Дело о даме-дуэлянте (СИ) - Куницына Лариса - Страница 4

— Это было бы неплохо, — кивнул Марк.

— Что ж, я отправлю их следить за ней, едва вернусь домой.

— Я так благодарна вам, — растроганно произнесла Селена, взглянув на Джин Хо.

— Не стоит, — великодушно улыбнулся лис и, обернувшись к Марку, добавил: — Вот видишь, мне уже не так скучно!

Жеральдина де Ренси

Рано утром Марк отправился на службу. Несмотря на обретение им весьма высокой должности комиссара тайной полиции, он как-то не озаботился тем, чтоб сменить свой маленький уютный кабинет на более просторный. Он уже привык к этому закутку, обставленному старой, немного обшарпанной, но ещё крепкой и удобной мебелью, где был и небольшой камин с двумя стоявшими рядом креслами, которые когда-то вынесли из дворцовых зал, заменив новыми. Ему нравился вид из окна, где над черепичными крышами дворцовых построек тянулась крепостная стена, по которой в тёмное время проходили со своими яркими факелами патрули дворцовой стражи. Его большой, вечно заваленный бумагами стол тоже выглядел так, словно его купили у старьёвщика, но он был ещё крепок, а многочисленные ящики прочно запирались потемневшими от времени ключами. Марк мог бы заказать себе новый, резной и отделанный золочёными накладками, но поскольку он всё равно вскоре оказался бы так же завален стопками неразобранных бумаг, смысла в этом он не видел.

Войдя, он, как обычно, бросил деловитый взгляд на эти бумажные залежи и, подойдя к окну, приоткрыл раму, чтоб впустить в комнату свежий воздух. День был светлый, и по крепостной стене напротив снова маршировали стражники, только теперь вдалеке ярко поблескивали их начищенные шлемы и кирасы.

Позади раздался деликатный стук и, обернувшись, Марк увидел на пороге старшего сыщика Тома. Тот явился, чтоб доложить ему о ночной облаве, в результате которой был схвачен сочинитель памфлетов, клеветавших на королевскую власть. Марк кивнул и распорядился дальнейшее следствие провести без его участия, после чего подготовить дело для передачи в суд. После этого Тома сообщил, что слежка за ещё одним персонажем, подозреваемым в шпионаже в пользу луара Синего Грифона, пока не дала результатов. Марк лишь пожал плечами. И луар, и Сен-Марко по привычке продолжали шпионить друг за другом, но поимка агентов уже давно начала напоминать азартную игру, по ходу которой стороны обменивались дипломатическими, написанными официальным языком нотами, а после и самими пойманными шпионами.

— Продолжайте следить за ним, — произнёс он, сняв перевязь, положил меч на скамью у окна и подошёл к столу. — Что с взломанным сейфом барона де Ронссака? Он, наконец, сказал, что пропало?

— Только деньги и финансовые документы, подлежащие проверке налоговым ведомством. Частная переписка и планы строительства Бренонской цитадели остались на месте.

— Занятно, — пробормотал Марк, снова взглянув в окно. — Кому, кроме ревизоров, нужны финансовые документы?

— Может, это они? — усмехнулся Тома, но поймав задумчивый взгляд комиссара, понял, что тот не оценил шутку. — Похоже, барон де Ронссак обокрал сам себя, а донос о его злоупотреблениях на строительстве цитадели вполне обоснован.

— Возможно, арестуйте его секретаря и обоих помощников, рассадите в разные камеры, особо не церемоньтесь. Вечером, когда стемнеет, я допрошу их сам. Известите папашу Ришара, что мне нужен будет палач с помощником. И, пожалуй, свяжитесь с осведомителями, пусть поспрашивают, не брал ли кто-нибудь из домушников заказ на кражу в доме де Ронссака. И продолжайте следить за ним самим.

— Всё будет сделано, ваша светлость, — с готовностью кивнул старший сыщик. — Будут ещё приказания?

— Скажи, Тома, были ли у нас какие-то жалобы, обращения или сведения о некой Жеральдине де Ренси?

— Вы о той даме, что сражается на дуэлях? — уточнил тот. — Только слухи, больше ничего.

— Что о ней говорят?

— Разное. Кто рассказывает, что она вызвала на дуэль и убила уже сотню рыцарей, кто считает её злобной ведьмой, ненавидящей мужчин, а некоторые почитают её едва ли не как защитницу всех обиженных неверными мужьями дам. По мне так это просто какая-то невидаль, о которой каждый сочиняет свою сказку.

— Она меня интересует, — Марк взглянул на него. — Потому передай сыщикам и осведомителям, чтоб они повнимательнее слушали, что о ней говорят. Может, в этом собрании сказок промелькнёт что-то достоверное и важное.

— Я понял, — кивнул Тома. — Но, если б вы пояснили, чем именно вас заинтересовала эта особа, я смог бы более подробно проинструктировать наших парней.

Марк кратко пересказал ему рассказ Селены Беренгар.

— Сам знаешь, старина, — подытожил он своё повествование, — я бывалый воин и хорошо владею мечом. И мне не верится, что женщина, будь она даже сильна, как медведь, смогла бы так просто побеждать всех рыцарей, с которыми затеяла дуэль. Я подозреваю, что она мошенница.

Тома кивнул ему с глубокомысленным видом.

— И ещё, — распорядился Марк, — вызови ко мне Корнеила. Я отправлю его в Ланьон.

Старший сыщик удалился, и вскоре в кабинет вошёл молодой розовощёкий мужчина со светлыми усами. Указав ему на кресло возле стола, Марк снова повторил рассказ о Жеральдине де Ренси.

— Ты хорошо знаешь север и предгорья, и сойдёшь там за своего, — продолжил он. — Прямо сейчас выезжай в Ланьон. Разузнай там всё, что можешь, об этой даме. Пусть город не находится под властью Сен-Марко, но магистрат там вполне лоялен к королю, потому при необходимости предъяви им свой жетон. Закончив там, поедешь в Логред, Ним, Бредарн, Кюве и Лемман, там эта дама тоже отметилась дуэлями со смертельным исходом. В королевских городах смело поручи сбор необходимых сведений местной полиции, в остальных — попроси о помощи, полагаю, тебе не откажут. Постарайся нигде не задерживаться, но в тёмное время один по дорогам не езди, найди попутчиков. Как только соберёшь сведения, немедля возвращайся.

— Всё сделаю, ваша светлость, — заверил его Корнеил.

Отпустив его, Марк поднялся и вышел из своего кабинета. По широкой винтовой лестнице он спустился в нижний зал башни, по которому торопливо пробегали озабоченные клерки тайной полиции, а со двора слышалось ржание лошадей, которых выводили из расположенных рядом конюшен. Миновав длинный полутёмный коридор, освещённый факелами, он оказался перед невысокой дверью и, распахнув её, шагнул совсем в другой мир. За ней начинались залы королевского дворца, большие и маленькие, уютные и парадные, все они были богато отделаны и обставлены дорогой, немного вычурной мебелью. С картин на стенах взирали гордые рыцари и томные красавицы, на гобеленах своры гончих загоняли оленей и вепрей, или отважные полководцы в королевских коронах вели в бой свои войска. Марк не смотрел по сторонам. Он едва кивал на поклоны слуг и приветственные жесты придворных. Роскошь, царившая вокруг, не впечатляла его, потому что этот огромный дворец так же, как и в детстве, оставался для него домом, где он вырос.

Углубившись в лабиринт галерей и анфилад, он прошёл туда, где за ухоженным внутренним садиком виднелись окна женской половины дворца. Суровая привратница с взглядом легендарного дракона, увидев его, расплылась в улыбке и присела в некоем подобии поклона. Он учтиво кивнул ей и спросил, во дворце ли сегодня леди Аламейра?

— Она пришла чуть свет, — сообщила матрона, улыбаясь. — Полагаю, она сейчас у себя или в южном цветнике, где дамы затеяли игру в фанты.

Поблагодарив её, Марк отправился в южный цветник, полагая, что Аламейра вряд ли упустит возможность возглавить эту игру, в которой сможет оказать небольшую услугу своим подругам, позволив им блеснуть талантами, и наказать тайных соперниц, выставив их в дурном свете. Все знали, что повязка на её глазах прозрачна, но Аламейра — это Аламейра, и пойти против неё никто не решался.

Южный цветник был разбит в уютном дворике, окружённом галереей, на тонких колоннах которого покоился лёгкий фриз из каменного кружева. Там, посреди ухоженных кустов азалии и жасмина, в окружении роз и анемонов была построена резная беседка, где любили в тёплые дни собираться дамы. Здесь они пели, читали стихи, обсуждали философские трактаты, а заодно сплетничали и плели интриги, сбивались в маленькие группировки, которые распадались так же легко, как и создавались. И во главе этих дамских игр всегда стояли старшие фрейлины, самой молодой, очаровательной и хитрой из которых была рыжая красавица Аламейра.