Коста I (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой" - Страница 2

— Никогда не забывай, маленький, главный Закон.

— Я не маленький! — насупился Коста. — И закон помню. Если встретишь Темного Спиритуалиста, тут же сообщи Рыцарям.

— Все верно, — кивнула матушка. — Потому что мир может и не пережить второго Происшествия.

Происшествие. С большой буквы (что бы данное выражение ни означало). Коста помнил и о нем. Из страшилок и баек, которыми так любила обмениваться детвора.

Много, очень много лет назад Темные Спиритуалисты, поверив в сказку о том, что если призвать невероятно могущественного духа, то тот сможет исполнить одно желание, едва не уничтожили половину мира. Из-за их заклинаний два города первого ранга ушли под воду, сформировав Моря Двух Сестер, заполненные жуткими Духами, солеными водами, островами и громадными горами — Четырьмя Глазами.

С тех пор по всему миру в поисках Темных Спиритуалистов рыскает Орден Рыцарей. В каждом «Городе за Стеной» свой собственный, но ходят слухи, что есть и главный храм Рыцарей, который управляет всеми прочими, но никто в такое, разумеется, не верит. Даже Проша — дочь экономки и большая любительница всяких сказок. А еще — очень красивая девочка…

— А еще… а еще… я знаю, что Духи бывают разные, — начал тараторить Коста. — Крохотные, самые маленькие и незаметные. Они даже заклинаниями не обладают. Малые и Средние, у которых одно или два заклинания. Большие Духи, у которых может быть даже целых четыре заклинания! И еще, — Коста вскочил на ноги, запахнулся в простыню и взмахнул ей, как крыльями. — Великие Духи! Самые могучие из всех! И когда я вырасту, матушка, то обязательно стану Спиритуалистом Великого Духа! И увезу нас…

Мальчик осекся. Он не знал, куда может увезти матушку. Куда-нибудь, где много фруктов, солнца, а еще дом такой большой, чтобы из одной комнаты в другую надо было кричать. Совсем как в хозяйском поместье. Да, совершенно точно, когда-нибудь и они смогут жить в таком громадном дворце. Где-нибудь в городе Первого ранга. Где не надо просыпаться из-за сирены и бояться, что к стене подойдет целая армия орков, эльфов, троллей и всех тех, кто триста лет назад заполонил их мир.

Матушка все это время смеялась, а затем внезапно замолкла и слегка свела брови, из-за чего между ними пролегло несколько складок.

— Откуда ты все это знаешь, маленький?

— Я не… — начал было Коста, но замолчал и, понурившись, не стал ничего придумывать, ответив честно. — Я подслушал, как учили детей в библиотеке.

Матушка всплеснула руками и несильно щелкнула его по носу.

— Я же говорила тебе, чтобы ты не ходил по поместью без меня!

— Но мне было любопытно! — возмутился Коста. — А еще в библиотеке есть красивые картины и… меня никто не видел! Я р-р-раз и все, уже был таков.

— Маленький проныра, — прищурилась матушка.

Она часто его так называла.

Пронырой.

Косте даже нравилось.

— И чего такого ты смог еще у них подслушать? — матушка отдала еще одну печеньку.

Достойная плата, по мнению Косты, за честность.

— Что, бывает, Духи принимают физическую форму и бродят по нашему миру. Иногда безобидные, а иногда нет, — жуя угощение, продолжал делиться историями черноволосый мальчик. — Спиритуалисты ищут их, чтобы узнать заклинание призыва, и больше всего таких Духов в Стране… Духов. Звучит странно, да? Духи в Стране Духов… забавно как-то.

Матушка в ответ только улыбалась, а Коста все продолжал:

— И что чем сильнее Спиритуалист, тем больше заклинаний Духов он может узнать и использовать. Есть даже слово такое… м-м-м-м, — промычал Коста, стараясь вспомнить, как правильно сказать. — Спир, кажется… Да-да, точно, Спир. Только я не помню, что оно значит… но что-то важное! Да…

Все же Коста пусть и хорошо все запоминал, но в тот момент его больше волновало, как улизнуть незамеченным из библиотеки, так что он не особо прислушивался к последней части урока. Но вот само слово он запомнил точно:

— Мам, я еще слышал, что когда этот странный Спир достигает второй ст-стадии, — Коста отложил печеньку и посмотрел на матушку. — То Спиритуалист получает свое собственное заклинание. Это поэтому Рыцари охотятся на Темных? Потому что они и сами могут стать Духами Тьмы?

— Человек не становится духом, маленький, — поспешила успокоить его матушка. — Но уже достаточно на сегодня духов, Спиритуалистов и всего того, о чем на ночь думать не надо. Главное, не забывай Закон.

— Я всегда его помню, — с гордостью кивнул Коста.

Все дети помнили. Потому что от этого многое зависело. Никто не хотел бы, чтобы их дом, прямо посреди такой же летней ночи, вдруг ушел под воду или чтобы… произошло что-то страшное, о чем не писали в сказках, но о чем, тайком и украдкой от них — от детей, — шептались взрослые. О том, что в далеком прошлом, до появления Ордена Рыцарей, творили Духи Тьмы и те, кто владел их заклинаниями…

— А все же, мам, как становятся Спиритуалистами? — не смог-таки удержаться мальчишка.

Матушка, уже забравшая жестяной поднос с опустевшей мисочкой из-под овсяного печенья и стеклянным стаканом, где недавно еще плескалось молоко, замерла.

— Наверное, рано или поздно каждый родитель должен об этом поговорить, — чуть тихо прошептала она, но Коста не жаловался на слух.

Он вообще редко жаловался. Только когда ему приходилось есть яблоки. Он не любил яблоки. И на то имелась очень суровая, веская и жуткая причина!

— Маленький мой, — матушка протянула ладонь и с нежностью провела подушечками пальцев по его щеке. — Спиритуалистом нельзя стать, им можно только родиться. Когда в мир приходит новая душа, то порой бывает такое, что Духи проявляют к ней интерес и к роженице во сне является один из их посланников. Так мы узнаем, что ребенок обладает Спиром.

— Да? — тут же загорелся Коста и едва было снова не вскочил на кровати. — А кого ты видела во сне, когда родился я? Скажи! Кого?

Матушка молчала. И чем дольше в комнате на чердаке хижины гостила тишина, чем глубже мальчик заглядывал в глаза матери, тем отчетливее он все понимал.

Не будет никаких фруктов; солнце так и не выглянет из-за туч, а большой, просторный дом так навсегда и окажется заперт среди местами прогнивших досок, которые приходилось покрывать морилкой едва ли не дважды в год.

И потому нисколько не удивился, когда услышал:

— Я видела только наш дом, дорогой, — произнесла она. — Мне снился наш дом и звезды. Больше ничего.

— Ничего страшного, мам, — покачал головой Коста. — Ничего страшного… я вырасту и обязательно чему-нибудь научусь. Может быть, даже стану строителем или моряком!

Матушка улыбнулась и кивнула, тихонько сказав:

— Конечно, родной. Так все и будет.

Она уже открыла дверь на лестницу, откуда лился теплый, мягкий свет ламп и свечей. И, может, именно из-за него так ярко выглядела сочившаяся через окно тьма. Как если бы кто-то невидимый и огромный проткнул иголкой натянутое масляной пленкой беззвездное темное небо.

Из далеких черных просторов вниз, на землю, прямо внутрь их уютного дома, потянулись нити мрака. Дымчатой паутиной они проникали через щели между досками, струились сквозь пол и стены и, буквально вдребезги разбив окно, ворвались в комнату.

Матушка вскрикнула и выронила поднос. Тот покатился в сторону кровати Косты, а сам мальчик, сдернув с себя простыню, вскочил на ноги и, не обращая внимания на то, как ступни кусают осколки разбитого стакана, встал перед мамой. Он раскинул руки в разные стороны, стараясь прикрыть её собой.

Там, около лестницы, кутаясь во тьму, на них двоих молча взирала громадная крыса. Размером с охранную собаку, она жадно поводила по воздуху мерзкими усищами, дергала ушами и не сводила голодных черных глаз с Косты и его мамы.

«Темный Дух, Темный Дух материализовался у нас дома!» — билась мысль в голове мальчишки.