Неудачник - книга первая - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 16

– А когда ты собираешься жениться? – спросила Сента. – Колин сказал, что ты уже самостоятельный.

– Так! – сказал Клод, отстраняясь от неё. – Опять твои мысли пошли не туда! Какой из меня жених? Ну нарастил мясо везде, в том числе и там, куда ты только что посмотрела. От меня сейчас не будет толку, да и мне пока никто не нужен. А вы хоть и вылетаете замуж в четырнадцать, но остаётесь девчонками. Отец женился на матери, когда ей было пятнадцать лет, и до шестнадцати берёг её и не трогал, а родила только в семнадцать и при этом чуть не умерла. Куда ты торопишься?

– Я никуда не тороплюсь, лишь бы ты сам не поторопился. Ты прав в том, что я очень одинока, но моё отношение к тебе с этим не связано...

– Или мы с тобой только дружим, или разбегаемся! – решительно сказал он. – Никаких других отношений у нас пока не будет. Не тот у меня возраст, да и мысли сейчас о другом. Отец может погибнуть, а на мне останутся младший брат и сестра.

– Чем вы занимаетесь? – спросил заглянувший в комнату Колин.

– Выясняем отношения, – сердито сказал юноша. – Стучать нужно!

– Я стучал, а из-за двери не слышал ответа. А что у вас с отношениями?

– Заходи, – пригласил Клод. – Нечего орать на весь коридор.

– Да я не орал, – начал оправдываться Колин. – Ты обещал показать заклинание, вот я и подумал...

– Сядь и закрой глаза! Сейчас я передам рисунок заклинания, а баланса там нет. Чем больше подашь силы из голубого потока, тем большую площадь прикроешь.

– Как передашь? – не понял мальчишка. – Я думал, что ты нарисуешь. У нас даже учителя не могут прямо в память...

– Всё они могут, только не станет учитель передавать знания каждому по очереди. Ему нужно вкалывать, а вы в это время будете ковырять пальцем в носу. Поэтому поступают наоборот: вы вкалываете с учебниками, а он...

– Ковыряет в носу, – засмеялась Сента. – Хорошо, что ты это умеешь. Мы замучились, когда перерисовывали потоки. Клод, а я смогу это делать?

– Сможешь, только недолго и прикроешь небольшую площадь. Но из столовой добежишь сухая.Тоже хочешь? Тогда закрой глаза. Посидите, это не займёт много времени.

Он недолго постоял возле них, после чего разрешил открыть глаза.

– Здорово, – грустно сказала девушка. – Я учила бы такое декаду.

– Ну и чего ты грустишь, балда? – спросил довольный Колин. – Ты можешь с его помощью быстро выучить минимум за третий класс! И никто не поймает за руку, потому что такому не учат. Ты же не откажешь друзьям?

– Предлагаешь дружбу? – спросил Клод. – А тебе не говорили, что с друзьями нужно делиться?

– А я разве против? Если хочешь, могу поделиться всем, что у меня есть. Только учти, что меня ограничивают в деньгах. Отцу не жалко, только он боится, что я стану шляться по столице и во что-нибудь влипну.

– Не нужны мне твои деньги, плохо, что их нет у тебя. Столица недалеко от западной границы, и если нашему королю не повезёт... Аделрик может и не дойти до вашего герцогства, но тебе самому нужно суметь туда добраться.

– Ты веришь тому, что она сказала? – уставился на него Колин. – Вы оба сошли с ума!

В дверь постучали и открыли, не дожидаясь ответа. На пороге стоял Алоис.

– Темнеет, – сказал он, обращаясь к Сенте. – Порядочным дамам уже пора отдыхать и делать это не на чужой кровати. Я надеюсь, что мне не придётся приходить вторично.

– Я пошла, – сказала она, встав с кровати. – До завтра.

– Я тоже пойду, – поднялся Колин. – Увидимся за завтраком.

Следующий день дался нелегко. Клод был уверен в том, что всё сдаст, но волновался. Он не видел смысла в чтении учебников, а других дел, кроме хождения в столовую, не было. А когда волнуешься и ничем не занят, время тянется мучительно медленно. Директор сообщил, что Клод должен подойти в фехтовальный зал к концу предпоследнего урока, что он и сделал. Возле одной из стен стоял большой стол со стульями для учителей, а остальные должны были позаботиться о себе сами. Послышались два удара колокола, и зал начал заполняться учениками. Последними пришли учителя, один из которых принёс какой-то сложный прибор.

– Тихо! – повысил голос директор и постучал рукой по столу. – Сейчас наш новый ученик попытается сдать программу двух первых классов. При этом могут присутствовать все желающие, а для тех, кому неинтересно, есть дверь. Приготовьте проектор.

Принёсший прибор учитель поставил его на стол, зажёг стоявшую внутри свечу и сотворил какое-то заклинание. Пламя резко усилилось, а вся конструкция принялась быстро вращаться, при этом вращались и каждая из установленных в приборе призм. На белой стене возникло прямоугольное пятно света.

– Когда отвечаешь, мысленно представляй потоки, – сказал Энгель. – Они отобразятся на стене. Таблицу потоков для каждого заклинания будешь читать сам.

Следующие полчаса Клод объяснял назначение заклинаний стихийной магии, с помощью прибора отображал на стене их рисунок и называл соотношение сил. Было видно, что всех удивила скорость и чёткость ответов.

– Замечательная память! – сказал Керт Хаут, преподававший в школе лечение. – Все удовлетворены? Тогда давайте пройдём на площадку. Герд, выключите проектор.

Первыми зал освободили ученики. Дождавшись, пока они выйдут, ушли учителя, вместе с которыми был и Клод. Площадка для испытаний оказалась лишённым растительности квадратом земли пятьдесят на пятьдесят шагов.

– А она не маленькая? – спросил он Энгеля. – Не пожечь бы деревья...

– До сих пор хватало, – ответил директор. – Если боишься, что не справишься с силой, направляй её вверх. С чего начнёшь?

– С огня, – ответил Клод. – Только прошу убрать всех подальше. Я постараюсь, чтобы было видно.

Кто-то из учителей крикнул, чтобы ученики отошли, и они неохотно отступили к деревьям. Клод прекрасно помнил луг и сгоревшие огороды, поэтому решил посильнее придавить красный поток. Ему нужно было демонстрировать заклинание, а не свою силу, поэтому хватило бы и слабой струи огня. Конечно, зрители будут разочарованы, а его высмеют за меры предосторожности, ну и демон с ними!

Равнодушных к его демонстрации не осталось. В небо ударила небольшая струя огня, продемонстрировавшая, что ученик освоил огненную магию. А вот погасить заклинание почему-то не получилось, мало того, стянутый красный поток начал освобождаться. Клод хотел закричать стоявшим неподалёку учителям, чтобы они бежали, но эта попытка лишила его остатков контроля. Как позже рассказала Сента, со стороны это выглядело, как возникший на месте Клода огненный шар, который рванулся во все стороны. По её словам, учителя рванули с площадки ещё быстрее, успев уйти в самый последний момент. У учеников было больше времени, но многие растерялись. Когда их оттащили более расторопные товарищи, почти все оставшиеся имели ожоги лица и рук и лишились волос на голове, бровей и ресниц. К счастью, они успели закрыть глаза, поэтому никто не лишился зрения. Как известно, духи огня не вредят самому заклинателю, иначе от Клода осталась бы горсть пепла. Когда спало пламя, он увидел удирающих людей и пылающие вокруг площадки деревья. Заклинание дождя тоже питалось одним видом силы, а влаги в воздухе было много, поэтому сотворённый Клодом ливень быстро потушил пожар. Духи воды не церемонились с заклинателем, поэтому он промок насквозь, а мокрая одежда плохо сочетается с холодным ветром. Сил в красном потоке не осталось, поэтому он не мог согреть себя магией и, выбивая зубами дробь, побежал в сторону школы. Учителей не пришлось долго искать. Их тоже накрыл ливень, но они себя согрели.

– Ваша мудрость, – стараясь справиться с бившим его ознобом, сказал Клод, – я всё объясню.

– Беги в коллегию! – приказал директор. – Объясняться будешь со зрителями, которые по твоей милости лишились волос. Ожоги мы сейчас уберём, а вот волосы будут отращивать пару декад. Пока не исчезнут лысины, нужно прекратить походы в столицу. Считай, что программу ты сдал.

– Надо было отправить его в поход с королевским войском, – тихо сказал кто-то из преподавателей.