прорычал Хостин. — Не она. Это не должна быть она. Если Чарльз не хочет изменить моего сына, он не может изменить ее вместо него. Не ее.

В коридоре наступила тишина, когда братец волк встретился взглядом с Хостином и заставил альфу опуститься на колени. Не ему было решать, что он может или не может делать.

— Дедушка? — спросил Кейдж, стоя позади братца волка. Мужчина бросился к своей паре, как только увидел ее, не обращая внимания на братца волка.

— С ним все в порядке, — мрачно сказала Анна. — Он просто забыл, кто здесь главный, и братец волк, то есть Чарльз напомнил ему. Тебе нужно принять решение, Кейдж, или оно будет принято за тебя. Согласится ли твоя жена жить как одна из нас? Ты знаешь, как к нам относятся люди.

По мнению Чарльза, Анна должна была еще кое-что рассказать Кейджу.

Анна выслушала его, а затем сказала:

— Чарльз хочет, чтобы я напомнила, что если она умрет, мы вряд ли узнаем, почему фейри околдовали ее и заставили напасть на своих детей. Будет трудно найти этого фейри и привлечь его к ответственности. Нападавший на Челси будет и дальше убивать. Твоя жена боролась с магией, спасла детей, потратив на это много сил. Она согласится умереть? Или она захочет остановить нападавшего?

Женщина угасала, и братец волк нетерпеливо взглянул на Анну.

— Нет, — настаивал Хостин, не вставая с колен и не поднимая глаз. — Не Челси.

— Почему нет? — спросил Кейдж. — Потому что ты хотел видеть не ее в качестве моей жены? Потому что она тебя не любит? Ты сам виноват в этом, старик.

— Она родилась в роде ведьм, — прошипел Хостин. — Ведьмы — зло.

«Я тоже рожден от ведьмы», — сказал Анне братец волк.

Она кивнула ему, но не стала вмешиваться в спор. Она лучше ладила с людьми, чем он или Чарльз. Если она считала, что сейчас эта информация не пригодится, то, вероятно, была права.

— Ее бабушка была ведьмой, — объяснил сын Джозефа довольно хриплым для человека голосом. — У Челси вообще нет никакой силы.

Он ошибался. Без силы эта женщина никогда бы не смогла победить наложенное на нее заклятие. И чем ближе она подходила к смерти, тем легче братец волк мог учуять в ней ведьму. Вероятно, это означало, что Челси каким-то образом скрывала свою силу, и теперь, когда она умирала, ее магия умирала вместе с ней.