Моррис и Леонтина Коэны: Единственная в отечественной истории пара разведчиков-нелегалов — Героев Ро - Долгополов Николай Михайлович - Страница 28

Да, именно радисты под оперативным псевдонимом «Дачники». В Лондон Питер и Хелен Крогеры приехали в рождественские дни 1954 года. И, как всегда, жизнь в чужой стране началась с поисков жилья. Для начала поселились в маленьком домике на юго-востоке Лондона. Но уютное жилище совсем не подходило для работы, которую им предстояло вести: радиоточку оборудовать здесь было трудно. Слишком людное место, вокрут много соседей.

Обычные проблемы разведчиков-нелегалов, которые должны установить надежную связь с Центром. Но из-за этого Питеру и Хелен пришлось время от времени выезжать на встречи со своими друзьями в другие страны. Они проявили себя азартными туристами, да и предлог был отличный. Как можно — приехать в Европу из далекой Новой Зеландии и не познакомиться с новым для них Старым Светом.

Первая встреча состоялась в Париже в феврале 1955 года. Там они рассказали «товарищам» из службы, как проходит оседание, всегда сложное, грозящее неожиданными сюрпризами, которые, к счастью, их пока миновали. Но подходящую квартиру или виллу самим подыскать сложно. И «товарищи» согласились: надо обратиться в контору по найму жилья.

Крогеры отчитались о связях, приобретенных в Лондоне. Пока ничего особо интересного, хотя «интересного» от них так быстро и не ждали. Завели знакомство в храме. Пытаются проявить себя как заядлые садоводы. В Англии умеют ухаживать за маленькими домашними садиками, любят обмениваться опытом по уходу за растениями. На этой благодатной садоводческой почве наладили отношения с соседями — супругами Ноад. Те пригласили их к себе домой, а Крогеры — на выставку домоводства, за которой последовал обед и совместное посещение театра. Для Великобритании с ее чопорностью и осторожностью в установлении близких контактов и это было определенным достижением.

Отношения с супругами Ноад перешли в дружески-соседские. Уезжая в свои «туристические» путешествия, Крогеры оставляли новым знакомым ключи от квартиры, что свидетельствовало об определенном доверии.

Еще одни соседи пригласили добродушных новозеландцев на крестины своего малыша. И тут знакомство перешло на новую, более высокую ступень. Питер и Хелен стали его крестными. Связь почти родственная. Крогеры, люди небогатые, все же высказали молодым супругам искреннюю признательность. Открыли в банке счет на имя крестника. Пусть совсем небольшой, но искренне тронувший родителей.

Ребенка крестили в методистской церкви. После торжественного обряда последовал обед, оказавшийся весьма полезным для дела, ради которого пара и прибыла в Англию. За трапезой Крогеры познакомились с преуспевающим книготорговцем. Как кстати! Ведь для прикрытия Питер и Хелен собирались открыть книжный магазин. И новый знакомец свел их со своими коллегами. Видя, что намерения новозеландцев заняться книгами вполне серьезны, те стали приглашать Крогеров на книжные аукционы и презентации литературных новинок. Питер их исправно посещал, делая аккуратные пометки в своем неизменном блокноте.

Эта дотошность (с каким уважением отзывался об этом его качестве Конон Молодый) в те годы пунктуальным, дисциплинированным лондонцам нравилась. Вскоре один из владельцев крупного книжного магазина, с ним Питер познакомился на аукционе, пригласил его в Клуб национальной книги, членом которого состоял. В откровенной беседе книготорговец-англичанин поделился с еще даже не состоявшимся новичком секретами ведения бизнеса. Очень трудно проводить в магазине дни напролет в ожидании покупателей. Проще снять помещение недалеко от своей квартиры, как он и сделал, и договариваться с клиентами об их приходе в определенный день и час. И разве не для этого существуют телефон и бесперебойно работающая почта? Договариваешься с клиентом о точном времени звонком или письмом. Такая торговля позволяет обходиться без найма помощников, экономит время и деньги, дает определенную свободу и приносит не меньше прибыли, чем пребывание в магазине «от и до». А рекламировать книги можно в торговых каталогах или рассылать письма уже сформировавшейся клиентуре с отпечатанным в типографии описанием предлагаемой литературы. Среди непременных адресатов университетские библиотеки и постоянные покупатели, как британские, так и зарубежные.

Печатать самому собственные каталоги магазина очень дорого. И потому на первых порах будет сложно, придется все-таки потратиться на услуги посредников. Зато потом придут доходы, понятно, не как у Ротшильдов, прибыль нестабильна, но жить можно.

Но ведь это как раз то, что и нужно Крогерам. Такая торговля экономит время, необходимое им на другие, гораздо более важные дела, ради которых они и прибыли в Британию. Опасно нанимать в помощники и неизвестного человека, вдруг будет всюду совать свой нос, да и мало ли кем он окажется. А так у окружающих полная уверенность: начинающий букинист живет вполне по доходам, деньги берутся не откуда-то с потолка.

Питер отпечатал визитные карточки, указав свой домашний адрес и телефон. Начал раздавать визитки новым знакомым — поначалу со свойственной ему осторожностью. Эти координаты должны попасть только в руки любителей книг и ни в коем случае не вызывать никаких подозрений.

Потому что приближалось время, когда и нужно было начинать настоящую оперативную работу с советским разведчиком-нелегалом. Они помогают ему как радисты и хозяева конспиративной квартиры.

В марте 1955 года Крогеры получили сообщение о первой встрече. Нелегал, их будущий руководитель, ждет их в Париже недалеко от станции метро «Пирамид» в центре города. Вечером 30 марта Крогеры неторопливо прогуливались по авеню де л’Опера, изредка приближаясь к входу в метро. Как и требовали условия, Питер курил трубку, левая рука — в кармане пальто. Он мысленно повторял пароль: «Извините, пожалуйста, мне кажется, мы уже встречались в Париже в мае 1951-го?» Но нелегал, который должен был держать в левой руке журнал «Лайф», все не появлялся.

Около пяти вечера, снова подойдя к метро, они увидели спешащего к ним человека. Это был «Бен» — Конон Молодый. Питер слегка приобнял друга. Обмена условными фразами не понадобилось.

Вскоре все трое, устроившись за столиком кафе на бульваре Буль-Миш, то бишь Сен-Мишель, обсуждали то, чем им предстояло заняться в Англии. Искать взаимопонимания не потребовалось — оно было прочно установлено еще в Москве.

Наметили время и место следующей встречи. Несмотря на определенный риск, конечно — Лондон. Иначе нельзя. Не выезжать же каждый раз «Бену» и Крогерам за границу.

В британской столице первое время пользовались безличной связью. Использовали для передачи и получения сообщений заранее подобранные тайники. Чтобы подстраховаться, устраивали их в разных районах огромного города. В личный контакт вступать остерегались.

Вживание в чужую среду — сложнейший период для нелегалов. Сколько самых разных бюрократических формальностей пришлось преодолеть, чтобы обеспечить себе надежное прикрытие. Питеру относительно быстро удалось стать если и не на сто процентов своим, то узнаваемым лицом среди лондонских книготорговцев. Редкий книжный аукцион проходил без участия этого вежливого новозеландского джентльмена. Особенно часто его видели на аукционе дома Хадсон на Чансери-лейн, где на продажу выставлялись фолианты, связанные с историей. Хотя на первых порах книги он покупал редко, боялся переплатить.

Новозеландца признали книжным знатоком, хорошо знающим историческую литературу. Однако собратья по профессии, с которыми он регулярно общался на собраниях Ассоциации продавцов антикварных книг, быстро подметили, что в книготорговле он явный новичок, пока неважно разбирающийся в финансовой стороне дела. Крогер и сам понимал: ему придется нелегко при заключении сделок. Переживал: вдруг не хватит уверенности при определении цен на книги в неизбежном споре между продавцом-букинистом и вечно скуповатым покупателем.

Крогер присмотрел удобное помещение для книжной лавки неподалеку от Трафальгарской площади. Трезво взвесив свои возможности, взялся за покупку книг по лучше всего известной для себя теме — истории Америки. Питеру казалось, что его книжный бизнес продвигается вперед трудно и медленно. Коллеги же удивлялись, как быстро вошел новозеландец в курс дела. Его маленькая компания завоевывала широкую известность в узких кругах букинистов и постепенно приобретала новых и новых клиентов.