Тактик 7 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 32

Её голос дрогнул.

— Но сорок два года назад дед нынешнего короля Вейрана, тогдашний король Эйнерин велел снести памятник. Сказал, что негоже людям чтить нелюдей. Статую переплавили, имена братьев запретили упоминать в хрониках.

Понятно. Ещё одна попытка переписать историю в угоду человеческому превосходству.

— А остались эскизы, чертежи?

— Да. Моя семья сохранила лекала памятника, чертежи и множество зарисовок, причём сделала это в тайне. Многие члены общины помнят, как выглядел монумент. На площади до сих пор стоит пустой камень-монумент.

Я поднял глаза. Пока она говорила, вокруг собралось достаточно много эльфов, а также и не эльфов из соседних районов. Они помалкивали и следили за этим разговором. Хм. Значит, вопрос для горожан не праздный.

— А мнение городского Совета?

— Ну… Решение о сносе памятника не наше. В памяти горожан, особенно тех, кто постарше, знания об эльфах живы, факт не оспаривается и отношения к эльфам очень уважительное.

— Совет в его новом составе может принять решение? Негласно, чтобы вы потом чуть что, могли спихнуть всё на меня?

Отто кивнул:

— Да, никто не будет против. Но за последствия мы того… опасаемся.

— Значит, решение за мной и ответственность моя. Само собой, я человек не пугливый, так что…

Я повернулся к толпе. В ней были и люди, и эльфы, и представители других рас. Все смотрели с осторожной надеждой.

— Герцог Рос постановляет, что памятник основателям города будет восстановлен.

Глава 15

Время не теряли

Тем же днём я дошёл и до орков. То есть, за первую половину дня я обошёл весь город и всю стену, установил, что охрана мостов ведётся, вместе с пехотными ротами на мостах осуществляется контроль силами разведки. Кроме того, разведка изучала окрестности города, но на небольшую глубину. Я не мог себе позволить отправить рейд-группы, зная, что город под ударом, так что разведчики находятся близко, чтобы вернуться в город в случае опасности.

Разведка проверяла входящих в город крестьян и торговцев, которым уже сообщили, что город не на карантине и рынок «Золотая карта» собирается открыть свою деятельность завтра, работать, торговать и вообще, город чувствует себя хорошо.

Среди крестьян уже было представление о Штатгале как о силе, которая крестьян не трогает, они же нас называли «крестьянская армия». Что интересно, только за то, что по происхождению значительная часть солдат были именно из разряда сельских жителей (далеко не все, но с крестьянами я выставлял общаться именно людей-крестьян, так что у них возникало такое ощущение).

На мосту нас с Отто нагнал свежеотпущенный офицер Клайц.

Сегодня всех стражников отпустили, потому что они удерживались в местной тюрьме и бюро стражи. При этом мои парни (а они умеют быть убедительными) лично ему велели меня найти и принять назначение на пост временного начальника городской стражи.

— Здравия желаю, господин генерал! — Клайц вытянулся во фрунт передо мной и даже приложил раскрытую ладонь к району уха. На нём была тёплая шапка со знаками различия стражи города Вальяд. — Благодарю за то, что освободили наших парней из клеток, а то мы признаться, боялись, что просидим долгие месяцы под замком.

— Это наш Клайц, — запоздало представил его Отто. — Ваша светлость, а могу я попроситься домой? Старые кости требуют отдыха, к тому же Вас может сопровождать Клайц, там и познакомитесь.

— Да, советник Отто, спасибо, Вы очень помогли.

На мосту я взял с собой в качестве охраны ещё и Гришейка, в компанию к Хайцгругу и заменил уставшего Отто на Клайца, здоровяка с обманчиво-глупыми глазами и побрёл по городу.

— С Вашего позволения, господин генерал, а позвольте спросить, как Вы поступите с пленными наёмниками?

— Хм. Сейчас урегулируем. Скажи, ты теперь начальник стражи, сколько у тебя под началом человек?

Клайц на пару секунд задумался:

— Было сто девятнадцать человек, вроде. Но капитан у Вас под арестом, надеюсь с ним всё хорошо?

— Да, сегодня ты с ним пообщаешься, Клайц, назначение временное, ты убедишься, что с ним всё в порядке, ну и по делам он тебя проинструктирует. Так что по численности?

— Ах да. Получается уже меньше ста двадцати. Шестеро ранены после Вашего того… этого…

— Я понял. Скажи, а они — местные?

— Ну да, как иначе. Многие служат в страже несколько поколений, династическое отношение… того… Но назвать нас воинами никак нельзя. Стражники же разные, есть патрульные, есть караульные при охране объектов. Есть служаки-ищейки, есть три следователя, которые ведут уголовные дела для того, чтобы передать преступников в суд. Есть у нас отдел, служащие которого по семейным преступлениям и делишкам внутри общин, а есть даже те, кто занимаются детьми и подростками. К тем особый подход нужен. Ну, какие мы воины?

— Я не спорю. Хорошо, что местные. Значит, ты организуй их службу в обычном порядке, докладывай о работе Совету, как это делал Пейгди, но любой вопрос, касающийся враждебной деятельности шпионов и безопасности стены, военного вторжения или контрабанды оружия докладывай мне или Муррангу, я вас познакомлю. Понятно?

— Понятно, ваша Светлая того… то есть, светлость! А насчет наёмников?

Мы двигались к орочьему кварталу, за нами пыхтел Хайцгруг, Клайц поминутно на него оглядывался, на орков. Клайц был здоровяк, но Хайцгруг никак не меньше его, к тому же в броне и с оружием. Впрочем, орки к новому начальнику стражи никакого негатива не проявляли, месяцы службы в Штатгале, плюс огромное количество стычек и боёв постепенно вытравливали из моих бойцов воспоминание о том, что они были каторжниками и в большинстве должны были бы сгнить в тюрьмах и на каторжных работах.

Сейчас для бывшего уголовника Хайцгруга и неудавшегося атамана, начальник стражи всего лишь городской чиновник, с которым надо сотрудничать, но не обязательно доверять, всё же мы друг другу чужаки.

— Смотри, Клайц… Наёмники. А они набраны из местных?

— Где-то половина. Остальные из пришлых.

— Вот как? А ты знаешь, кто откуда?

— Ну, на память, пожалуй, что нет, а так определить можно.

— Сделаем так. Ту половину, которая местные, я выпущу после того, как их проверят мои маги на предмет злого умысла, есть у них такие заклятия, но при этом расформирую, а ты раскидаешь по своим патрульным отрядам. Будет тебе усиление в это нелёгкое время.

— А пришлые? Мы многих наняли аккурат перед Вашим, как его назвать-то… того… этого… приходом.

Я усмехнулся. Клайц плохо формулировал мысли, но был далеко не дурак, котелок у него варил, не удивительно, что среди всех офицеров Пейгди рекомендовал его.

— С пришлыми я поговорю, пусть посидят пока под замком. Кормить будут, обижать или гонять на каторжные работы не будут, но и отпустить я их не могу. Если выгоню из города, они присоединяться к армии Гуго, мне же их и отправлять на тот свет к богине Клегга. Нелогично? Оставить их в городе — создавать себе риска удара в спину.

— Ну, они же просто наёмники…

— И что, Клайц? Думаешь, у Гуго тут нет сторонников, которые подкупят их на нападение с тыла? Диверсии? Попытки меня убить? С другой стороны, сам я их нанять тоже не могу, моя армия комплектуется не так.

Главный стражник понимающе кивнул.

— Короче, с тебя список «своих» и «не своих».

Мы дошли до орочьего района.

Ну, орки нас ждали, потому что, когда мы зашли на их территорию, они скопом вывалились из какой-то таверны и я даже подумал, что взял маловато охраны.

Перед нами за короткое время возникла толпа орков. Впрочем, Клайц не выглядел напуганным, вероятно, с орками у людей не было бытовых конфликтов. Впереди шёл огромный седобородый орк в потёртой кольчуге поверх свежепостиранной белой рубахи.

— Ты генерал Рос? — прогремел орк.

— Я. А вы, я полагаю, старейшина Гроссейк? — с лидером орков я не встретился вчера, но и арестован он не был.

— Я самый. И у меня к тебе вопросы!