Наагатинские и Салейские хроники (СИ) - Гичко Екатерина - Страница 59

– Можешь спросить у меня. Я не подумаю о тебе плохо.

– Точно?

– Я отец Риша, вряд ли ты сможешь переплюнуть его в неприличных вопросах.

Лийриша неуверенно заёрзала и всё же спросила:

– Я не очень понимаю, что должно произойти в первую брачную ночь.

Иерхарид смог удержать лицо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Мне совсем не понятно, что происходит после того, как муж и жена раздеваются, – уши вспыхнули от прилившей крови. – Что значит, «они соединятся, и муж подарит жене семя»?

Иер посочувствовал Викану.

– Не описано ни как они соединятся, ни как происходит дарение. Даже не указано, что из себя представляет семя.

Смущение перешло в возмущение. Тем не менее лицо господина продолжало оставаться спокойным и глубоко заинтересованным. Его не шокировали ни вопрос, ни глубокое невежество Лийриши.

– Рассказать? – ровно и мягко спросил хайнес.

– Да! – с жаром отозвалась Лийриша, притискиваясь ещё ближе.

Смущение перед лицом такого спокойствия окончательно покинуло её.

– В первую брачную ночь муж и жена снимают с друг друга всю одежду, – тем же ровным и спокойным тоном продолжил повелитель. Словно сказку рассказывал.

– Мне нужно ждать вас голой? – Лийриша всё-таки оробела.

– Мне бы хотелось самому помочь тебе с разоблачением, – с мягкой улыбкой признался Иерхарид. – Первая близость очень волнующа, и мне хочется сделать всё самому.

– Х-хорошо.

– После мужчина и женщина ложатся в одну постель…

– Как мы сейчас?

– Нет, не так. Мужчина приникает к женщине и проникает в неё. В этом… Я могу прикоснуться к тебе? – Иерхарид вопрошающе посмотрел на невесту.

– Конечно.

Большая ладонь опустилась на подол её платья, пальцы смяли пышную ткань, приникая к самому низу живота, и слегка надавили. Лийриша испуганно вздрогнула.

– Проникает сюда, – пальцы отстранились и чинно оправили смятую юбку. – Здесь у женщины потаённое место, лоно. Мужчина проникает в неё частью себя. Эта часть расположена вот здесь, – пальцы повелителя едва коснулись одеяла уже внизу его собственного живота. – Процесс единения очень приятен, и мужчина, достигая высшего порога удовольствия, отдаёт семя. Оно выходит из его тела и похоже на немного вязкую жидкость. Оно остаётся у женщины здесь, – Иерхарид вновь мягко надавил на низ живота Лийриши, – и, если принимается, то из него начинает расти ребёнок.

Лийриша поражённо смотрела на спокойного жениха. Он рассказывал с такой невозмутимостью, что она не понимала, что неприличного находят в «единении» остальные.

– Но почему это считается неприличным, и о нём никто не хочет говорить? – не смогла сдержать она удивления. – Господин, вы так спокойно рассказали…

– Просто единение очень приятно, – неспешно начал объяснять Иерхарид. – Так приятно, что мужчина и женщина утрачивают сдержанность и рассудок, становятся очень эмоциональными и открытыми. Но всегда неловко, если кто-то увидел тебя без рамок сдержанности, по-звериному искренним.

– Это правда приятно? – Лийриша заёрзала.

– Очень, – Иер с нежностью посмотрел на неё. – Когда ты сам прикасаешься к любимому или любимый прикасается к тебе, это очень приятно.

– И мне… женщине тоже приятно? – не унималась девушка.

– Да. Но в первый раз всегда больно. Здесь, – Иер опять коснулся низа её живота, – очень узко, и в первый раз вряд ли будет приятно.

Сперва по спине прошёл озноб, но потом Лийриша припомнила, сколько раз ей было больно, и решила, что один раз она точно потерпит. Тем более что потом будет хорошо.

– А я могу прикоснуться? – шкодливые зелёные глаза стрельнули на одеяло.

– Можешь, – совсем не смутился повелитель. – Только осторожно, это нежная часть.

Лийриша протянула руку и положила ладонь поверх одеяла. Провела вверх-вниз и почувствовала, как что-то шевельнулось. Она с недоумением посмотрела на хайнеса. Тот мягко отстранил её руку и пояснил:

– Обычно эта часть меньше, но, наполненная желанием единения, она становится чуть больше.

– Вы желаете единения? – удивилась Лийриша.

– Конечно, – хайнес посмотрел на неё так, словно она спросила нечто очевидное. – Очень желаю.

– А я? – растерялась девушка.

Иерхарид вздохнул полной грудью и улыбнулся.

– В твоём запахе чувствуется возбуждение.

Слегка приобняв Лийришу, он притянул её ближе.

– По телу разливается тепло, скапливается и пульсирует внизу живота. Хочется прикасаться ко мне, целовать, вдыхать мой запах. Верно?

Лисичка смущённо кивнула.

– Это желание единения – возбуждение. Пока оно не очень явно для тебя.

– Ого, значит, я хочу единения с вами? – лицо Лийриши просветлело, и девушка, сама того не зная, нанесла сокрушительный удар по сдержанности жениха. А потом ещё раз: – Здорово! Ни к кому больше я такого не чувствовала.

– Я рад, – только и смог вымолвить Иер.

– А я могу ещё к кому-нибудь почувствовать желание? – Лийриша обеспокоенно нахмурилась.

Иерхарид задавил малодушную мысль соврать и ответил честно:

– Это желание тела, не души. И тело может откликнуться возбуждением на другого привлекательного мужчину. Но…

– И вы тоже можете пожелать другую женщину? – лисичка аж подпрыгнула на заднице от негодования. Фразу «пожелать другую женщину» она слышала ещё от мамы, когда та ругалась с отцом, но смысл её стал ясен только сейчас.

– Могу, – не стал спорить Иерхарид, приятно поражённый реакцией Лийриши. – Но это только желание тела. Оно может быть очень сильным, порой ему сложно противиться, кто-то даже путает его с желанием души или сердца. Но это предательство. Нехорошо, когда супруги причиняют друг другу такую боль.

Успокоенная лисичка опять притиснулась к его боку.

– Вам точно не понадобятся другие женщины?

Лийриша помнила, как плакала мама, когда говорила про других женщин. И ей становилось неприятно при мысли, что к господину Иерхариду прикоснётся какая-то посторонняя оборотница.

– Думаю, нам будет очень хорошо друг с другом, – хайнес ласково поцеловал её в нос. – Мне будет достаточно тебя, а тебе – меня. Ты останешься спать со мной?

– А можно? – Лийриша сжалась, боясь отказа.

– Можно. Тогда тебе надо снять платье, а то жарко.

– Мне не жарко, – довольная девушка уверилась, что её не выгонят, и нагло растянулась на постели. Господин, – Лийришу неожиданно посетила прекрасная идея, – а может, нам провести первое единение сейчас?

Иерхарид закаменел.

– Первая брачная ночь – это же такое событие! Она должна быть самой замечательной! Так пусть больно будет до неё, а во время неё будет хорошо.

– Нет, – слишком резко отказал Иер.

– Но почему? – расстроилась Лийриша.

– А вдруг ты передумаешь выходить за меня и я останусь опороченным? – строго вопросил хайнес.

– Я не передумаю! Как вы можете…

– Вы, молодые, такие переменчивые, – недоверчиво заворчал повелитель и твёрдо заявил: – Только после свадьбы!

– Ну хорошо, – Лийриша примиряюще прижалась к его боку и жалобно спросила: – Но мучений немножко можно?

– Мучений? – Иерхарид скосил на неё хитрый синий глаз. – А не сбежишь?

– Не-а, – Лийриша отрицательно мотнула головой и уже тише, проникновенно добавила: – Я окно закрыла.

Повелитель хмыкнул.

– А дверь открыта. Я же тебя ждал.

– Вы же хайнес! – возмутилась девушка, вскакивая и направляясь к двери. – А такой беспечный! А если к вам враги явятся?

С тихим щелчком дверь закрылась, и вернувшаяся лисичка забралась на постель и сама потянулась к губам жениха.

– Теперь точно не сбегу.

Конец

Обманщик. Глава 1. Отчаяние и надежда

568 год эры Храмма̀ра

Сознание, и без того не очень чёткое, мутилось от боли, и порой его всполохами накрывала чернота. Иерхарид старался держаться на поверхности реальности, но сил было слишком мало. Помогали лишь слова, молитвой звучавшие в голове: