Вне конкуренции (ЛП) - Томфорд Лиз - Страница 21

— Он будет в девять утра.

Риз издаёт жалобный стон, опускает голову на сложенные руки и кладёт их на стойку регистрации.

Я делаю ещё шаг ближе.

— Всё нормально?

Она поднимает голову, но, заметив меня, закатывает глаза и снова утыкается в руки.

— Ты опоздал. Твоя подружка-репортёр только что ушла из бара с кем-то другим. Но если поспешишь, может, ещё догонишь.

Я с трудом сдерживаю смех.

— Ну ты и лучик грёбаного солнца в такое время суток.

— Не сегодня, Эмметт. Я не спала и слишком устала, чтобы с тобой препираться.

— Отлично. Может, хоть раз выиграю. Хотя, скорее всего, нет.

Я опираюсь локтем на стойку рядом с ней.

— Я тоже не спал.

Она поднимает голову с надеждой, будто нашла союзника.

— У тебя в номере тоже так холодно, что ты перестал чувствовать пальцы?

— У меня наоборот. Слишком тепло.

— Боже, звучит как рай.

— Термостат сломан.

— Простите, сэр, — вмешивается сотрудник. — Как я уже говорил мисс Ремингтон, наш техник придёт в девять. Похоже, на вашем этаже сейчас проблемы с регулировкой температуры.

— И у вас правда нет другого номера, где она могла бы поспать до этого?

— К сожалению, нет. Мы полностью заполнены.

Он обращается к Риз.

— Но мы не будем брать оплату за эту ночь и можем принести вам дополнительные одеяла.

Она пытается улыбнуться — выходит довольно жалко.

— Хорошо. Спасибо.

— Или, если хотите, я попробую найти номер в отеле за пределами центра. Придётся взять машину минут на двадцать...

— Этого не будет, — перебиваю я. — Она может остаться в моём номере.

Слова вылетают раньше, чем я успеваю их обдумать.

— Нет. — Она нервно смеётся и поворачивается к сотруднику. — Да, пожалуйста. Я могу вызвать машину.

— Ты не поедешь посреди ночи в неизвестный отель за двадцать минут отсюда, Риз. Ты остаёшься в моём номере.

— Не говори мне, что делать.

— Не веди себя глупо, и мне не придётся. Я позвоню Каю и Миллер, может, переночую у них.

— Ни за что. У них маленький ребёнок. Последнее, что им нужно — чтобы ты их разбудил, потому что твой босс принцесса, и не хочет спать в прохладной комнате.

Я прикладываю тыльную сторону ладони к её щеке и тут же чувствую ледяной холод.

— Господи. Насколько у тебя там холодно, Риз?

Она явно хочет соврать, но слишком устала.

И этого достаточно.

— Ты заболеешь, если вернёшься туда. Если уже не заболела. Ты будешь спать в моём номере.

— Эмметт, я не могу.

В её голосе столько убеждённости, что я на секунду останавливаюсь. Я не хочу заставлять её делать что-то, от чего ей будет некомфортно. Но и позволить ей ехать ночью через город с незнакомцем я тоже не могу.

Я понижаю голос.

— Ты не можешь, потому что тебе неловко… или потому что боишься, что кто-то узнает?

Она молчит, но смотрит мне в глаза.

Ответ очевиден.

— Никто не узнает, Риз. Все спят. Кровать будет твоей. И вообще, на твоём месте я бы больше переживал, что кто-то увидит тебя в этом наряде.

Она тихо смеётся, и я вижу, как её защита немного ослабевает.

Я поворачиваюсь к сотруднику.

— Можете отправить в мой номер раскладную кровать?

Он неловко улыбается.

— К сожалению, сегодня все заняты.

— Ну конечно.

Я смотрю на Риз, позволяя ей принять окончательное решение.

— Разберёмся, — устало говорит она. — Пойдём. Я просто хочу спать.

Я поднимаю две бутылки воды — одну пустую, другую закрытую, чтобы добавить их к счёту номера.

— Они за счёт отеля, — говорит сотрудник.

— И должны быть. Заставляете меня делить номер с этой вот.

Риз качает головой, но я вижу улыбку на её губах, когда она направляется к лифту.

— Я буду очень злой, если окажется, что ты храпишь.

Риз

Я делаю небольшой крюк к своему номеру — решаю, что всё-таки не хочу спать в пиджаке, и переодеваюсь в комплект пижамы.

И нет, этот комплект никак не связан с тем, что сегодня ночью я собираюсь спать в постели Эмметта. Я ношу пижаму каждую ночь, независимо от того, увидит меня в ней кто-нибудь или нет.

Холод в моём номере никуда не делся, а шёлковая ткань пижамы только усилила его, поэтому я хватаю запасное одеяло с кровати и закутываюсь в него как в плащ на короткий путь до номера Эмметта. Но одеяло тоже ледяное, оно лежало прямо под кондиционером, так что совершенно не помогает избавиться от пронизывающего холода, который никак не хочет покидать моё тело.

— Милые тапочки, — говорит Эмметт из конца коридора, прислонившись плечом к двери и держа её приоткрытой.

— Пошёл ты.

Он разражается смехом, и это, пожалуй, единственный звук, который я не ненавижу в три часа ночи.

Я плохо переношу недосып. На самом деле без сна я становлюсь настоящим кошмаром. Да, возможно, это делает меня требовательной. Но я не вижу ничего плохого в том, чтобы быть требовательной, когда именно я и занимаюсь всей этой «обслуживающей работой».

Я плачу за маникюр каждые две недели. Плачу за стрижку и окрашивание каждые шесть. И да, мне нужно восемь часов сна каждую ночь. Если это делает меня требовательной — ну и чёрт с ним. Мне нравится быть требовательной.

Эмметт заходит в номер, когда я подхожу, придерживая дверь, чтобы я тоже могла войти.

Оказавшись внутри, первое, что я замечаю — разницу температур. Здесь заметно теплее. Слава богу.

Потом я отмечаю полумрак. Комната освещена только мягким светом лампы на тумбочке, которая освещает путь к кровати.

Атмосфера получается… слишком интимной. И мне очень хотелось бы, чтобы это было не так.

Кровать не заправлена. На тумбочке лежат его очки для чтения. Чемодан стоит на подставке, расстёгнутый и открытый, и я мельком вижу одежду, которую он, вероятно, будет носить на этой неделе.

Но я его начальница. Я не должна знать, что он положил в свой чемодан. Я не должна видеть его неубранную кровать или знать, на какой стороне он обычно спит.

Если бы кто-нибудь узнал, что я спала в гостиничном номере своего сотрудника…

В его кровати.

Мой дед, совет директоров и пресса устроили бы мне настоящий ад.

— Хочешь, я лягу на пол? — спрашивает Эмметт, вырывая меня из мыслей.

Да. «Да» — единственный правильный ответ.

— Нет, — вместо этого говорю я. — Тебе не кажется, что ты немного староват, чтобы спать на полу?

— Ещё как, — бурчит он и направляется к своей стороне кровати.

Ладно. Мы действительно это делаем.

Я не знаю, чего именно ожидала. Может, надеялась на спор. Может, думала, что он будет настаивать спать где угодно, только не рядом со мной. Может, надеялась, что у кого-то из нас окажется хоть капля силы воли.

Я всё ещё стою у входа, дрожа от холодной пижамы, холодного одеяла и того, что всего несколько минут назад вернулась в свой ледяной номер.

И вдруг впервые за всю ночь чувствую, как кожа начинает теплеть.

Потому что стоя рядом с кроватью, Эмметт тянет руки вверх и одним плавным движением снимает футболку.

И, чёрт возьми, на него приятно смотреть.

Высокий, широкий в плечах, с массивными плечами и татуированными руками. На груди тёмные волосы. Талия уже, но тело не настолько «сухое», чтобы были видны все кубики пресса. Он просто мощный и сильный — особенно эти бёдра, почти разрывающие спортивные шорты.

Я уже видела его без футболки. Эта картинка давно сидит у меня в памяти.

Но я никогда не видела, как Эмметт снимает её прямо перед тем, как я собираюсь лечь с ним в одну кровать.

— Ты мог бы… оставить её, — хриплю я.

Он поднимает бровь.

— Мне и так нормально, но спасибо за предложение.

Эмметт тянется к поясу шорт, будто по привычке собирается снять их перед сном. Значит, он, вероятно, спит голым. Или, по крайней мере, в одном белье.

Что, опять же, я не должна знать.

Ему требуется меньше секунды, чтобы понять свою ошибку. Он поправляет шорты на бёдрах и оставляет их на месте.