Старый, но крепкий 8 (СИ) - Крынов Макс - Страница 47

О чем это я… В общем, мой рост весьма хорош, но можно поискать способы расти еще быстрее.

Теневая тропа вывела меня в низину между холмами, один из которых порос лиственным леском. Я шагал по широкой черной ленте мимо этого леса, за шаг переносился на десяток метров и наслаждался ощущением дующего в лицо ветра, как вдруг тропу из-под ног будто вырвали — очередной шаг пришелся в густую траву. Я отпрыгнул в сторону, оставив две рытвины от подошв, в полете перехватил копье обеими руками, и…

Ничего. В самый удачный момент для нападения на меня никто так и не напал.

Я приземлился и замер, прислушиваясь, присматриваясь.

«Анализ».

Стоило только обратиться к навыку, и мозг лихорадочно принялся оценивать окружающее пространство. Я видел обычный лес, видел, как утренние лучи пробиваются сквозь листву, как блестит от влаги трава вокруг. Слышал шелест листьев, щебет просыпающихся пташек, слышал, как колотится мое собственное сердце… А еще до меня доносился далекий, едва уловимый треск костра. Среди запахов хвои, влажной земли и полевых цветов я ухватил едва уловимый запах дыма.

Я медленно, очень медленно повернулся в сторону звука, пошел в обход леса к предполагаемому костру.

А еще я по-прежнему анализировал окружающее пространство, и кое-что насторожило меня. Потоки энергии текли своим обычным руслом, но в них была какая-то аномалия, слепое пятно. Я уже ощущал такое однажды и догадывался, кто тот злой фокусник, отменивший мою технику.

Я оказался прав. Он сидел у крошечного костерка. На первый взгляд — все тот же дряхлый селянин в потертой одежде, с куском ржавого железа на поясе, даже прическа — та же самая, растрепанные волосы торчат ровно так же, как и при прошлой встрече. И при попытке почувствовать исходящую от него духовную энергию я так же не ощущал ничего. Потоки Ци омывали пустое место. Даже будь передо мной камень, я бы почувствовал крохи пронизывающей его энергии, но здесь — ничего.

Я подошел и молча остановился по другую сторону костра. Старик, не поднимая голову от костра, повел ладонью на лежащий у моих ног кусок дерева:

— Не стесняйся.

Я воткнул копье в землю и присел, настороженно наблюдая за страшным дедушкой.

— В прошлый раз мы разговаривали с тобой о Гуань-ди, — как ни в чем не бывало сказал старик. — Не успел забыть?

Мне понадобилась пара секунд, чтобы вспомнить тот самый разговор.

— Помню, уважаемый господин.

В ответ старик безрадостно расхохотался.

— О, я кто угодно, но не «господин», и тем более, не «уважаемый». Последние сотни лет я потратил, чтобы вымарать любые упоминания о себе. Не осталось никого, кто уважал бы меня, юный практик.

Я действительно пытался найти упоминания об этом старике в библиотеке Фейляня, но не отыскал ничего. Впрочем, сложно найти что-то о человеке, о котором ты не знаешь ничего, кроме наличия запредельной силы.

Однако провоцировать его вопросами о том, кто он, и почему выпалывал всю информацию о себе, не буду. А то вдруг ответит.

— Так вот, Гуань-ди, — помолчав, продолжил старик. — Он просыпается. Не знаю, сколько времени понадобится этому практику, чтобы прийти в себя, но если раньше его сердце билось со скоростью удара в минуту, то теперь совершает два.

— Наверное, это хорошо, — нейтрально заметил я. — Люди будут рады возвращению своего защитника.

Сам я так не считал. В прошлый разговор старик предупредил, что не стоит ожидать чего-то хорошего от существа, столетиями медитировавшего рядом с местом, где в промышленных масштабах истребляют как людей, так и духовных зверей.

— Может быть, поначалу и будут рады, — кивнул собеседник. — Вот только будут ли рады потом, когда узнают, на что похож их бог?

Я молчал, слушая и запоминая. Похоже, мое молчание не понравилось старику: он наконец поднял на меня взгляд. Его глаза были не старыми и слезящимися, а бездонными, как провалы, дна которых не видишь. Я сразу же посмотрел в сторону, потому что выдержать такой взгляд было нереально.

— Предположим, что ты, юный практик, достигнешь всего. Станешь чемпионом в родном краю, потом — во всем Руанском королевстве, а затем поднимешься на такую ступень силы, какая не снилась никому в этом мире. Что будешь делать дальше?

Я не стал отмахиваться: вопрос действительно стоил того, чтобы подумать о нем. Я прогнал в голове все возможные варианты и после паузы ответил:

— Вряд ли я могу это знать. Сейчас я нахожусь на ранге пробуждения, у меня есть определенный опыт, мечты, цели и мировоззрение. Если я достигну описанной вами силы, я буду уже другим человеком. Мысли, желания, страхи этого человека будут иными. Возможно, он захочет уйти в себя и постигать основы мироздания. Возможно, захочет перестроить этот мир по своему усмотрению, сделать его лучше или приятнее для себя. А может, сила его будет столь велика, что он просто уйдет в иные миры, оставив этот позади, — тут рука старика дрогнула, но я не придал значения, списав на старческий тремор. — Предугадать путь того, кем ты станешь в будущем, невозможно.

Старик хмыкнул.

— Ладно, упрощу тебе задачу. А если в пути на высокие ранги ты станешь более властолюбивым? Менее обремененным моралью?

Я вздохнул. Мне не слишком хотелось играть в эти словесные игры, но выбора не было.

— Наверное, сделал бы так, чтобы никто и никогда не мог оспорить мой титул. Уничтожил бы всех конкурентов? Создал бы культ личности?

— А если бы был еще менее морально развит?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Сложно сказать.

Тишина после моих слов стала густой, как смола. Пламя костра приникло к алеющим углям.

— «Не знаю», — прошипел старик. — Это не ответ! Ты даже не попытался включить мозги, мальчик. Просто отмахнулся от моего вопроса.

Я не ощутил никакой техники, не почувствовал сгустка энергии, направленного на меня. Это было непреднамеренно: легкое, мимолетное недовольство существа в миллионы раз сильнее меня привело к тому, что вся Ци в радиусе, который я даже не мог охватить восприятием, взревела и сдвинулась в невидимом смерче, центром которого был этот тщедушный старичок. Энергии, крутящейся в этой бешеной воронке, хватило бы на сотню самых мощных техник, которые я только знал. Ее бы хватило, чтобы вызвать легион ледяных драконов и испепелить столицу.

Я не устоял на ногах: меня отшвырнуло и прижало к земле, вдавило в траву, словно пятой великана. Я сжал зубы и перестал дышать, не желая случайно застонать и выдать свою слабость. Мир сузился до всесокрушающей силы, что вот-вот должна была раздавить меня в лепешку.

Последовавшие за этим слова я едва воспринимал:

— Объясню, к чему все мои вопросы, — продолжил старик спокойно, будто я и не валялся в паре метров от костра. — Гуань-ди — самый властолюбивый, самый алчный и зверский сукин сын за всю историю этого королевства. Ты не задавался вопросом, почему он самый знаменитый из богов, почему его местоположение известно, а остальным молятся только в храмах? Не задумывался, почему люди не говорят, что есть места, где сидят другие боги: Жу Шоу, божество осени и металла, Гоуман, бог древесины и роста, Лэйгун, Дяньму, Шэньнон и прочие? Ответ прост — потому что Гуань-ди убил всех остальных. Так что с осторожностью иди по ступени возвышения, юный практик, и сотню раз подумай, прежде чем взбираться на божественный ранг.

Ураган медленно стихал. Когда я ощутил, что могу воспользоваться техниками, у костра уже никого не было. А когда я нашел в себе силы встать, угли, раскиданные по поляне, догорели и превратились в пепел.

Пока я валялся, пытался осмыслить короткую беседу со стариком и найти его мотив беседовать со мной. Самое простое — он хотел предупредить меня о Гуань-ди. Но он так же мог завести разговор, чтобы выставить Гуань-ди врагом для меня. Или — якобы случайно продемонстрировать мне свою силу.

Не знаю, чего он добивался, но он точно дал мне отрезвляющий пинок перед ритуалом. Самоуверенности у меня поубавилась, зато злости стало на порядок больше. Ты гадал о своем грандиозном будущем, Китт? Добро пожаловать в реальность, где тебя чуть не убил своим недовольством странный старикан.