Испытание золотом (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 28

— Иньиго, Сергио прав, — покачал маркиз головой, — чем дольше Его высочество затягивает встречу, чем больше он становится смешон в глазах всех. Вы, не Сергио, которого он мог под любыми предлогами не принимать. Сейчас вы любимец толпы и это поняла даже королева, найдя вас и пригласив во дворец.

— Думаете вряд ли это бы инициатива самого Фердинанда? — задумался я над его словами.

— Определённо нет, королева умная женщина, поняла возможные проблемы раньше него, — вздохнул дворянин, — завтра посмотрим, что вам скажет король.

— Эх, жаль дедушка не дожил до этого момента, — вздохнул я, — он бы точно порадовался за меня.

Оба мужчины перекрестились и с грустью выразили мне свои соболезнования.

Помятый множеством человеческих рук, поскольку всё утро я занимался свадьбами и раздачей приданного, я прибыл к королевскому дворцу на руках народа, словно какой-то древнегреческий герой.

У стражи были круглые глаза и изумлённый вид, когда люди спустили меня на землю и я повернулся к ним и заверил, что они могут идти развлекаться и пить за меня вино, но с условием, чтобы кричали здравницу королю и королеве тоже. Народ нехотя послушался и пошёл обратно в город, а ко мне подошли запыхавшиеся наёмники и Сергио. Почти сразу вышел управляющий дворцовыми делами и пригласил нас пройти внутрь.

— Я смотрю ты начинаешь привыкать, перемещаться таким странным образом, — тихо сказал Сергио, пока мы шли по коридорам дворца, где было не очень много придворных, но все, кто там был, до единого замолкали при нашем приближении и смотрели только на меня.

— Да нет Сергио, — я пожал плечами, — я ведь знаю как мимолётна человеческая любовь. Среди тех, кто меня сегодня носит на руках, большинство при моём первом приезде в город, считали меня демоном, плевались и оскорбляли, заставив прилюдно раздеться. Так что мой ответ тебе — нет, я не привыкну к этому, поскольку прекрасно помню, как ко мне относились в Неаполе раньше. Вроде бы меня даже звали «демоном несчастья»? Как-то так.

— Ты ничего не подаришь королю? Ты вроде бы всегда являешься с подарками? — сменил он тему.

— Сегодня я для него сам как подарок, — я был беспечен, — мне не понравилось Сергио, как он встретил тебя, и как хочет спрыгнуть с темы со мной.

— Он король, Иньиго, не забывай об этом! — напомнил он мне, — и им останется, вне зависимости от того, как ты к этому относишься.

Признавая его правоту, я поморщился.

— Сеньор Альваро, есть у нас что-нибудь? — повернулся я к своему управляющему, который сопровождал нас со шкатулкой денег под мышкой.

— Ну если только два браслета и перстень, которые вы купили себе позавчера, синьор Иньиго, — извинился тот, — я за этой суетой забыл их выложить.

— Они в шкатулке? — я показал на вещь в его руках.

Сеньор Альваро кивнул.

— Сколько там осталось золота?

— Думаю примерно тысячи три, вряд ли больше, — заверил меня он.

— Ну вот подарим всю шкатулку целиком, — решил я, обращаясь к графу, — лучше, чем ничего.

Сергио осуждающе на меня посмотрел, но промолчал.

Я же, как бы мне ни хотелось поиздеваться над Ферранте, с трудом взял себя в руки. Всё же Сергио был прав и успех вскружил мне голову, так что я даже немного оторвался от земли. Хорошо ещё что рядом было кому вернуть меня на грешную земную твердь.

Собравшись и спрятав улыбку, в тронный зал я заходил уже с низкими поклонами, просящим выражением лица и потоком льстивых фраз. От подобной моей трансформации оторопел даже сам граф Латаса, изумлённо смотря за тем, как я унижаюсь и льщу королю, которого ещё минуту назад ни во что не ставил.

— Ваше высочество, как я рад вас видеть! — когда меня и графа представили королю, я стал низко кланяться, — кто бы мог подумать, что когда мы с вами только познакомились, вы так быстро станете таким прекрасным правителем! Ваш народ так вас обожает Ваше высочество, я каждый день только и слышу на улицах Неаполя о том, какой у королевства мудрый и грозный правитель.

Королева, сидящая рядом с Фердинандом, была не меньше Сергио удивлена, моим поведением, изумление было прямо написано на её лице, сам же король под потоком моей лести тоже стал меняться. Недовольное лицо с насупленными бровями стало разглаживаться, и он снисходительно посмотрел на королеву, а затем обратился ко мне.

— Мы тоже граф, рады вас видеть, — милостиво сказал он, — как жаль, что ваши дела в Риме не позволили вам посетить нашу коронацию, которой вы весьма поспособствовали.

— Ваше высочество, как могло быть иначе! — всплеснул я руками, — вы сын моего друга и великого короля Альфонсо, упокой господь его душу.

Тут я истово три раза перекрестился и продолжил.

— Я не мог не помочь его любимому сыну занять причитающееся ему место.

— Благодарим вас граф, мы тоже так считаем, — на лице Ферранте появилась первая довольная улыбка.

— Позвольте преподнести вам небольшой подарок, Ваше высочество, — я показал на шкатулку, — понимаю, что подобные мелочи вам наверняка уже приелись, но зато это от чистого сердца.

— Золото не может приесться граф, — хмыкнул Фердинанд, когда я ему показал содержимое шкатулки и она перекочевала к нему ближе к трону, а затем слуги её унесли в сокровищницу.

— Думаю я знаю, какое дело привело вас граф в моё королевство, — Фердинанд сам перешёл к делу, — но прежде, чем мы передадим вам наши рудники в прямое управление, я бы хотел знать, когда мы получим с них прибыль?

— Сейчас, Ваше высочество, — улыбнулся я, — именно за этим я и прибыл.

Ферранте изумлённо посмотрел на меня.

— Не совсем понял вас граф, объяснитесь.

— Сколько приносят рудники годового дохода, Ваше высочество?

Король посмотрел на королеву, и та ответила.

— Искья тридцать тысяч, Поццуоли пятьдесят тысяч дукатов, — ответила она, явно владея темой.

— Мне нужно три месяца, чтобы всё переделать, что будет примерно равняться двадцать одной тысячи дукатов потери дохода с обоих рудников, — я посмотрел на королеву и она кивнула.

— Сеньор Альваро, можно ваши письменные принадлежности? — повернулся я к своему управляющему, который стоял бледный, поскольку впервые был на приёме у короля.

Тот засуетился и вскоре подал мне вексель, а также уже обмакнутое перо в чернила.

— Вот, Ваше высочество, вы ничего не потеряете, пока я всё переделываю на новый лад, — я подписал вексель и проставил сумму в двадцать одну тысячу флоринов и протянул документ в сторону трона.

Один из дворян, что стоял со стороны короля, подошёл, взял у меня вексель и передал его королю, который внимательно прочитал его и поднял на меня удивлённый взгляд.

— По истечении этих трёх месяцев Ваше высочество, вы будете получать пятьдесят процентов со всего добываемого нами, как было и сказано в договоре между вами и Пием II. Как вам будет удобнее получать их? Квасцами или золотом?

— Лучше золотом, — опередил он королеву, которая явно хотела выбрать квасцы.

Но мне так было даже проще.

— Тогда Ваше высочество решено? — я поклонился ему, — я могу приступить к аудиту и переустройству рудников?

Король, держа вексель на большую сумму в руках, больше не раздумывал.

— Конечно граф, я распоряжусь, вы можете приступить к их осмотру уже завтра. Мне бы хотелось, чтобы вы занялись этим как можно быстрее.

— «Ага, выгоняешь из города, — понял я, — чтобы я не мозолил народу глаза».

— Разумеется Ваше высочество, — тем не менее низко поклонился я, — завтра я закончу дела и сразу приступлю к выполнению вашего приказа.

Внезапно к королю подошёл знакомый мне юрист Антонио д’Алессандро и наклонившись, о чём-то стал шептать ему на ухо. Продлилось это недолго, после чего тот кивнул и отпустив юриста, повернулся обратно ко мне.

— Граф, вы ведь в хороших отношениях с моим дядей? Королём Арагона?

— А также Сицилии и Сардинии, — уточнил я, — в отличных Ваше высочество, мы с Его высочеством Хуаном давние друзья, ещё с того времени, когда он был королём Наварры.