Прикоснуться к безмолвной ярости (ЛП) - Сэндпайпер Р. А. - Страница 62

— Тани—

— Мама всегда говорила, что потеряла ребёнка, но я думала, это было раньше, — прошептала я, прижимаясь лицом к краю кровати. — Задолго до меня. Возможно, даже до моего отца. Не в одно и то же время. Не сосед по утробе.

Каждый раз, когда я просила о брате или сестре, умоляла о них, она говорила, что у меня почти был один. Только он должен был появиться раньше, а потом родился «синим» — что бы это ни значило.

Близнец? У меня почти был близнец?

Я так просидела, уткнувшись лицом в край кровати, целую минуту. Потом повернула голову, волосы прилипли к лицу, и я уставилась на Сета.

Он сидел на табурете у туалетного столика, сочувствие сквозило в его выражении.

— Мне жаль, что ты узнала об этом так.

— Как Теоллан узнал? — спросила я, будто из меня полностью вышел воздух.

— Он отправился в Земли Касания, говорил с ними и перерыл старые записи.

Я кивнула. Потом вспомнила его первые слова.

— Какой интерес у короля к моему мёртвому брату?

— Небольшой, — признал Сет. — Но вот к живому, где-то скрывающемуся. К брату-близнецу, который ждёт своего часа и замышляет помочь тебе добраться до твоей Лунно-Касаемой силы.

А, теперь я поняла. Угроза близнеца из Земель Касания. Кем он мог бы стать для меня, кем я могла бы стать для него. Кем мы могли бы быть вместе.

— Кровь Меча, — прошептала я.

Сет уставился на меня.

— Ваши имена нашли в реестре в покоях Конидрена и Калидвен. Перечёркнутые.

У меня похолодела кровь. Нынешние Щит и Меч знали обо мне? Или знали когда-то.

— Если бы мой брат выжил… —

Сет закончил мою мысль.

— Ты могла бы стать Кровью Щита Земель Близнецов.

Правительницей моих земель. Я была в числе претендентов. Мы были. Я и брат, которого мне не суждено было иметь.

— А теперь я — урод, — прошептала я.

Сет покачал головой, его глаза расширились.

— Ты не урод. Ты самый стойкий человек, которого я когда-либо встречал. На твоём месте я не знаю, что бы сделал.

Мне захотелось пошутить про то, как его ноги заболели бы в моих маленьких туфлях, но шутка бы не зашла. У меня не было ни сил её сказать, ни сил напомнить ему, что он — племянник самого могущественного из пяти королевств. Он никогда не окажется на моём месте и не поймёт его.

Вместо этого я слышала только его слова. Твой брат-близнец. При всей крови, что была во мне, я бы хотела встретить его. И тут на меня нахлынуло другое воспоминание. Другие слова, сказанные в другое время. Только теперь они звучали для меня иначе.

Я выпрямилась, полностью оторвав голову от кровати.

— Что Теоллан делает сейчас?

Сет моргнул.

— Он служит своему кузену, принцу Ималлану, лорду Лавенделла.

Лавенделл.

— Этот Ималлан — замена Браскриллану?

Имя павшего принца застряло у меня в горле.

— Его младший брат, да. Самый младший из Каненрилла и Хиамис, — сказал Сет с вздохом. — Едва достиг возраста и, по всем сведениям, амбициозен сверх своей меры.

Прекрасно.

— Ты можешь пригласить Теоллана сюда?

— Зачем?

— Я хочу с ним поговорить. Похоже, он знает о моей жизни больше, чем я сама, — ответила я. Это было чистой правдой, пусть и с крошечной примесью лукавства. Но я спрошу его о большем только тогда, когда разберусь в его характере.

Сет наклонил голову.

— Ты хочешь узнать о себе? Безопасно ли раскрывать ему твою личность?

Я улыбнулась.

— Я спрошу его только о его работе — если не решу, что ему можно доверить всю правду. Ты сможешь это устроить?

— Конечно. Я бы поехал в Госсамир, если бы ты когда-нибудь позвала меня. Если таково твоё желание — для меня это приказ.

— Спасибо, о великий советник.

— Даже не начинай, — сказал Сет, но я увидела радость в его глазах. Интересно, мог ли он скучать по мне так же сильно, как я по нему? Я не могла этого представить. — Но скажи мне, Тани. Что ещё я могу сделать? Я хочу помочь, чем смогу.

— Многое, — сказала я. — Я буду на тебя полагаться, дорогой.

Его глаза сверкнули, и мои щёки вспыхнули жаром.

— Всё, что угодно.

— Ты мог бы замолвить за меня словечко перед Браксторном? — спросила я. — Не настолько, чтобы он что-то заподозрил, но достаточно, чтобы напомнить им, что я не замужем, и что брак мог бы помочь его замыслам.

— Я попробую, — нахмурился Сет. — Я всё ещё думаю, что он считает жительницу Земель Звука недостойной своего сына. Это неправильно, я знаю, но таков его образ мыслей. Я постараюсь склонить его на твою сторону.

— Не подвергай себя опасности, — предупредила я. — Говори лишь настолько, насколько это безопасно.

Он кивнул, и я увидела, как его ум уже работает над тем, как этого добиться.

— Что ещё?

Я усмехнулась.

— Проведи меня по списку самых любимых невест Браксторна для его золотого мальчика.

Сет покачал головой, снова усаживаясь на кровать.

— Что ты задумала?

Даже если Лангнатин никогда не выберет меня, я хотя бы смогу попытаться найти здесь жизнь. Ту, где смогу жить рядом с Сетом, свободная от нищеты. Но сначала я попробую. Моя сила — часть меня, и будь я проклята, если позволю отнять её у меня без борьбы.

Я ухмыльнулась.

— Ничего слишком коварного.

Я вышел под полуденное солнце южных дворцовых садов и прищурился от яркого света. Браксторн стоял на возвышении у розового гребня, рядом с ним — Септиллис. Я стиснул зубы, понимая, что следующий приторный фарс — какой-нибудь отвратительный обед — маячит всего через пару часов. А через несколько ночей после этого — мой ненавистный бал возвращения домой.

Не желая того, я снова подумал о ней. Меня это раздражало. Я не мог точно определить, что именно в ней так меня отвлекало. Её дракон, её показное безразличие, её обман. Что бы ни было источником этого, мне было трудно выбросить её из головы. Раздражение вспыхивало так же часто, как и интерес.

Банриллен, Врагг, тоже был здесь — его массивная фигура резко выделялась на фоне цветущего сада.

Прекрасно. Семейное собрание.

Голос Чаэтор прокатился в голове, и я ощутил её присутствие, спиралью скользящее в небе над пушистыми облаками Танмера.

Браксторн на улице во время Танмера? Он сморщится, как перезрелый персик.

Я усмехнулся, подходя ближе. Мой брат оторвал лепесток от осыпающегося растения, а лицо Септиллиса, как всегда, было каменно-неподвижным.

По крайней мере, эти двое остались прежними.

Чаэтор рассмеялась.

Он уже нашёл её? Воссоединился со своей детской любовью?

Я нахмурился — хотя задавал себе тот же самый вопрос. Септиллис был близок с Танидвен ещё в Ивенфолде. Даже простак увидел бы, какую любовь он к ней питал.

Белокурый советник повернулся ко мне, и по его лицу я не смог прочесть ничего. В этом он был мудрее Танидвен — давно научился держать выражение под контролем. Браксторн тоже обернулся, и его приветственная гримаса была столь же холодной, как всегда.

— Сын, — сказал Браксторн. — Ты уже выбрал жену? Это будет леди Франсиллин, леди Элисса или принцесса Марго?

— Мы ещё даже недели не прожили в Танмере, отец, — ответил я.

Он фыркнул.

— Я сделал предложение твоей матери в ночь нашей первой встречи.

— И посмотри, чем это закончилось, — холодно сказал я.

Мой отец покраснел, гнев коснулся кончиков его ушей.

— У меня два здоровых и сильных наследника-мужчины. Тебе остаётся лишь надеяться, что твой брак будет столь же успешным.

Я приподнял бровь.

— Тогда мне жаль мою будущую жену, если ваш союз — вершина, к которой мне стоит стремиться.

Чаэтор одобрительно замурлыкала, но всё же одёрнула меня.

Ты играешь с огнём.

Огнём, который он зажёг, когда обезглавил её, — ответил я.

Мой отец шагнул вперёд и с силой ударил меня по щеке. Голова дёрнулась в сторону, но я не вскрикнул и не изменил выражения лица.