Отшельница. Искра короля (СИ) - Индиви Марина - Страница 31

Миг — и вот уже на меня смотрят и Валери, и ее фрейлины, а расстояние между нами неумолимо сокращается. Так, что свернуть ни у кого нет возможности, разве что прыгать в красиво подстриженные кусты.

3.8

Фрейлины пришли в замешательство, на их лицах заиграли самые различные эмоции: от смущения и страха до брезгливости (привет, брюнетка справа). Они замедлили шаг, а вот Валери, напротив, решительно направилась в мою сторону, наплевав на зонтик и яркое солнце. Подойдя ближе, королевская невеста наморщила свой маленький нос и, игнорируя меня, обратилась к сопровождающим меня стражникам:

— Темницы находятся в другой стороне! Почему вы водите опасных преступников через парк?

У меня самопроизвольно вырвался нервный смешок. В этом мире я успела побывать кем угодно, меня называли мошенницей, изменницей, плохой матерью, только не опасной преступницей. И вот, пожалуйста! Кем я окажусь дальше?

Мой смех естественно не остался незамеченным.

— Я сказала что-то смешное, Оливия? — Королевская невеста вонзила в меня взгляд-кинжал, и я не стала расшаркиваться. Если эта девчонка даже не пытается быть вежливой, то почему я должна вести себя иначе.

— Меня ведут не на ежедневные пытки, Валери. Стефан разрешил мне прогуляться в парке.

Моя последняя фраза повисла в воздухе, фрейлины перестали шептаться, даже двигаться, чтобы шелест их юбок случайно не нарушил эпичности исторического момента под названием «встреча бывшей и будущей жены». Стало так тихо, что было слышно, как вдали фонтаны разбрасывают воду, а шмели с мерным жужжанием перелетают с цветка на цветок, собирая нектар.

По лицу Валери пробежала тень, словно она сражалась с охватившими ее чувствами. Но пойти против слова короля никто не осмеливался. Разве что когда-то Оливия.

— Как благородно с его стороны, — выдавила из себя Валери, распахнула веер и начала им обмахиваться. Фрейлины на заднем плане тоже заохали и зашелестели. — Постараемся вам не мешать.

Следом уже у меня глаза расширились, а брови поползли вверх, потому что невеста отступила в сторону, пропуская и меня, и стражников. Фрейлины тоже посторонились, нырнув за Леркину спину. Словно солдаты выстроились на плацу.

Я едва подавила желание, проходя мимо них, сказать: «Бу!». Уверена, несколько точно свалилось бы в обморок. При такой жаре и в подобных корсетах — сто процентов.

Как вообще можно кому-то помешать в почти пустом парке? Кроме цветника фрейлин, я насчитала всего троих, прогуливающихся вдалеке. Очевидно, далеко не всему двору хотелось принимать солнечные ванны и получать витамин Д. Но мне предлагали вечерний променад, я выбрала черный ящик. Тьфу, столкновение с Валери!

Спустя полчаса я получила ответ на свой вопрос: как можно испортить мне прогулку в таком огромном парке? Меня буквально преследовал цветник фрейлин под предводительством новой пассии Стефана. Куда сворачивала я, туда уверенно перетекали они, раздражая меня своими перешептываниями и хихиканьем. Как итог, я очень быстро перестала наслаждаться долгожданной свободой и ходила по дорожкам среди пышных ярких клуб исключительно для того, чтобы размять ноги. Кто его знает, этого ровановского короля, когда он разрешит мне в следующий раз прогуляться!

Но плюс у приставучих фрейлин тоже был: пока я думала о них, мысли о дневниках испарились из моей головы. Для них просто не осталось места. Солнце, благоухание цветов, мраморные фонтаны, изображающие драконов, устремленных в небо — все это не позволяло мне вновь скатиться в хандру и депрессию.

Я присела на бортик самого большого овального фонтана и прикрыла глаза, стараясь выкроить для себя несколько минут уединения. Представить, что я здесь одна. Без стражи. Без Валери. Без Стефана, чья воля мрачной тенью маячила над моей дальнейшей судьбой.

Как мне убедить его меня отпустить? Домой, к Лазару. Как мне сделать это после того, что я узнала про настоящую Оливию? Признаться, что я не она? Но поверят ли мне, если даже Тимоти не верит родной матери, считая ее интриганкой? Не сочтут ли Равьеры мою правду очередной уловкой?

Я так и останусь чудовищем.

Из медитативно-философского состояния меня вырвали женские крики. Фрейлины, успевшие расположиться на лавочках напротив моего фонтана, истошно визжали и бегали туда-сюда, при этом смешно размахивая руками в белых кружевных перчатках. Присмотревшись, я заметила пчел или ос, которых они всполошили.

Дуры! Неужели их никто не учил, что рядом с пчелами лучше вести себя спокойно, размахивание рук полосатые насекомые могут принять за агрессию и перейти в атаку. Что, собственно, и случилось с одной из фрейлин. Она с силой хлопнула себя по лицу, вскрикнула, а затем свалилась на гравий дорожки.

Я действовала на вбитых в голову инстинктах: подскочила на ноги и бегом бросилась в сторону девушек. Точнее, бросилась бы, если бы мои стражи не преградили мне дорогу.

— Я не сбежать хочу, — прорычала я, — а спасти девушку. Расступитесь!

Очевидно, мой тон был королевским, потому что они подчинились.

Я в секунду оказалась возле бедняжки, лицо и шею которой уже начало раздувать от отека Квинке, предвестника анафилактического шока. Драконы, магия, а пчелиный яд все равно опасный аллерген во всех мирах. Я склонилась над задыхающейся девушкой, пытаясь осознать, как ее спасать. На Земле я бы ввела ей антигистаминное, здесь тоже было подходящее зелье, но — ой, сварить его за пару минут я не могла. Мне захотелось мысленно заорать: «Это мы не проходили», но я уже привычно заставила себя думать.

Я не могла замедлить попадание аллергена в кровь, судя по реакции, он уже там. Значит, нужен другой подход. Сделать все, чтобы девушка продержалась до приезда «скорой», то есть, до появления целителей.

— Дайте мне нож! — скомандовала я.

— Какой кошмар! — взвыла другая фрейлина и хлопнулась в обморок.

— Не давайте! — взвизгнула Валери. — Она добьет бедную Августу!

— Не давайте, — зло согласилась я и строго посмотрела на стражников. — Пусть кто-то из вас разрежет на ней корсет!

Желающих обесчестить аристократку не нашлось, поэтому мне быстренько выдали кинжал, которым я разрезала шнурки туго затянутого женского устройства для пыток. Интубацию я делать не могла, но могла урвать для моей пациентки лишний глоток воздуха.

— Кто-нибудь позвал целителей?

Валери и остальные уставились на меня как на чудо света.

Ну супер! Пока помощь подоспеет, девушка задохнется. Я не могла этого допустить. Думай, Оля, думай! Магия — суть та же наука, с ней у тебя даже больше возможностей. Аллергическая реакция — ответ иммунной системы на действие аллергена, когда сам организм буквально начинает сам себя жрать. Он бесконтрольно впрыскивает в кровь огромное количество медиаторов воспаления, остановить эту реакцию способны только глюкокортикоиды внутривенно, а здесь — зелье от аллергии. Но что, если сегодня зельем побуду я?

Как и в ситуации с Марни, я развернула над девушкой голограмму ее организма. Кажется, при этом потеряла сознание еще одна фрейлина, я не была уверена, потому что целиком сосредоточилась над спасением моей пациентки. Действовала интуитивно, но трезво, как учил меня Дэмиан, повторяя про себя, что магия — инструмент. Всего лишь инструмент. Это мой скальпель, а сегодня — моя капельница. Я принялась успокаивать одуревшую иммунную систему девушки, останавливая новое образование тучных клеток, которые провоцировали отек.

Этот было даже сложнее, чем с Марни. Потому что я чувствовала себя Гераклом, укрощающим льва. Там я была в своей стихии хирурга, здесь же ступила на стезю фармации, местной алхимии. Но у меня получилось. Спустя несколько минут отек начал уменьшаться, а девушка задышала нормально. Ее бледное лицо порозовело, а я, борясь с головокружением, с облегчением плюхнулась на дорожку.

— Кто-нибудь мне поможет? Ее нужно отнести во дворец.

Вместо того, чтобы шагнуть ко мне, гвардейцы вытянулись по струнке, потому что на площадку перед фонтаном сели одновременно сразу два дракона, мгновенно обернувшиеся Стефаном и Тимоти. Король и наследник были настроены решительно, но, глядя на меня, резко замедлили шаг. Стефан нахмурился, а брови Тимоти практически коснулись кромки волос. Только сейчас я осознала, как выгляжу, склоняясь над бедной фрейлиной с кинжалом.