Газлайтер. Том 34 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 15

И вот мы вдвоём шагаем по саду замка. Полковник смотрит на меня странно, с недоверием, задаёт вопросы, уточняет детали боя. Генерал вулканов отвечает за меня размеренно, вставляет нужные формулы этикета, делает всё по правилам. Единственное — сознательно упускает детали, как я и велел.

— Вещий-Филинов-дайме, давайте прямо, — наконец высказывается Накадзима. — Ваше знание этикета впечатляет, но я человек прямой. Допустим, Кадзан-тайсё — предатель и спелся с ханьцами. Но вы столь малой группой уничтожили больше двух тысяч бойцов и захватили три фрегата? Мне действительно стоит в это поверить?

— Накадзима-тайса, не мне указывать, во что вам верить, — поёт тетервом Генерал вулканов. — Но уж точно за садовым ковриком не спрятаны ещё тысячи гвардейцев, и никакой портальный камень не перенесёт столь крупоное войско.

Генерал вулканов вдруг останавливается у клумбы, срывает красный цветок ликориса и с пафосом начинает:

— Этот цветок отражает…

Я мгновенно перехватываю контроль. Цветок вспыхивает у меня в ладони, оборачивается пеплом, я выдыхаю жар и поджигаю всю клумбу. Пламя срывается вверх на ограниченном участке.

— Не дело такие цветы растить в саду аристократа, — произношу жёстко.

Полковник смотрит на огонь, потом на меня и серьёзно кивает:

— Согласен.

Накадзима сообщает, что ему нужен штаб, и он займёт аренный комплекс, уступая мне замок. Значит, полковник с уважением отнесся ко мне и признал мои заслуги в зачистке нарушителей японских границ.

После его ухода я возвращаюсь к новому ментальному легионеру. Перемещаюсь в Бастион, выстраиваю всех легионеров во двор, вызываю Генерала вулканов.

— Шеф, я…

— Я же предупреждал: будет больно, если попытаешься подставить меня, — спокойно бросаю.

Генерал сжимает зубы, но всё же оправдывается:

— Это был всего лишь жест…

— Я знаю, что это был за жест, — перебиваю. — Я сканировал твои мысли. Красный ликорис — это пожелание смерти. Хотел от моего имени пожелать смерть полковнику? Ну-ну. Ты любишь развлечения на арене? Что ж, получишь свой энтертеймент.

Я взмахиваю рукой — и рядом с нами формируется арена, а под ногами вырастает каменная терраса, почти копия той, что на Райском острове. Пока Генерал крутит головой, мощная волна воздуха швыряет его вниз. Камни гулко отзываются под его телом.

— Лови кайф, — бросаю.

Клапаны в площадке раскрываются, наружу валит горячий сернистый газ. Струи обжигают ноги, жгут кожу. Генерал вулканов отчаянно пытается натянуть доспех, но я уже включил функцию.

Он орёт, катится по арене, цепляется руками за пол, но умереть не может — я запретил и это. Легион держит его живым, и вопли режут уши. Легионеры стоят кругом на террасе и молча наблюдают. Никто не вмешивается.

Наконец Егор хмыкает, скрещивает руки на груди:

— Жалко… — и уточняет: — Жалко, что нет попкорна.

Я возвращаюсь в своё тело. Мысли сразу начинают крутиться о том, что пора готовиться к Сэцубуну. Сначала съездим на этот японский праздник, потом моя свадьба в Шпиле Теней, где Маша с Камиллой уже всё подготовят к церемонии. А там, глядишь, и Лорд Тень где-то спалится и подсветится — вот тогда я его и прихлопну.

Ну а на Райском острове меня больше ничего не держит. Собираю жён, мы с той же группой сопровождения направляемся к самолёту. Выходим на взлётную полосу, и тут подъезжает сам полковник. Личный джип, парочка сопровождающих в камуфляже. Накадзима-тайса выходит, смотрит прямо на меня и строго спрашивает:

— Куда вы, Вещий-Филинов-дайме?

Я отвечаю, приподняв бровь:

— Как это куда, Накадзима-тайса? Я полетел домой.

Полковник качает головой, говорит твёрдо, будто отрезает:

— Нет, вы не можете уйти.

— Неужели? — ухмыляюсь. Что, решили меня задержать? Ну и наивные же.

Полковник продолжает:

— Да, дайме. Ведь Император отдает Райский остров вам.

Глава 5

Иокогама, Япония

По саду прогуливаются двое седых японцев в традиционных кимоно. Один идёт уверенной поступью хозяина, довольного и гордящегося своим владением. Он величаво указывает на цветущие деревья:

— Посмотри, какая красота!

Второй японец совсем не впечатлён, взгляд его тяжёл, в мыслях крутится политика:

— Но зачем, Хаято-ками? Объясни мне, зачем мы вообще попросили Императора отдать тот небольшой остров этому русскому? Пускай земля и невелика, и ценности особой не несёт, но ведь это крайняя южная точка наших владений, а уже одним этим фактом она имеет значение.

Хаято-ками не спешит отвечать. Он останавливается и указывает рукой на стройный ряд слив, усыпанных яркими лепестками:

— Видишь эти деревья?

Гость вскидывает взгляд и не скрывает удивления:

— Цветут даже в сентябре⁈ Это аномальные сливы? Но на вид — вполне обычные.

Хозяин усмехается:

— Ты прав, мой друг. Это самые обыкновенные сливы. Но они удобрены составами Вещих-Филиновых, вернее, продукцией их компании «Энергосинтез». Удобрение это стоит баснословно дорого, но результат говорит сам за себя. Урожай почти круглый год, с редкими перерывами. И не только эти сливы — весь сад ухожен теми же смесями. Вот в этом и сила русского.

Гость недовольно хмурится:

— Только не говори, что в благодарность за цветение своего сада ты отдал Вещему-Филинову Райский остров?

Хозяин качает головой:

— Нет. Эти сливы — всего лишь наглядный пример того, на что способен Филинов. Суть в другом. Своими талантами он способен преуспеть, заслужить уважение в глазах Императора и заполучить особое влияние.

Гость замолкает, догадавшись о хитром замысле Хаято-ками:

— То есть ты оказал Филинову, как сами русские говорят, медвежью услугу?

Хаято-ками довольно улыбается, будто провел хитрую шахматную комбинацию:

— Именно так. Райский остров находится достаточно рядом с Хань. Уверен, Ци-ван обрадуется. Его враг, тот самый мальчишка, что столько лет доставал его, теперь находится прямо у него под боком. Причем я устроил так, чтобы ханьцы узнали об указе одними из первых. Наверняка, Император Хань оценит такой «подарок судьбы».

Пурпурный дворец, Хань

— Что⁈ Райский остров теперь у Филинова⁈ — взревел в ярости Ци-ван, обжигая взглядом сановников и генералов, будто хотел прожечь их на месте. — Его гарнизон теперь неподалеку от нашего побережья⁈ Как вы могли допустить такое⁈ КАК, ВАШУ ГРЕБАНУЮ МАТЬ⁈

Чжу Сянь, сохраняя спокойствие, перевёл взгляд на сановника Хунь Дуня, побледневшего, как моль, и уже трясущегося от страха. Голос Сянь прозвучал ровно, но с холодком:

— Сын Неба, донесение перехватили наши шпионы… вернее, его нам намеренно подбросили кто-то из японской верхушки. Зачем им такая «доброта» — пока неясно. Указ свежайший, и, возможно, даже сам Вещий-Филинов узнаёт о нём только в эту самую минуту. Но факт остаётся фактом: он уничтожил афганцев и нерасторопного Кадзан-тайсё. Райский остров по специальному указу японского Императора перешёл под его протекторат. — Чжу Сянь скромно опустил глаза и добавил: — А я ведь предупреждал, что эта затея дурно кончится. Хунь Дунь, насколько помню, это была именно ваша идея.

Ци-ван резко перевёл пылающий взгляд на Хунь Дуня:

— А ведь правда! Дунь, ну и чем же ты думал, песья ты морда⁈

— Простите, Сын Неба! Простите! — сановник вскочил и с грохотом повалился в поклоны, лбом бьясь о мраморный пол.

— За решётку! — рявкнул Ци-ван так, что стены зала дрогнули. Сановника мигом скрутили стражники и, подхватив за локти, потащили прочь.

Император же ударил ладонью по подлокотнику кресла и, не скрывая бешенства, приказал:

— Теперь Филинов точно что-то устроит. Ввести строгий надзор и контроль на военных базах и в портах!

— Вот оно как… — протягиваю я задумчиво, пока Настя со Светой вздыхают, смекнув, что нам явно придется задержаться. — Интересный жест.