Наследство для Сюзанны (СИ) - Вовченко Людмила - Страница 14

— Это мой дом!

— Нет. Это мой дом. И если вы ещё раз отправите мне яд в чае, я передам настойку в городскую стражу. С подписью вашей новой горничной, к слову, уже уволенной.

Молчание наступило ледяное. Даже стены будто перестали дышать.

Розетт ушла, бросив на пол перчатку. Сюзанна подняла её — не тряпку, а вызов. И аккуратно бросила в камин.

Вечером она сидела в саду, читая при свете фонаря письмо от Алена:

«Если бы я мог быть шрамом на вашей ладони, я бы гордился своей болью. До встречи. Завтра. Там, где тишина говорит громче слов.»

Она улыбнулась и шепнула в ответ:

— Завтра. Там, где я уже не боюсь быть собой.

Глава 32.

Глава 32

На следующее утро небо было чистым, а воздух пахло хлебом и свежестью. Сюзанна стояла у окна в кабинете, наблюдая за тем, как слуги с интересом обсуждают возвращение старого управляющего. Кто-то улыбался, кто-то шептался, но главное — все ожили.

Аннет вбежала в комнату с ворохом бумаг и сияющим лицом:

— Поверенный прибудет завтра. Утром. Принесёт окончательные документы о вступлении в наследство. А ещё… он не от мадам Розетт. Это из городского суда. Нейтральный. Уважаемый.

— Прекрасно. Завтра — последний акт этого театра теней.

Она повернулась и осмотрела кабинет. Ещё недавно здесь царили запахи пыли и полузабвения. Теперь — порядок, движение, действие. На столе — аккуратно уложенные папки, чернильница с золотой каёмкой и даже небольшой букетик лаванды. Аннет расставила всё по фэншую, даже не подозревая, что это так называется.

После завтрака Сюзанна велела запрячь карету и поехать в ателье троюродной сестры Аннет. Улицы были залиты солнцем, прохожие кланялись, некоторые даже махали рукой. Слухи, как водится, опережали саму героиню. "Вменяемая" хозяйка, "железная барышня", "та, что вернулась с того света и выкинула яд в окно" — город уже полюбил её образ.

Ателье располагалось на углу, возле парфюмерной лавки. Внутри пахло розой, пером и талантом. Троюродная сестра Аннет — круглолицая девушка с ярко-синими глазами и замысловатой косой — сразу встала при виде Сюзанны:

— Миледи! Для вас — шёлк, батист и немного безумства! У меня уже есть идеи!

— Только без кринолинов. Я хочу двигаться, а не вести себя, как лодка в тумане. Простота, но элегантность. И — тайные карманы. Очень тайные.

— Понимаю. Умная женщина всегда вооружена... тканью.

Они рассматривали образцы, обсуждали фасоны и даже смеялись, вспоминая модные казусы прошлого. К полудню было решено сшить три платья: повседневное, прогулочное и вечернее — на случай, если Ален снова пригласит "туда, где слова излишни".

На обратном пути Сюзанна велела заехать в лавку благовоний и купила новый сорт эфирного масла — лимонный базилик. Аннет скривилась:

— Это вы кому? Себе? Или… ему?

— Себе. Чтобы помнить, что я не принадлежу никому. Даже симпатичному мужчине со смелыми письмами.

Карета покачивалась на ухабах, Сюзанна смотрела в окно и ощущала, как мир постепенно становится её. Завтра решится всё. Но сегодня — её день. И он пахнет базиликом, бумагами и победой.

Глава 33.

Глава 33

Поверенный прибыл, как и полагалось, с точностью до минуты. Карета остановилась у ворот с едва слышным скрипом, и Сюзанна уже ожидала его на крыльце, одетая в новое платье цвета слоновой кости. Лёгкое, сдержанное, но с аккуратной вышивкой по подолу — оно говорило: «Я хозяйка. Но без пафоса».

Поверенный оказался мужчиной лет пятидесяти, сухощавым, с внимательным взглядом и аккуратными усами. Он поклонился вежливо, чуть склонив голову:

— Миледи Ривенрок. Я нотариус Жильбер Арден. Уполномочен передать вам официальное подтверждение вступления в наследство. И... примите мои соболезнования. Ваш отец был человеком чести.

— Благодарю вас. Он и сейчас мне подсказывает, что делать, — сдержанно ответила Сюзанна и жестом пригласила его внутрь.

В кабинете уже были готовы документы. На столе стояли чернила, печать и чашка мятного чая — всё, как полагалось. Аннет сидела в углу с лицом решительной архивистки.

Жильбер тщательно проверил бумаги, пересчитывал печати, листал завещание и кивал:

— Всё оформлено безупречно. Осталось только ваша подпись — вот здесь, здесь и вот здесь... Отлично. Теперь всё официально. Все имущества, счета, предприятия, а также доли в стекольной гильдии — принадлежат вам. Без ограничений.

Мачеха, которую, конечно же, никто не приглашал, появилась в дверях, как привидение из неудачного романа:

— Простите, я не знала, что вы уже... подписали. — Её губы дёрнулись в подобие улыбки.

— Как вы вошли в дом? — спросила Сюзанна, не поднимая головы.

— Меня впустил один из слуг. Я... хотела обсудить распределение обязанностей. Возможно, ввести дополнительную помощь в управление.

Жильбер спокойно вмешался:

— Введение помощников — исключительно прерогатива законной наследницы. И если только она сама решит... кого именно вводить.

— Благодарю, месье Арден. Я уже приняла решение, — Сюзанна встала, чуть приблизившись к мачехе. — Управлением займусь лично. А в качестве помощника возьму человека, который никогда не предавал моего отца и знает заводы как свои пять пальцев. Мастера Фурье.

Мачеха побелела. Её губы задрожали:

— Это будет... ваша ошибка.

— Зато — моя, — ответила Сюзанна и, повернувшись к нотариусу, кивнула. — Мы закончили.

После ухода поверенного Сюзанна стояла у окна. Сердце стучало быстро, но ровно. Всё. Её слово теперь закон. Теперь не нужно скрываться, не нужно бояться.

Аннет, как всегда вовремя, принесла бокал лимонного сока и плед:

— Как ощущения?

— Как будто я подписала контракт... с самой собой. Больше нет пути назад. И знаешь что?

— Что?

— Мне это чертовски нравится.

Снизу доносился звук стучащих молотков — возвращённые работники уже наводили порядок в кладовой и в саду. А на пороге стоял букет свежих роз — без записки, но с почерком, который она уже узнаёт без слов.

Ален.

— Пожалуй, к вечернему визиту я закажу новое мыло с розой. И... может, надену платье, которое я не собиралась показывать никому. Пока.

Аннет усмехнулась:

— Вы теперь хозяйка не только поместья, но и собственных решений. Главное — не уроните сердце, миледи. Оно бьётся красиво.

Сюзанна усмехнулась и села за письменный стол. Впереди — дела. Но где-то внутри уже пульсировала новая мысль: "А может, и правда... позволить себе немного счастья?"

Глава 34.

Глава 34

Утро было на удивление тихим. Даже птицы в саду будто бы шептались, чтобы не нарушать особой атмосферы. Сюзанна вышла в оранжерею, где воздух пропах цитрусовыми листьями и свежей росой. Аннет уже готовила чай, улыбаясь своей хозяйке.

— Вы вчера были блистательны, — сказала она, осторожно перемешивая мёд в чашке. — Месье Арден уехал с лицом человека, которому вернули веру в здравый смысл.

Сюзанна уселась за плетёное кресло:

— А мачеха уехала с лицом, которое будет сниться мне в самые радостные сны.

Весь день она посвятила изучению бумаг — отчёты с заводов, планы по расширению производства, контракты с торговыми домами. Мозг, привычный к цифрам и текстам, будто вновь обрел вкус к работе.

После обеда она решила осмотреть один из стекольных цехов. Путь лежал через лесистую дорожку к окраине города, где над крышами клубился белый пар. Мастер Фурье встретил её лично:

— Миледи, добро пожаловать в сердце стекла.

Сюзанна осмотрела мастерские с неподдельным интересом: жар, движение, ритм, игра света на расплавленных каплях. Всё это было живым, тёплым, почти музыкальным.