Темная адептка. Учеба по привычке - Алфеева Лина - Страница 3

От иллюзорной магии всегда расползался такой фон, что остальные маги только зубами скрипели от досады. Наша магия была как стойкие духи, ничем не забиваемая, она неизменно притягивала всеобщее внимание, в то же время требовала сущие крупицы резерва. Там, где боевик осиливал лишь пару десятков заклинаний, иллюзионист мог зажигать хоть несколько дней, главное – подобрать правильное условие‑ограничитель, делающее чары незатухающими. Магия иллюзий вернула мне интерес к жизни, а с остальным непременно справлюсь, ведь на то я и Сатор! «Нет преград» – таков девиз нашего рода.

Я решительно тряхнула головой и приготовилась подбросить дровишек в общий костёр веселья, наколдовав пару‑тройку сногсшибательных фантомов, когда почувствовала присутствие посторонней магии. Предупредить ребят я не успела, двери в зал резко распахнулись, и на пороге возникли два субъекта в униформе стражей Тёмного Альянса.

– Вечеринка окончена, девочки, – оскалился в улыбке один из них и заметно вздрогнул, обнаружив у себя под ногами вместо пола плещущиеся волны.

– Спасибо, но мы ещё посидим! – задорно воскликнула Тиана.

– А вы к нам на запах заглянули? Или печаль какая приключилась? Не стесняйтесь, мы вам с радостью поможем! – подхватила я.

Остальные молча жевали пироги и попивали из кружек чаёк, точнее, пировать продолжали фантомы – оригиналы, скрытые магией, уже пробирались к распахнутому окну. Главный девиз иллюзиониста: «Твори и беги! А ежели убежишь – тогда и разберёшься».

Вникать в суть претензий стражей мы собирались, лишь добравшись до стен родной школы.

– Так что, поведаете нам о вашей беде или передумали? – ласково протянула я, обгладывая ножку перепёлки.

Чтобы общая картина выглядела достоверно, мы с Тианой повторяли действия фантомов.

– Только учтите, мы не целители и даже не некроманты, вернуть утраченное и бездарно растраченное не сможем, – подхватила подруга.

– Э‑э‑это вы сейчас о чём? – ошалело спросил один из стражей.

– Мужскую силу не возвращаем! Иллюзия не сработает! – заявила я, пряча пылающее от смущения лицо за маской невозмутимости.

Стражи окончательно впали в ступор. Свой вклад внесли проплывающие мимо белые медведи и дельфины, побег уже практически состоялся, как вдруг пятерых адептов, которым удалось вылезти наружу, втянуло обратно в зал, а потом окно захлопнулось с оглушительным треском.

– Попались, птенчики! – с толикой злорадства объявил мужчина, которого прежде в зале и не наблюдалось.

Поверх тёмно‑синей куртки стража поблёскивал медальон, при виде которого я повернулась к Тиане и обнаружила в её глазах отражение собственной паники. Это был офицер! Не мелкая сошка, вроде тех двоих, над которыми мы только что поиздевались, а начальство собственной персоной. А в начальники абы кто не выбивается. Значит, как минимум талантливый маг.

– Эге! Нехило вы тут поотмечали. – Страж с заметным любопытством прошёлся по иллюзорному морю, ещё и ногами потопал для полноты восприятия.

Развеять наколдованное он не смог, значит, к магам разума отношения не имел, но в то же время чувствовал иллюзии. Очень интересный субъект, таким любоваться желательно издалека, за занавесью полога невидимости!

– Раз пирушку я вам всё равно испортил, то позвольте зачесть. – Страж развернул свиток.

И мы выяснили, что указом нашего бессменного и, как поговаривала молва, бессмертного главнокомандующего Тёмного Альянса весь четвёртый курс Школы Иллюзий и Преображения перебазировался в Карагат для проведения учений совместно с боевыми магами Карагатской военной академии.

– Как это в Карагат? Мне нельзя в Карагат, у меня же свадьба через две недели! – первая отошла от шока леди Миранда Мирт.

– Милая леди, уверяю, после Карагата вы либо забудете, как выглядит ваш жених, либо разлука только укрепит любовь. Если она истинная.

– Всё равно не могу. Я… Я беременна, – трагическим шёпотом произнесла Миранда, а я ощутила лёгкий тычок в ногу.

– И мне нельзя в Карагат. У меня маленький вот‑вот… месяцев через пять на свет родится. – Вскочившая на ноги Ария продемонстрировала внушительный живот.

Девчонки переглянулись и сочли, что побыть немножко беременной всё же выгоднее, чем тащиться на север в военную академию.

– Признаю, виноват! – бодро отчеканил Георг Войский и, тяжело вздохнув, добавил: – По закону будущего многодетного отца нельзя привлечь на военную службу.

– Да ладно. – Офицер сурово свёл брови. На его лице так и читалось: «А что, так можно было?» – Проехали. Уже не актуально. Итак, дамы, вы утверждаете, что все пять понесли от этого гражданина…

– Георг Войский, лорд Исольской долины, – представился адепт.

Офицер снова нахмурился.

– Знаю такую, – вклинился страж. – Тихое, приятное местечко.

– То есть считаешь, что местных девок ему реально не хватило?

– Так, может, он тренировался.

И стражи дружно уставились на нас, а я… я в панике смотрела на Арию, у которой от нервов сползала не только маска невозмутимости, но и наколдованный живот! Минуту назад задорно выпирающий из‑под платья, он заметно осел, ещё немного – и развоплотится.

– Ой! – громко воскликнула я. – Кажется, моей подруге плохо!

И отважно бросилась на помощь, обхватила иллюзию живота руками, вливая в неё порцию силы.

– Дыши глубже. Вдох‑выдох, – пыхтела я, старательно следуя собственному совету.

Это только собственные иллюзии просто создавать, а вот перехват контроля над чужой – задачка в разы сложнее. Сперва пришлось пробить каркас, потом замкнуть существование на себя и уже потом поработать над формой. Было бы проще, если бы Ария сама передала мне контроль над наколдованным животом, вот только делать этого она не умела.

– Толкается, да? – как‑то чересчур ехидно поинтересовался офицер.

– Ария, у тебя толкается? – трагическим шёпотом вопросила я, украдкой наступив ей на ногу. Если Ария впадает в ступор – это надолго.

– Ещё как! Я сейчас физические нагрузки плохо переношу. И через порталы мне проходить нежелательно.

– Ой! И у меня, кажется, толкается!

– Это не лялик, а пирог. Есть надо было меньше! – зло шикнула я на Касмину, переживая, как бы та, воодушевлённая примером Арии, не нарастила себе живот. И это когда все мы были под прицелом взглядов стражей Тёмного Альянса.

– Хорошо. Задача ясна. Девушки и герой‑любовник остаются, остальные на выход, – приказал офицер.

Парни понуро поплелись к выходу, бросая на Войского завистливые взгляды. На их месте я бы завидовать не спешила, чуйка прямо‑таки вопила, что от этого офицера мы так просто не отделаемся.

Дождавшись, пока последний адепт покинет зал, офицер повернул один из стульев спинкой вперёд и уселся на него верхом, сурово глядя на нас.

– Натан Ройс, офицер гарнизона Карагата. Присаживайтесь, дамы. Побеседуем.

– Вот прямо сейчас? – Касмина всё ещё посматривала на дверь с надеждой.

– Предлагаете подождать, пока вы дружно начнёте изображать родовые потуги? – Страж наставил указательный палец на девушку: – Девственница. – Затем перевёл его на Арию, и в тишине прозвучало грозное: – И всё‑таки всё ещё девственница.

Ария тихо охнула и покраснела до корней волос, окончательно растеряв остатки иллюзорной маски. Осмотр леди Миранды Мирт и Тианы подтвердил этот же диагноз. И тут офицер повернулся ко мне, окинул взглядом, почему‑то поморщился и хмыкнул:

– Эта ещё даже не целовалась.

Вот не знаю почему, только стало жутко обидно и неприятно. Да и может ли быть иначе, если твою личную жизнь перетряхивают в присутствии парня! Войский хоть и был своим в доску, но на подружку никак не тянул.

– Меня оценивать будете? – процедил сквозь зубы взбешённый адепт.

– А что тебя оценивать? Ты – кобель, – милостиво выдал характеристику офицер Ройс.

– А вы? – зло прошипела я.

– А я инкуб, – оскалился в улыбке собственно инкуб под дружный стон адепток Школы Иллюзий и Преображения.

Эта наглая морда с первой секунды знал, что ни одна из нас не беременна!