Чародей выходит на охоту (СИ) - Рюмин Сергей - Страница 35

Наталья слабо улыбнулась.

— Ты у меня молодец! — я привлёк её к себе, обнял, чмокнул в висок. — Родник отвори Еремеичу.

Наталья вздохнула:

— Рано еще! Земля холодная. К концу апреля, как потеплеет, сделаю. Ты на поляне был?

— Был.

Я рассказал про поляну, про установленных идолов, про дуб, который укутал меня силой природной магии, словно одеялом. Про установленный камень-алтарь перед статуями древнеславянских богов, про свой дар богам и слова лесного хозяина насчет подарков.

Наталья довольно хмыкнула:

— А ты знаешь, что человек, первым возложивший дар на алтарь, становился первым волхвом? Так что жди! Наверняка тебе перепадёт что-то интересное.

— Например? — я вдохнул запах её волос. У меня закружилась голова.

— Ну-ну! — Наталья шутливо оттолкнула меня. — Не приставайте, мужчина, к невинной девушке! Женитесь сначала!

— Дык, мадмуазель, — с готовностью возопил я. — Я завсегда готов! Хоть сейчас под венец!

Подожди! — она упёрлась кулачками мне в грудь. — Потерпи еще месяц. Чувствую, что всё скоро случится.

Глава 24

Глава 24.

Кочары

Волхв-воин

Апрель 1982 года

Первым я набрал прямой номер телефона Вострецова. Моему звонку он весьма обрадовался.

— Вы в городе, Антон? — он даже назвал меня на «вы», что для меня было непривычно. — Куда можно подъехать?

И разочаровался, узнав, что я в деревне за 120 километров от областного центра.

— Мне бы очень хотелось с Вами встретиться, — попросил он. — Если хотите, я пришлю за Вами машину прямо сейчас. Обратно Вас тоже отвезут.

— Что за срочность, Николай Васильевич? — удивился я. — До пятницы никак?

— Никак, Антон, — директор вздохнул. — Очень надо…

— Ладно, — решил я. — Присылайте машину завтра к 7 утра в Кутятино на автостанцию.

— Отлично! — обрадовался Вострецов.

— Но машина будет в моём распоряжении целый день, — добавил я. — Мне еще кое-какие дела порешать надо!

— Никаких вопросов, — подтвердил директор. — Машина в Вашем полном распоряжении. До завтра.

Не успел я повестить трубку, как раздался телефонный звонок.

— Ну, ты что, перезвонить не можешь? — услышал я гневный голос Устинова, едва сказав «алло». — Я от аппарата отойти не могу, тебя жду! Совесть имей!

— А что случилось, Денис? — спросил я. — Не здрасьте тебе, ни до свиданья…

— Ты завтра в какое время подъехать сможешь? — не обращая внимания на моё замечание, поинтересовался Денис. Я разозлился и чисто из вредности и чувства противоречия заявил:

— Ни во сколько. Я в город ехать не планирую. У меня здесь дел невпроворот.

И уже хотел прервать разговор, повесить трубку, но не успел.

— Антон! Ты срочно нужен! — почти закричал Денис. Мне показалось, что в его голосе отчетливо проявилось отчаяние. Интересно, из-за чего?

— Ладно, — решил я. — Приеду, сразу позвоню.

— Когда? — продолжал настаивать он.

— В первой половине дня, — сообщил я.

— Жду, — он, как мне показалось, с облегчением выдохнул. — Звони мне на номер, какой я тебе оставил. На мой прежний не звони ни в коем случае!

После телефонных разговоров градус настроения отчетливо съехал вниз. Я задумался. Всем, в принципе от меня, нужно одно и то же — исцеление. Пачка карандашей у меня была всего одна. На десять артефактов, пять «айболитов» и пять «хвост ящерицы», да еще с учетом увеличенного срока действия, ушло полтора часа. Причем больше времени я потратил, осторожно вырезая опознавательные кольца. Плюс минут десять накладывал на каждый артефакт следящий конструкт, позволяющий мне увидеть хотя бы место использования.

— Ты занят? — в комнату заглянула Наталья. Нож скользнул, воткнулся в палец, потекла кровь. Я тут же наложил «айболит».

— Ой, прости! — испугалась она.

— Ерунда, — отмахнулся я. — Завтра придется в город ехать. Ты как?

— Черныша возьми, — посоветовала вдруг Наталья. — Предчувствие такое, что он будет нужен.

— Возьму, — согласился я, недоуменно пожав плечами. Вообще-то предчувствиям надо доверять. Интуиция — великое дело, когда мозг бессознательно неосознанно проводит быстрый анализ и выдает зачастую самое верное решение, позволяет получить нужный результат или избежать опасности.

— Пойду пешком, — сообщил я Наталье. — До Кутятино по короткой дороге, а там меня будет машина ждать. Пожелания есть, что привезти?

Наталья отрицательно мотнула головой:

— Ничего не надо. Всё есть. Разве что мороженое. Так ты его не довезешь, растает оно.

— Я недолго, — пообещал я. Наталья молча кивнула.

Вечером мы вдвоем сходили в баню. Попарились от души вместе, но соблюдая жесткий, а возможно даже и жестокий целибат. От желания у меня прямо-таки сводило скулы: высокая длинноволосая обнаженная блондинка с изящными формами, подрихтованными магией в нужных местах… С ума можно сойти!

Ничего, скоро и на нашей улице «Камаз» с пряниками опрокинется!

Наталья посмеивалась, посматривая на меня. Единственное, что я смог позволить себе, это жестоко отомстить ей в парилке: так отхлестал её веником, что она взмолилась.

После бани мы перекусили и разбежались по спальням. Поутру меня ждала пробежка до Кутятино и очередная поездка в областной центр. Интересно, что ж такое случилось с Денисом?

Сон меня сковал сразу же, стоило моей голове коснуться подушки. Я оказался в лесу, на поляне, где рос заповедный дуб. Только идолов там не было. Передо мной стоял высокий рослый воин лет сорока с окладистой густой рыжеватой бородой до груди, с пронзительными синими глазами. Другие черты его лица скрывал остроконечный блестящий, словно из серебра, шлем с наносником и бармицей, закрывавшей сзади шею. По бокам шлема было украшение в виде золотых крылышек.

Воин был одет в длинную белоснежную рубаху до пят с золотым орнаментом по вороту, рукавам и подолу, подпоясанную широким золотым ремнем, на котором с левой стороны висел большой рог. В правой руке он опирался на длинный прямой обоюдоострый меч, левую руку положил на стоящий большой от поясницы до земли каплевидный красный щит, на котором красовался накладной узор в виде серебряного сокола. На плечи накинут синий плащ с застежкой в виде золотой птицы.

— Ну, здрав будь, волхв Антон сын Николая! — прогудел густым баритоном воин.

— И вам не хворать! — озадаченно ответил я. — Извините, не узнаю вас в гриме…

— Перун я! — громыхнул снова воин. — Ты мне алтарь поставил, первые дары принес. За это я дарую тебе воинскую удачу, славу и почёт!

Он легко поднял меч, ударил меня плашмя по плечу.

— Нарекаю тебя моим волхвом-воином! Благодаря тебе я вышел из Нави.

— Так я вроде не воин, — спокойно заметил я и добавил. — И не волхв. Чародей. То есть ученик чародея.

Воин опустил меч, призадумался, помолчал, потом засмеялся.

— Чародей, стало быть! Всё одно — слово сказано! Назад не воротишь. Еще я тебе дарую власть над любым металлом. Будь то злато ли, серебро ли, иль булат! Али не кузнец я?

Он опять довольно засмеялся:

— Не урони чести воина-волхва! Знаешь, кто был моим первым волхвом-воином? Князь-конунг Рюрик! Вещий Олег и Святослав тоже были моими волхвами-воинами. Помни о своих великих предках, Антон!

Взгляд его ярко-синих, совсем не голубых, а именно синих, глаз словно прожёг меня насквозь. Я поёжился от возникшей вдруг неуютности.

— Нужна будет помощь, можешь обращаться! — сообщил он. — Даю тебе это право!

Бог-воин пропал. Только что он стоял на поляне передо мной, и тут же его нет. Только следы на траве остались примятой от его тяжелой поступи. Я успел разглядеть его сапоги. Уж очень они оказались необычными: верх из тонкой кольчуги, а чуть загнутые вверх носки, задники и подошва из толстой красной кожи.

Одно слово — Перун!

Глава 25

Глава 25.