Неудачник - книга первая - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 11

– А дома не пострадают? – спросил Ганс. – Одно дело развалить стену и убить напавших на тебя стражников, и совсем другое, если ты разрушишь треть города, погубив при этом уйму народа!

– Я не знаю! – закричал Клод. – Я только читал, но никогда не пробовал сам! Решай скорее! Можно попробовать ветер!

– Ветер пробуй, – согласился отец. – Нас не унесёт?

– Нет, духи воздуха не тронут, но ветер поднимется не сразу. Сделал, теперь нужно ждать!

Первый порыв ветра сдул с дороги пыль и понёс её в сторону ворот на стрелявших в них стражников.

– Зря переводят болты, – сказал о них Ганс. – Послушай, неужели ветром можно...

Клод уже не расслышал его слов. Загудевший ветер заглушил все звуки. Он набирал силу, огибая стоявших на дороге всадников. Вот один из стражников бросил арбалет и попытался скрыться в башенке, вот то же сделал второй. Третий не успел сбежать и был переброшен ветром через стену. Ворота, в которые пришёлся основной удар стихии воздуха, трещали, но пока держались. Крыши находящихся неподалёку домов начали разваливаться, а обломки черепицы, как шрапнель, ударили в стену и ворота. А ведь дома задело самым краем.

– Прекращай! – заорал отец Клоду в ухо. – Сейчас здесь не останется ни одной целой крыши!

– Не могу! – крикнул тот в ответ. – Это же духи воздуха, а не моя сила. Нужно ждать, пока они угомонятся сами!

В этот момент у ворот не выдержали петли, и они, кувыркаясь, отлетели от городской стены на пару сотен шагов. Сразу после этого ветер стал быстро стихать.

– Ходу! – приказал отец. – Когда они очухаются, мы должны быть далеко! Арестовывать нас теперь не будут, просто застрелят.

Они с полчаса гнали лошадей, потом перевели их на шаг.

– Отец, а что нам будет за мою магию? – спросил Клод. – Один стражник точно убился.

– Можешь не бояться королевского правосудия, – ответил Ганс. – С помощью магии нетрудно убедиться, что все обвинения против нас лживы и мы защищали свои жизни. А вот в Хардгерт нам теперь лучше не попадать. Им наплевать на нашу невиновность, главное, во что она им обошлась. А то, что виноваты не мы, а они, никому не интересно. Жаль, что не было времени потрясти ту девицу, а то мы могли бы узнать, кому это понадобилось.

– А ты не догадываешься?

– Даже не знаю, что тебе сказать, – потёр лоб отец. – У меня, как и у любого человека, есть те, кто мог бы при случае сделать гадость, но посылать по следам своих людей, тратя большие деньги... Я таких не знаю. Есть мысль насчёт нашего графа...

– А ему какая выгода? Или он тебе за что-то мстит?

– Не за что ему мне мстить, – ответил Ганс. – Не было у меня с ним никаких дел, а моя деревня ему не достанется. Да и что для него мои двадцать дворов! Нет, здесь может быть другое. Он очень настойчиво пытался заполучить в свой замок нашу Алину и был расстроен отказом. А до этого его маг говорил, что такие, как она, – это величайшая редкость. Говорят, что у женщин почти нет силы. Ты возился с сестрой и должен знать, много у неё магии или нет.

– Алина – очень сильная, – ответил Клод, – но силу мага нельзя оценить на глаз, можно только сказать, сильный он или нет. Я читал, что для этого есть заклинания, но в моих книгах их не было. А вот маг графа Хрод мог их знать.

Глава 4

– И куда мне девать этого переростка? – сердито спросил полный старик с пышной седой шевелюрой и приятным лицом. – Не могли вы, барон, привезти сына на пять лет раньше?

– Не мог, – сказал Ганс. – Пять лет назад вы его не приняли бы. Прочитайте грамоту.

Он протянул директору дворянскую грамоту сына.

– Четырнадцать? – удивился Горст Энгель. – Я думал, что он на два года старше. Но всё равно это много. К тому же вы поздно его привезли: уже две декады идут занятия.

– Так получилось, – пожал плечами Ганс. – Вы зря беспокоитесь, ваша мудрость. Мой сын самостоятельно изучал магию, и я не думаю, что он отстал от тех, кого вы приняли в этом году. К тому же он будет у вас по силе одним из первых.

– Вот, значит, как! – сказал директор, переведя взгляд с отца на сына. – Самоучка. Мы не поощряем самостоятельное изучение магии, потому что её редко учат правильно и таких прытких приходится переучивать.

– Проверьте, – предложил Ганс. – Я думаю, что это нетрудно и не займёт много времени.

– Какие знаешь заклинания? – спросил директор у Клода.

– Многие, ваша мудрость, – ответил он. – Всего около трёхсот. Но применяю меньше из-за трудностей с контролем силы. У меня её слишком много.

– Вот как! – притворно восхитился старик. – Всем не хватает, а у тебя избыток! Триста заклинаний. У нас столько знает не каждый выпускник. И чему же тебя учить? Ладно, что можешь показать из стихийной магии?

– Я не хотел бы показывать её здесь, – ответил Клод. – Мне не всегда удаётся контроль, поэтому работать с этим видом магии в помещении опасно. Может, я вас напугаю?

– Ну развеселил! – расхохотался директор. – Давно я не видел на приёме такого нахала. Ладно, попробуй напугать.

– С вашего позволения, я пока выйду, – сказал Ганс. – Он пробивает мой амулет, даже когда пугает других.

Клод подождал, пока выйдет отец, сформировал заклинание ужаса и начал вливать в него силу зелёного потока. Директор сломался, когда он приоткрыл поток наполовину. Увидев, как исказилось лицо старика, он поспешно погасил заклинание.

– Сколько ты использовал силы? – вытирая лоб платком, спросил директор.

– Примерно половину, ваша мудрость.

– Не врёшь, – с удивлением сказал он. – Значит, силы у тебя в два раза больше, чем у меня. У нас в школе с тобой может сравниться только один ученик из третьего класса. Конечно, мы тебя примем. Сходи за отцом.

– Я его принимаю, – повторил он Гансу, когда тот вместе с сыном вошёл в кабинет. – Мы даже не возьмём с вас штраф за четыре лишних года. Сейчас я вызову кого-нибудь из учеников, который ему всё у нас покажет. Вы оставляете сыну деньги, барон?

– Я думал сделать это позже, – ответил Ганс. – Нас в пути обокрали, поэтому мне сначала нужно продать драгоценности, а потом я ему принесу купленные вещи и деньги.

– Купите только одну смену одежды и что-нибудь тёплое на зиму, – сказал директор. – В школе ученики ходят в форме, за которую платит король. И много денег не оставляйте, это не пойдёт ему на пользу. Отдадите их мне, а я передам нашему казначею. Когда вашему сыну понадобятся деньги, он их получит.

Отец простился и ушёл, пообещав Клоду навестить его сегодня или завтра, а сразу же после его ухода в кабинет прибежал мальчишка, одетый в серую шерстяную мантию, на две ладони не достающую до пола. На вид ему было лет двенадцать.

– Вы звали, учитель? – спросил он, бросив в сторону Клода любопытный взгляд.

– Это новенький, – сказал директор. – Отведёшь его к Алоису, а потом всё покажешь. У тебя сегодня только последний урок, так что успеешь.

– Пошли! – обратился мальчишка к Клоду, бесцеремонно схватив его за руку. – Шевели ногами, а то я провожусь с тобой до ужина.

Они прошли коридором до выхода из школы.

– Мы живём вон там! – мальчишка показал рукой на двухэтажный дом, почти скрытый деревьями парка. – А там находится площадка, на которой тренируются старшеклассники. Ещё есть баня, но её посмотришь, когда будем купаться. Ты кто?

– Барон Клод Шефер, – представился он.

– А я Колин Гросвер, – назвал себя его провожатый. – Мой отец – один из трёх герцогов нашего королевства.

– Ты поэтому так обратился к директору? – спросил Клод.

– Не назвал его «мудростью»? – засмеялся Колин. – Это только для младших классов. Ученики, начиная с третьего класса, считаются магами. Ты почему так поздно пришёл учиться?

– Так получилось, – повторил Клод слова отца. – И мне только четырнадцать.

– Врёшь! – не поверил Колин.

– Не был бы сыном герцога, заработал бы в ухо! – рассердился Клод. – Разве ты не умеешь определять, когда врут?