Темная адептка. Учеба по привычке - Алфеева Лина - Страница 2

– Динара решит, рассчитает, развеет и сплетёт иллюзию любой сложности по сходной цене! – торжественно объявил Георг Войский. – А ещё напишет диплом, сходит за вас на экзамен и нивелирует любое наказание…

– Ну, знаете, это уже наглость! – В дверях аудитории стояла госпожа Ортон. – Обсуждать будущее недостойное поведение в присутствии преподавателей!

– Так вы бы не подслушивали, – буркнула я.

– Наказание адептам назначается с целью поощрения тяги к знаниям, а не чтобы вы, ушлая особа, набивали карман!

Я тактично промолчала.

Всем было прекрасно известно, за сколько в ШИПе можно избавиться от назначенного наказания. Я всего лишь перенаправила финансовые потоки. Кто ж виноват, что со мной приятнее иметь дело, чем с той же госпожой Ортон? Улыбнусь, помогу, ещё и скидочку сделаю, вместо того чтобы выносить мозг воспитательной беседой. Но не будем о насущном. Впереди целых три месяца каникул!

– Уверен, Динара хорошенько подумает над вашими словами и сделает правильные выводы. – Войский сцапал меня под локоток и настойчиво поволок прочь от экзаменационной. – Не наглей. Знаешь же, в её силах сделать твою жизнь невыносимой.

– Она может попытаться.

– Динара, а выходи за меня, – раз в десятый предложил Георг.

– Как только император узаконит двоежёнство.

Мы оба прекрасно знали, что в столице Войского ждёт невеста. Прелестная девушка, сама портрет видела. Войский носил его в медальоне, любовался по десять раз на день, целовал, что, впрочем, не мешало ему подкатывать ко всем адепткам нашей группы.

– Айда отмечать сдачу!

– И обмывать будущие дипломы!

– И пожрать давно пора. Время‑то обеденное.

Рациональные предложения исходили от парней.

– Так защита же только через два дня.

– Готовиться надо.

– И к выпускному надо готовиться.

Это уже девушки.

– Да зачем вам готовиться? Кого вы хотите обмануть? – оскалился в улыбке обернувшийся Войский и едва не получил пульсаром в лоб.

Не получил потому, что пульсар оказался нематериальной иллюзией, которая прошла сквозь голову мага‑иллюзиониста.

– А мне обмывать нечего, – меланхолично заметила я, с трудом сдерживая улыбку.

– Значит, помянем! – гаркнул Войский, и наша слаженная компания понеслась к выходу.

* * *

Ребята приготовили мне памятные сувениры и вручили их, перед тем как сесть за праздничный стол. Это было так трогательно и неожиданно, что я не смогла сдержать слёз. Хлюпала носом не таясь. Здесь же были все свои.

Неунывающая Тиана Савойская, дочь обнищавшего баронета, чьё имущество вот‑вот должно было пойти с молотка, если она не выйдет замуж за страшнючего родственника. Тиана давно смирилась с судьбой и собиралась окутывать муженька иллюзией, особенно в пикантные моменты. Девушка протянула мне серебряную булавку‑накопитель:

– Такая же цепкая и острая, как твой язычок.

Балагур Георг Войский, единственный парень в нашей группе с сильным магическим даром, который обладателю был совершенно не интересен. После получения диплома Георг планировал заняться разведением боевых грифонов. Статуэтку грифона он мне и преподнёс со словами:

– На удачу.

Красивая, как фарфоровая куколка, Ария. Она бросилась очертя голову в омут иллюзий в надежде заглушить родовую магию прорицательниц. Ария подарила зеркальце с жутким в своей правдивости пожеланием:

– Чтобы всегда помнила, кто ты есть.

Вечно хмурый Икар, любивший создавать фантомных монстров, таких же жутких, как и его личные кошмары. Икар был дезертиром, и дар иллюзиониста оставался для него единственным шансом на новую жизнь. Парень подарил мне кинжал:

– Чтобы могла себя защитить.

Когда мне вручили последний дар, я уже всхлипывала в голос. Какие же они всё‑таки хорошие!

– Видишь, правильные поминки по загубленному диплому намечаются, – оскалился в улыбке Георг. – А теперь прошу всех вкусить ритуальный обед!

Стол на двадцать персон нам накрыли в отдельном зале. Судя по выставленным на белоснежную скатерть яствам, трактирщик заранее знал, что мы нагрянем. Здесь был и запечённый целиком поросёнок, и три вида фаршированных перепёлок, и жареные колбаски, а от аромата свежайших пирогов у меня голова пошла кругом. Всё‑таки зря я не позавтракала перед экзаменом.

– Динара, ты чего? – Георг приобнял меня за плечи и легонько встряхнул. – Всё же получилось.

Да. Получилось. Вот только расставаться было очень грустно.

Внезапно одна из перепёлок покрылась перьями, встала на лапки и пропищала тоненьким голоском:

– Ребята, налетай!

Это был сигнал к последующему безобразию. Иллюзионисты всегда и везде превращали любое мероприятие в балаган. При том, что им никогда не наливали. Сама магия, бегущая по венам, пьянила не хуже игристого вина. Вскоре мы сидели уже не в таверне, а на дрейфующей в море льдине, мимо проплывали белые медведи и дельфины. У Арии с географией всегда было не очень.

В иллюзорных вазах расцветали цветы, над ними порхали пёстрые бабочки, созданные парнями. Одна из крылатых прелестниц как раз тащила в лапках кусок пирога, летела тяжело, рывками – левитация выходила у Икара не так хорошо, как иллюзии.

Заглянувшая к нам подавальщица громко взвизгнула и выронила кувшин с безалкогольной травяной настойкой. Георгу пришлось извиняться за нас всех. Дамский угодник с лёгкостью успокоил девушку, одарив её букетом иллюзорных цветов, а Касмина, мечтающая о собственном салоне красоты, за пару секунд превратила жиденькие волосы подавальщицы в роскошную копну и сделала макияж. Безумно счастливая девушка побежала к трактирщику выпрашивать выходной.

На меня же снова накатила хандра, но я окутала лицо иллюзорной маской, чтобы не заметили, что мои глаза блестят от непролитых слёз. С этими ребятами я не только проучилась целый год, с ними я вернулась к жизни. Хотя это было совсем непросто.

Единственная и любимая дочь тёмного лорда Сумеречья, я ни в чём не знала отказа. По традиции дети тёмных получали домашнее образование, но когда я захотела поступить в Школу Иллюзий и Преображения, отец не стал отговаривать. Более того, лично помог с установкой иллюзорной личины, под которой я и отправилась штурмовать стены учебного заведения. От природы фигуристая, темноволосая, с кожей, к которой совершенно не прилипал загар, я превратилась в субтильную блондинистую девицу. Причём над фигурой как раз папа и поработал, беспощадно стерев все округлости. Когда я разнылась, что теперь похожа на мальчишку, папа невозмутимо заявил, что ему так спокойнее, а потом добавил: выучишься – снимешь иллюзию. Собственно говоря, эта задачка и стала нашим негласным символом моего успешного завершения обучения. Задачка, которую я не могла решить до сих пор. И помочь мне было некому. Теперь некому.

Смерть отца потрясла не только Сумеречье, но и весь Тёмный Альянс. Архимаг тёмных сил, в венах которого текла кровь высших демонов, считался неуязвимым. Его обожали друзья, уважали враги. Заядлый дуэлянт и побратим самого императора, он участвовал в нескольких военных кампаниях, дорос до звания магистра и вошёл в Совет Тёмных. Точнее, его принудили к этому – только на таких условиях он смог получить руку моей матери – первой красавицы столицы. Молодость моего отца прошла бурно, карьера была головокружительной, а жизнь оборвалась внезапно: однажды утром его обнаружили мёртвым в лаборатории. Злые языки шептали, что отец решил прыгнуть выше головы в стремлении в очередной раз продемонстрировать собственную гениальность и не совладал с тёмными силами. Я же не сомневалась – отца убили.

А я внезапно осталась одна. Да меня на порог родного замка не пустили! Никто из многочисленной родни не признал во мне леди Элену Сатор, а ведь среди неё были и сильные маги. Невинная шалость обернулась ловушкой. Прощаться с отцом пришлось в толпе простолюдинов, пришедших отдать последнюю дань уважения своему господину. После похорон я вернулась в Школу Иллюзий и Преображения, которую отныне считала своим домом. Это было единственное место на территории Тёмного Альянса, где я могла скрыть пробуждение тёмного дара.