Кара для мажора. Поспорить на любовь (СИ) - Оболенская Ника - Страница 28

Когда выдыхаюсь, уже спокойно заканчиваю:

— Ты же не думал, что я тебе поверю?

Глаза Беса опасно сужаются. Ну прям оскорбленная невинность.

— Я действительно хотел извиниться, Кара, — чеканит он каждое слово. — Что бы ты обо мне не думала… я не трогаю девчонок.

Упрямо складываю руки на груди:

— Ну да, ну да, а меня ты так… в порядке исключения потискал!

— Да!.. То есть нет… Блять, че так сложно-то! — Бес с психу лупит ладонью по крыше машины, и я подпрыгиваю на добрый метр.

— Ты совсем спятил? — прошипев, уничтожаю его взглядом. — Свою тачку лупи…

Замечаю помятый капот и ядовито заканчиваю:

— Хотя, кто-то уже явно успел до меня. Там твои извинения не приняли, да?

— Там? Неа. — Бес как-то странно улыбается. С его синяками на лице выглядит крипово.

А мне вдруг хочется его треснуть. Потому что у него где-то «там» кто-то есть. И эта «кто-то» вызывает во мне прилив некотролируемой злости.

Аж руки чешутся — тоже задамажить ему тачку. И чтобы вмятина была повнушительнее, чем у «какой-то»!

Боже, Рин, ты его ревнуешь, что ли?!

От этой мысли я теряю дар речи.

Нет. Нет! Я не ревную! Не рев-ну-ю, ясно?!

— Что ж ты какая сложная-то? — Бес хватается обеими руками за голову.

— Я? Я простая, Алекс! — злюсь. — Просто не для тебя! Если ты закончил, то отвали уже от меня!

Сажусь в машину. Руки дрожат. Не с первого раза попадаю по кнопке запуска.

Бес продолжает стоять рядом.

Да чтоб тебя!

Опускаю стекло и устало выдыхаю:

— Алекс, я прощаю тебя.

Но не от всего сердца.

— Отгони машину, я хочу домой, — обращаюсь к нему, не поворачивая головы.

— У меня твои книги. Забери, — бросает он мне в приказном тоне и валит в свою тачку.

Нет, ну что за говнюк!

Зло пыхчу и продолжаю сидеть на месте. Бес тоже никуда не торопится.

Сердито постукиваю носком кроссовка, про себя считая до ста.

На десяти Бес болезненно морщится и трет виски, а я мстительно подмечаю: «Что, головушка болит? Так тебе и надо!»

Бес продолжает держаться за свой чайник, даже когда счет доходит до восьмидесяти.

На «девяносто» со вздохом лезу в бардачок за пачкой обезболивающего.

Хлопок двери совпадает с цифрой сто, а я иду к Бесу.

Он опускает водительское стекло, и я вижу неподдельную боль в его глазах.

— Держи, — тихо говорю и протягиваю блистер. — Одной достаточно…

Он нехотя берет его в руки, отщелкивает одну таблетку… и та падает куда-то ему под ноги.

— Бля-я-я, — тянет убито и возвращает мне блистер. — Спасибо. Найду, сожру.

Бес прикрывает глаза. А мне… мне впервые его жалко. Такого побитого и измученного.

— Фу! С пола, что ли? — восклицаю и тут же деловито уточняю: — Вода у тебя есть?

Бес просто качает головой, так и не открывая глаз.

— Ладно.

Я решительно иду к своей машине, забираю из сумки кошелек и двигаю к громаде Кристалла.

Спасение утопающих — дело рук самих утопающих! Но круг-то спасательный я могу протянуть.

Разжившись бутылкой воды из автомата, возвращаюсь к Бесу. Ламба уже заведена и радует включенными габаритами.

Вот и славно!

— Вода. — Протягиваю в окно бутылку. Отщелкиваю таблетку. — Эту не урони. Они по рецепту.

— Спасибо, — благодарит Бес, запивая лекарство. Осторожно кивает: — Книги на пассажирском. Забери, пожалуйста.

— О! Ты, оказывается, и это слово знаешь? — язвлю, но послушно огибаю машину и открываю пассажирскую дверь.

Мои томики действительно лежат там. Все пять…

— Так, стоп. Я брала пять книг, здесь четыре. — Вопросительно поднимаю брови.

— Че, правда? — Бес выглядит удивленным.

Ерошит волосы на затылке.

— Она скорее всего выпала… там, за моим креслом. Бля, башка гудит. Достанешь?

Попыхтев секунду, усаживаюсь на обитое кожей сиденье и тянусь назад.

Огромный букет бордовых роз закрывает весь обзор, и я слеп шарю рукой внизу. В нос ударяет сладковатый запах.

Успеваю подумать, что от такой концентрации розового аромата можно задохнуться, как хлопает дверь и раздается щелчок.

Что? Что такое?

Выпрямляюсь и неверяще смотрю на Беса.

— Заче… — мой вопрос тонет в реве двигателя, меня качает вперед.

Упираюсь руками в приборку.

Бес одним резким движением выкручивает руль и срывается с места, унося меня прочь от моей машины.

— Ты с ума сошел?!

44. Кара. Подлунники

— Остановись немедленно!

На мой возмущенный вопль Бес только прибавляет газу.

— Боже, что ты творишь?! — Закрываю лицо ладонью.

Сбоку раздается смешок:

— Да можешь меня просто Алексом звать, зачем так официально.

— Ты издеваешься? — взвиваюсь. — Ты только что человека похитил!

— А мне кажется, человек добровольно сел ко мне в тачку, — с издевкой парирует он, продолжая опасно перестраиваться из ряда в ряд. — Пристегнись, кстати, человек.

Фыркнув, щелкаю ремнем безопасности и складываю руки на груди.

— Мой отец тебя убьет, — ворчу, не поворачивая головы.

— Двум смертям не бывать. — В голосе Беса неприкрытое веселье.

— О чем ты? — Хмурюсь, пытаясь понять.

— Да так…

— Куда ты меня везешь? — спрашиваю через пару перекрестков.

— К себе домой, конечно! — веселится он вовсю. — Нужно же закончить начатое!

Зло смотрю на него, обещая взглядом расчлененку вместо приятного вечера.

— Расслабься, Кудряха, — говорит уже спокойно, сворачивая на мост. — Мы просто катаемся.

— Ты обманул меня и вынудил терпеть твое общество. — Перевожу взгляд на черноту реки, подсвеченную бликами от фонарей.

— Башка реально болела. Ты меня спасла, — тихо произносит Бес. — А в остальном… ну да, схитрил чутка.

В стекле отражается его профиль.

— Цветы, кстати, тебе.

— Я ненавижу розы, — бросаю обиженно.

Бес резко тормозит, и меня качает вперед. Ремень больно впивается в плечо.

— Ты совсем?!. — ахаю, но он уже открывает свою дверь, та взлетает вверх, как крыло летучей мыши.

Бес резким движением вытаскивает цветы и, обогнув капот, швыряет их с моста прямо в реку.

И под моим офигевшим взглядом возвращается обратно.

— Зачем? — не могу удержаться от вопроса.

— Нахуй мне тогда эти цветы, если они тебе не нравятся? — Пожимает плечами, подрезая кого-то в потоке.

— Хватит уже материться! — отчитываю тоном, точь-в-точь как у мамы. — И швыряться вещами! Нельзя просто так выбрасывать… это же… это, — замолкаю, так и не сумев придумать вескую причину.

— Окей, больше не буду, — как нашкодивший мальчишка соглашается Бес.

А через секунду перед нами резко оттормаживается седан, и он, матерясь, сбрасывает скорость.

Не выдержав, издаю тихий смешок.

— Какие тебе нравятся? — Бес нарушает тишину в салоне.

Оборачиваюсь и удивленно смотрю на него.

— О чем ты?

— Ты сказала, что ненавидишь розы. — Бес бросает взгляд на меня. — Какие любишь?

Не могу удержаться от шпильки:

— Лиловые подлунники!

Бес криво ухмыляется и что-то нажимает на покрытом сеткой трещин экране. Из динамиков на меня обрушивается агрессивный рок.

Зажимаю уши, а он еще и мстительно подпевает солисту на английском.

Через минуту пытки Бес все же убавляет громкость и паркует машину у небольшого павильона с яркой вывеской.

— Не сбежишь? — спрашивает перед тем, как выйти из салона. — Или запереть?

Возмущенно смотрю на него, вкладывая во взгляд свое негодование.

Бес возвращается довольно быстро.

— Держи, — протягивает мне небольшой горшок с какими-то цветными камушками. — Подлунников не было. Как насчет флоры с Марса?

Хмыкаю, разглядывая крошек получше. Одни похожи на кофейные зерна, другие на сердечки, третьи вообще напоминают мозги.

— Вот, тут еще памятка, как за ними ухаживать… я так понимаю, чтобы они тут не перебили все человечество и не свалили обратно на красную планету.