Коста I (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой" - Страница 1

Annotation

TerraArсana — мир, в котором герои проиграли.

Мир, где кнопку так и не успели нажать вовремя.

Где учёные не сумели разгадать загадку и остановить слияние миров.

Где человечество выжило — но лишь за исполинскими Стенами.

А по ту сторону Стен простираются земли, захваченные магическими расами: смертоносные подземелья, вздымающиеся к небу шпили волшебных башен и вечно голодные монстры. В этом расколотом мире люди научились подчинять Духов и обращать их магию в собственное оружие — так появились Спиритуалисты.

Коста по прозвищу Проныра — один из них.

Мелкий воришка.

Загнанный зверь.

Тёмный Спиритуалист.

По злой иронии судьбы Коста оказывается заперт там, где кишат охотники, мечтающие о его смерти. Чтобы выжить, ему понадобятся вся его хитрость, запретные способности и готовность рискнуть тем, чем не рискнёт ни один здравомыслящий человек.

Коста I

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Коста I

Пролог

На город опускалась ночь. Не такая, внутри которой роятся жуткие твари, достойные упоминания в самых пугающих и леденящих кровь детских страшилках. И, конечно, не такая, в которой тонкий девичий крик станет прелюдией к украденному кошельку, а затем и к будущей погоне, наполненной свистками стражников и стуком их деревянных жестких каблуков.

Да, это была другая ночь.

Обычная летняя ночь, когда по узким набережным теплой, спокойной реки прогуливались молодые и не очень парочки, а мимоходом, незаметно, выныривали из тени фонарщики, зажигая масло на изящных кованых столбах. Лишь редкие кэбы, запряженные уставшими за день лошадьми и управляемые не менее изнуренными извозчиками, трещали колесами и скрипели рессорами по брусчатке.

Массивные омнибусы и их четверки тягловых коней уже отдыхали в парках и стойлах, студенты и гуляки сгрудились в барах и ресторанах на Пивной улице, кабаре и театры опускали занавесы, давая измотанным артистам столь вожделенный отдых. И только где-то вдалеке, почти неслышно, жужжали никогда не засыпавшие фабрики, заводы и слепящий огнями морской Кагилурский порт.

Хорошая ночь.

Теплая.

Совсем не страшная. Скорее даже напротив — мягкий ветер ласкал лицо, принося c собой ароматы кофе, вишневого сидра и последние отголоски булочных и кондитерских, которыми так славился север города.

А именно здесь, на севере заурядного городка Третьего ранга, лишь наличием порта и Стены отличавшегося от поселка или города Четвертого ранга, и начиналась данная история.

Очередной фонарщик в черной форме с медными пуговицами, прикрывая ладонью зевок, приставил лестницу к чугунному столбу, поднялся по обточенным его же туфлями ступенькам и щелкнул огнивом около фитиля, предварительно проверив, осталось ли еще масло в поддоне. Закрывая за собой форточку стеклянного купола на фонаре, он на миг задержался и посмотрел за ограду.

За кованой решеткой, сплетавшейся в очертаниях различных Духов, на небольшом холмике, утопая в цветах и яблонях, высился громадный особняк. Четырехэтажный, со стеклянной крышей, венчавшей собственную обсерваторию, витражными окнами от потолка до пола, лепниной, барельефами, скульптурами на балкончиках и парапете и… всем тем, чего можно было ожидать, когда вопрос касался дома одного из виднейших Спиритуалистов города.

И сколь помпезно и монументально выглядел особняк, столь же невзрачно, вдали, спрятавшись за высаженными соснами и елями, притаилась деревянная хижина. Приподнятая над землей так, чтобы её не подтапливали дожди, она, напоминая колыбель, покачивалась на деревянных сваях каждый раз, когда её с невесомой нежностью касались порывы ветра.

Но городской работник уже спустился вниз и не знал, что происходило дальше. Да ему это было и ни к чему. Его ждали следующие фонари, а дома — теплая постель и любимая жена.

Ему не было дела до хижины.

А там, среди деревянных стен, двух маленьких окошек, на чердаке, молодая женщина читала маленькую книжку столь же маленькому мальчику. Лет восьми, может, чуть больше, он жевал печенье, запивал молоком и с жадным блеском в зеленых глазах слушал свою матушку.

Вот она перелистнула страницу и, водя тонким пальчиком по нитям странных символов, которые назывались «буквами», певучим, таким же теплым и уютным, как и его собственная постель, голосом рассказывала:

— Триста лет назад в наш мир вместе с волшебными созданиями вернулись Духи, — на следующей странице книги появилась картинка, где сверкающая, как роса поутру, белоснежная лошадь размахивала крыльями цвета осенней листвы. А на ней восседала девушка: то ли в платье, похожем на старинную броню, то ли в броне, похожей на старинное платье.

Коста, так звали мальчика, не умел читать, но любил картинки. Особенно красивые. Да и вообще — любил все красивое. И маму. Но мама, по счастливому стечению обстоятельств, была не только его мамой, но еще и самой-самой красавицей, которую Коста когда-либо видел.

И если кто-то скажет, что он видел-то всего пару служанок из главного дома, где его матушка служила старшей прачкой, то Коста даст ему в глаз! Конечно, ему потом будет очень стыдно, но… только если его поймают. Потому что если не поймают, то он даже собой немного будет гордиться. Потому что маму надо защищать! От кого? Ну… от кого-то — точно надо!

— И люди за многие столетия научились с ними общаться, — матушка заправила за ухо выбившуюся прядь длинных волнистых волос, темнее сгустившейся за окном чернильной ночи. Сейчас она стала чаще улыбаться. Уже много лет как у неё больше не болел живот. Мальчик плохо помнил те времена, но радовался, что те остались в прошлом.

А еще Коста надеялся, что когда он вырастет, то у него будут такие же красивые волосы. И такие же мягкие черты лица, чем-то напоминающие кукольные. Вот только ярких синих глаз у него так и не появится. Он родился с зелеными. Такими же, по словам матушки, как и у его отца, которого Коста никогда не видел.

Да и не хотел. Ему нравилось так. В небольшом доме посреди елей и сосен, вместе с матушкой, теплым молоком, печеньем и играми с другими детьми прислуги.

— Знаешь, как называют тех, кто умеет звать духов? — спросила матушка, подавая ему следующую печеньку.

— Спиритуалистами, — тут же выпалил Коста.

Может быть, он пока еще и не умел читать и писать, но обладал хорошей памятью. Если, конечно, верить старенькому сварливому дворецкому, который каждый раз обещал выдать Косту хозяину поместья, если несносный мальчишка опять проберется на кухню за очередной сдобной булочкой.

Коста любил булочки.

Может, лишь немного меньше, чем все красивое. Но вот ведь ненастье — булочки порой тоже были красивыми! Особенно покрытые шоколадом и ванилью!

— Все правильно, — улыбнулась матушка. Так же ярко, как порой, выглядывая из-за туч, улыбался сонный полумесяц.

Почему «сонный»? Коста не знал, но ему так казалось.

— Они — последняя защита и опора человеческого рода. Они оберегают наши Города от захватчиков, монстров и злых Духов, — продолжала матушка. — А какие бывают Спиритуалисты?

Коста нахмурился и начал загибать пальцы.

— Те, кто умеет говорить с Духами Света, потом еще с… да, с Духами Предметов, разных Стихий и… — Коста понизил голос и заозирался по сторонам, будто их мог кто-то подслушать, кроме старенького комода и невысокого столика. — Те, кто разговаривает с Духами Тьмы, но их никто не любит.

Матушка кивнула и погладила его по голове.