Между ними. Тайфун (СИ) - Зайцева Мария - Страница 11

Виталий — тоже по классике. Но по другой. Русский богатырь. Сильный, невероятно надежный, брутальный. К такому хочется быть поближе, потому что есть ощущение, что в трудные мгновения только за его широченной спиной я буду в полной безопасности. Это подкупает. И его молчаливая забота тоже подкупает.

Если Мир прямо показывает свое отношение… И так показывает, что сердце в груди бьется дико и взбалмошно, невольно краснею и грудь тяжелеет… То Вит просто показывает заботу, внимание, ненавязчиво, но основательно. Чувствуется, что он очень уважает женщин, что его правильно воспитали… Лишнего не позволит, в углу не зажмет, как Мир совсем недавно…

Боже, откуда у меня все эти мысли?

И давно ли я стала такая умная, и в мужчинах умеющая разбираться?

Последнее — вообще сомнительно, учитывая мой катящийся к чертям брак.

Наверно, это просто отходняк от стресса. Слишком много свалилось на меня, голова не успевает перерабатывать, вот и выдает ошибку в рассуждениях.

Все равно до этого момента я была сжатая, точно пружина. И только теперь чуть-чуть расслабляюсь.

Тепло, сытость, ощущение безопасности наваливаются теплым одеялом. И теперь мне хочется отдохнуть.

— Наверно, нам имеет смысл лечь поспать? — говорю я несмело, переводя взгляд с Вита на Мира. — Утром тайфун закончится, и нас откопают…

— Да рано еще спать, — сверкает улыбкой Мир. Щурится на меня ласково. Опасно. Очень он опасный тип. Нельзя на него долго смотреть…

— Устала, Мила? — тихо уточняет Вит, — иди в подсобку, ложись там. А мы тут.

— Немного… — выдыхаю я. Понимающий такой. Заботливый. Обволакивает… — но надо прибрать…

— Мы сами приберем, — говорит Вит, а Мир переводит взгляд на него. И ласки вообще теперь не наблюдается в темных восточных глазах. Другая там эмоция. А какая — не понимаю.

— Спасибо, — киваю я и, пока не передумали, не остановили, поднимаюсь и иду в подсобку.

Там стоит небольшой узкий топчан, на котором можно без удобств, но все же устроиться.

Я ложусь, накрываюсь своей курткой.

— Мила, — заглядывает Вит, — холодно? Возьми мою куртку.

— Мою лучше, — недовольно влезает Мир, — она теплее.

— А моя больше. Удобней, — все так же спокойно парирует Вит.

Заходит, накрывает меня своей и в самом деле большой форменной курткой. Она тяжелая, пахнет мужским чем-то, терпко-приятным.

И мне хорошо так становится, спокойно очень!

— Мою тогда под голову положи, — Мир, похоже, недоволен, что его помощь отклонили, — давай, помогу.

И аккуратно складывает куртку, устраивает ее мне под голову. Задерживает на несколько долгих мгновений руку у моего лица, словно поправляет невидимую складку на куртке. Глаза блестят волнующе и шало.

— Если станет скучно или одиноко… — шепчет он тихо, так, чтоб стоящий в дверях Вит, который и не подумал уходить без своего школьного приятеля, не слышал, — приходи…

От такого недвусмысленного приглашения еще горячей становится!

И стыдно!

Что он себе позволяет? При Виталии? Мне и без того не по себе постоянно, когда ловлю его внимательный пристальный взгляд… Словно мысли мои читает, видит, что я думаю о них… И очень неприлично думаю. Так, как нельзя замужней женщине. Вит — полицейский, понятно, что он проницательный, приучен по лицам читать. Но стыда-то это не отменяет!

Мир во всем виноват!

Близостью своей, намеками откровенными растревожил, растормошил…

А я, глупая, ведусь и ведусь…

И сейчас ведусь.

— Спасибо, — хриплю я, старательно не замечая двойного смысла приглашения. И трусливо закрываю глаза.

Мир еще пару секунд стоит надо мной, смотрит…

— На выход! — низко и нетерпеливо рычит Вит.

И Мир выходит.

Дверь закрывается, и я тут же распахиваю ресницы, глядя перед собой в темноту и пытаясь успокоить бешено прыгающие мысли.

Ничего такого не происходит.

Все хорошо.

Сейчас я усну, а проснусь утром. И нас откопают.

Я пойду домой, к Марату… И больше не почувствую на себе горячего взгляда Мира. И не услышу тихого заботливого голоса Вита.

И все же… Как мало мне, оказывается, надо, чтоб начать думать в неправильную сторону о совершенно посторонних мужчинах! Интересно, я всегда была такой? Или это от неустроенной личной жизни все?

Мне становится себя очень жаль, до слез.

И, поплакав над своей незавидной женской судьбой, подкинувшей роскошных мужчин так не вовремя и поздно, я засыпаю.

Снятся мне какие-то неопределенные, но явно горячие вещи: ласковый взгляд темных глаз, хриплый мягкий шепот, осторожные, но властные прикосновения… И сладость, невыносимая сладость от падения в бездну.

Просыпаюсь, словно на поверхность выныриваю из глубины. Глотая пересохшими губами воздух и моргая слипшимися ресницами.

В комнате темно. И лишь тонкая тусклая полоска света, пробивающаяся из-под двери, дает понять, что мои спутники не спят.

Встаю, тру лицо руками, снимая остатки сна.

Сколько времени сейчас? Утро уже?

Открываю дверь, осторожно выглядывая из подсобки.

И картина, открывшаяся мне, заставляет замереть и раскрыть рот в шоке.

Прямо перед кассой, на двух сдвинутых вместе матрасах, сидят Вит и Мир. Они играют в карты, азартно кидают их по очереди на матрас, подначивают друг друга тихо и язвительно. Но шокирует не это.

А то, что оба они — без футболок. В одних брюках.

И их обнаженные торсы невероятно четко и залипательно смотрятся в скудном магазинном освещении…

Глава 13. Вит. Поиграем...

Сучара Мирка еще в школе всех ставил раком с картами. Кровь, наверно, так в нем грамотно играла. Короче, с ним в покер нельзя. И в дурака, кстати, тоже. И даже в самое простейшее очко рискованно.

Но мы играем не на интерес, так что… Похер.

Просто сна нет вообще, в голове черти что, и Мирка, молча валяющийся на своем матрасе в паре метров от меня — дико раздражает.

Впервые ловлю себя на том, что хочется встать и чем-нибудь его долбануть. Или подраться снова.

И у него, как мне кажется, та же тема.

Мы переполнены тестостероном по уши, все внутри напряжено, выхода нет! Верней, есть, даже два.

Но оба — не выходы, на самом деле.

Драться — бессмысленно. И опасно. Потому что может перемкнуть и у меня, и у него. До этого момента я еще себя держал. И Мирка держал, я-то в курсе, как он может бить.

Не в полную силу дрался, чисто показывал, что не уступит.

И я не в полную.

Если бы в полную, то одного удара бы хватило. И Мирка это знает тоже.

Мы поняли друг друга.

И противостояние на новый уровень перешло. Тот, где итоговое решение не за нами.

Вот только проблема в том, что судья ни черта решать не хочет.

Круглит свои золотистые глазки, кусает губки и упорото делает вид, что нихрена не понимает. Вся такая наивная.

Самое стремное в этой ситуации то, что наивность может быть правдой.

И нежная Милочка реально не понимает, что происходит.

Я не особо знаток в психологии, и у тем более — в женской, потому что там нет психологии и законов, только безумная роза ветров, которая меняется с бешеной скоростью, и хер ты угадаешь, куда унесет в следующее мгновение ее.

Отсюда и постоянное напряжение.

И дикий мандраж.

А еще — никуда не девающееся желание себе забрать девчонку. Не смотря ни на что вообще! Как-то у меня незаметно мозг повернулся за каких-то пару часов… Тут реально в приворот поверишь.

Или в карму.

Чего мне там Верка в сердцах нажелала, перед тем, как свалить в закат?

Не вспомнить дословно, но что-то типа «чтоб тебе так же херово было, как мне сейчас»...

А я вот как-то не заметил, что ей сильно херово было со мной… Но я обычно до предела заебанный работой, потому вообще как-то мало замечал настроение женщины, с которой периодически спал. А она, оказывается, страдала… И ждала от меня, оказывается, чего-то… И еще она, тоже оказывается, «столько времени на меня потратила».