Испытание золотом (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 27

— Не волнуйтесь Бенедетто, — посмеивался я, смотря за его реакцией, — для меня это конечно большие расходы, но на пару бутылей вина и краюху хлеба у меня ещё останется.

Он покачал головой, но за тысячу флоринов согласился всем заняться, хотя и не понимал, зачем это всё мне.

Я в отличие от него прекрасно понимал, что делаю, поскольку в Риме меня дожидалось письмо от Сергио, в котором он меня оповещал, что король Фердинанд I срать хотел на всё, что обещал раньше мне и папе, и не то, что не даёт начать ему аудит рудников, так и вообще даже не принимает у себя, кормя уже который месяц обещаниями. Так что, зная об этом, я не собирался становиться всеобщим посмешищем, когда прибуду в город и меня начнут мурыжить отказами аудиенции так же, как и Сергио. Король должен просить меня о встрече, а не я его, особенно после того, что я для него сделал, когда договорился с папой о его инвеституре, за которую кстати, он мне ещё ничего не дал.

Поэтому денег на всё было не жалко, поскольку я представлял, что будет, когда Бенедетто начнёт осуществлять то, о чём мы с ним только что договорились. Если жители Аликанте готовы были меня носить на руках только за то, что я их кормил и поил при своих возвращениях, то что будет здесь, я старался пока даже не думать.

Глава 15

19 июля 1459 A . D ., Неаполь, Неаполитанское королевство

Королева зашла в спальню короля, который лёжа на кровати в одной нижней рубашке, кидал свинцовые шарики в привязанную к круглому щиту любовницу. Девушка морщилась от попаданий, но терпела, поскольку за каждый крик полагалось наказание.

— Ферранте! — Изабелла поджала губы, подошла к кругу и ножом разрезав верёвки приказала девице убираться. Та, подхватывая свою одежду, быстро ушла из комнаты.

— Фердинанд! — королева строго посмотрела на супруга, — ты должен его принять! Мы с каждым днём, становимся всеобщим посмешищем! За ним по улицам города чернь уже таскает деревянную корону, прося принять её из их рук.

— Подлые предатели! — прошипел от злости король, — но ничего я доберусь до всех их в своё время.

— Фердинанд, у тебя бароны не сегодня, завтра взбунтуются! Город на руках носит приезжего кастильца, который напоминаю тебе, является любимчиком нынешнего папы! А ты вместо того, чтобы собраться, принять удар и встретить его как полагается, отдав все полагающиеся почести, занимаешься тут непонятно чем! Очнись, молю тебя, пока ещё не поздно!

— Он заберёт все мои рудники, — нехотя признался король, — мы лишимся большой суммы налоговых поступлений.

— Об этом нужно было думать до того, как ты заключал сделку с папой, а не сейчас, — резонно ответила ему Изабелла, — сейчас ты либо выполняешь всё, о чём подписал в договоре, либо говоришь, что не будешь его исполнять. Об этом графе говорят всякое, но я его помню прекрасно по первому знакомству, он не тот человек, которого можно прилюдно унизить и думать, что за этим ничего не последует.

— Его содержанка от меня сбежала, он мне должен за неё, — пожал плечами Фердинанд I.

— Это ты ему за неё должен, а не он тебе! Забыл, как подписал договор о сумме выплат ей, если преждевременно завершатся отношения, по вине одной из сторон? Ты если плохо читал, что подписывал, то я это сделала внимательно и предупреждала тебя, что насилие и причинение вреда, были там прописаны одним из главных пунктов. Так что ты должен ему золото, а не он тебе!

— Пусть ждёт! Я сказал! — Фердинанд был не тем человеком, которого можно было просто продавить. Королева же, всплеснув руками, направилась к себе, чтобы переодеться и самой поехать на встречу с гостем, пока действительно всё не вышло из-под контроля.

— Синьор Иньиго! Граф Аликанте! — голоса людей скандировали моё имя, а я, лёжа на руках леса человеческих рук, просто перемещался таким экстравагантным образом из одной церкви в другую, где десятками и сотнями заключались браки, священники сбивались с ног от количества желающих срочно повенчаться, поскольку их торопили родители жениха и невесты одновременно. Первые хотели получить как можно быстрее двадцать пять флоринов, целое состояние для бедных людей, а вторые побыстрее сбагрить дочь на руки мужа. Так что поскольку интересы всех совпадали, то количество проводимых свадеб за последние несколько дней, когда стало известно о том, что я выплачиваю тысяче пар приданное, взлетело до невиданных высот.

А уж когда в город стали прибывать артисты и циркачи, тут же разворачивающие бесплатные представления для всех желающих, плюс к этому бесплатная еда и вино, всё это вознесло меня в глазах жителей Неаполя точно выше собственного короля. Бенедетто оказался прав, короля не сильно любили, как дворяне, так и простой народ, поскольку он тратил деньги только на себя, а не на жителей города, и я оказался тем камушком, который столкнул гору. Даже назло королю, все сейчас в прямом виде носили меня только на руках, поскольку город не работал, а исключительно праздновал.

Доехав на руках людей до очередного десятка брачующихся, я всех благословил, выдал приданое семьям женихов и тут зашелестели голоса людей, привлекая ко мне внимание.

— Королева! Королева!

Повернувшись, я и правда увидел, что Изабеллу де Клермон, пешком, поскольку никакая повозка не проехала бы по забитым народом улицам города, в окружении всего лишь трёх фрейлин и трёх стражников, появилась на пороге церкви, откуда я выходил.

— Ваше высочество, — я поклонился королеве, следуя всем правилам этикета, — какая неожиданная встреча.

— Граф, — ласково улыбнулась мне она, — мы с королём вот уже несколько дней ждём, когда вы запросите у нас аудиенции, а вас всё нет и нет.

— О, Ваше высочество, — вежливо поклонился я ей, — я слышал, что Его высочество занемог, так что решил дождаться, когда он поправится.

— Да? Кто же вам сказал об этом? — удивилась Изабелла.

— Граф Сергио Латаса, — снова склонился я, — он сказал, что немощь Его высочества не позволяла принять его нескольких месяцев.

— У графа устаревшие сведения, — королева прекрасно поняла мой скрытый намёк, — Его высочество идёт на поправку, поэтому приглашает вас посетить его завтра в полдень.

— Слава богу, — я облегчённо вздохнул и перекрестился, — конечно я буду, это такая честь для меня! Передавайте от меня Его высочеству всяческие слова о выздоровлении и что я помолюсь сегодня о его здоровье.

— Всенепременно граф, — сквозь зубы ответила мне королева и повернувшись, пошла на выход. Народ перед ней расступался, но все взгляды были устремлены только на меня.

— Друзья мои! — я обратился к гражданам Неаполя, — а мы пойдём к следующим счастливцам и пусть господь принесёт им счастье!

Толпа радостно заорала, заулюлюкала и меня словно пушинку, подхватили сотни рук и передавая друг дружке, понесли к следующей церкви, где были готовы следующие пары.

Отпустили меня только ближе к ночи, и я заверил счастливых людей, что завтра с утра, мы продолжим это крайне весёлое занятие. Мой организатор праздника был на высоте, я просто поражался его организаторским способностям и как быстро он мобилизовал своих знакомых, приятелей, родственников, чтобы всё это устроить. Разумеется, я ему сказал, что работа каждого из его помощников будет хорошо оплачена.

Опустошённый, уставший, но довольный, я вернулся в дом маркиза де Орена, который с огромной радостью приютил меня на время моего пребывания в городе.

— Ну вот Сергио, а ты говорил месяц буду ждать, — упал я в кресло, и кратко поведал ему и хозяину дома о своей встрече с королевой.

— Иньиго, — граф крайне скептически на меня посмотрел, — у меня нет столько денег, чтобы королева сама бегала за мной по городу.

— Ой, не преувеличивай, — отмахнулся я, но в разговор вмешался хозяин дома, который был наверно вторым самым счастливым человеком в мире, после меня, конечно. Столько известности ему, моё нахождение в его доме, ничего и никогда не приносило.