Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 8 (СИ) - Афанасьев Семён - Страница 46

— Откуда вам известны факты его жизни?

— Возьмём из служебного удостоверения, — удивился персонаж фильма ужасов. — Дальше — только беседа, уже без инфузии, по инерции. Мы не хотим не то что вреда, а даже и лишнего риска.

— Почему?

— Когда он подаст на нас в суд, их совершённые преступления будет сложнее замолчать, — серьёзно ответил очкарик. — Потому что попытки такие уже происходят, причём даже не на уровне кабмина. Не факт, что мы сможем сопротивляться бесконечно.

— Чем оно опасно? Наверняка же есть какие-то подводные камни в инъекции? — неожиданно прорезалась Хьюга.

— Первая порция — по большому счёту стандарт. Гиповентиляция, брадикардия, гипотензия, обморок, — отмахнулся предположительно медик.

— Ничего себе, — Хаяси всё-таки икнула вслух.

— Это ещё мелочи! Также как и тошнота, рвота, запор, головная боль. Варианты похуже: лихорадка, дисфункция печени, мегалобластная анемия, развитие толерантности и привыкания. — Интеллигентного вида мужика несло, как маньяка. — Там ещё перечислять и перечислять! Возбуждение, спутанность сознания, гиперкинезия, атаксия, депрессия ЦНС. Ночные кошмары, — тип задумчиво поглядел на офицера как на вражеского пленного. — Нервозность, тревога, нарушения психики, галлюцинации, бессонница, головокружение, расстройство мышления. Но надеюсь, до такого не дойдёт — я же рядом.

Или он просто работу свою любит? — подумала Хонока. Одет дорого, по повадкам — откровенный задрот, если словами Уты. Значит, амбиции в сторону женщин ого-го, а удовлетворять их — вариантов мало, потому что кто с таким согласится… Сексапил ему надо было качать, причём начать стоило много лет назад.

В следующую секунду Хаяси хлопнула себя по лбу: Коюмэ! Не опоздать на индивидуальную сессию!

— Всё? Или что-то ещё стоит ждать? Я предупрежу медпункт АТЛЕТИКИ, — подняла подбородок Хину. — У меня есть реаниматолог в штате.

— Не стоит. Прочее менее серьёзно, — отмахнулся очкарик. — Аллергические реакции: ангионевротический отек, сыпь, эксфолиативный дерматит.

— В сравнении с расстройством мышления и правда мелочь, — согласилась пловчиха. — Но вы сказали, первая доза — стандарт. А что будет, если второй препарат ввести вслед за первым? Точнее, вторую дозу?

— Из него достану всё, если будет запираться. Но в итоге — необратимые изменения коры мозга, — серьёзно ответил немолодой ботаник в очках, про которого мордоворот-сятэйгасира сказал, что ему и в рукопашной целый армейский подполковник ничего не сделает.

— Его согласия спрашивать не будете? — ровно уточнила Йошида, о которой все забыли.

Похоже, её женский интерес к гостю поутих после услышанного.

— Вопрос уже ставился и ответ на него звучал. — Отчеканил якудза. — Хорошо, вот вам развёрнуто: нюанс лишь в том, капельница будет поставлена принудительно или фигурант согласится добровольно, — он без эмоций посмотрел на офицера. — Это не вопрос «да» или «нет». Это вопрос, будет ли он дёргаться секунд тридцать перед тем, как.

— Мы сейчас не частные лица, мы защищаем интересы Министерства иностранных дел Японии, — добавил другой борёкудан. — От внешних посягательств. Отвечать потом не отказываемся — вас никого не гоним. Снимайте, выкладывайте в сеть, мы не против.

Там же через 1 час 55 минут.

— Что это значит? — руководитель управления министерства обороны (и начальник гостя Йошиды по совместительству), едва появившись в кабинете, начал с повышенного тона.

Пользуясь списком контактов в телефоне армейца, чиновника высокого ранга вызвал по телефону лично сятэйгасира — по итогам занимательного интервью с его непосредственным подчинённым.

— Пожалуйста, посмотрите видеофайл. — Борёкудан без эмоций протянул планшет.

Шеф дремающего в кресле подполковника ускоренно промотал первые пять минут записи, затвердел лицом, перешёл к последней пятиминутке.

Досмотрев, вроде-бы-генерал (Хонока не вникала в чины — находилась под впечатлением услышанного) вернул гаджет:

— Повторяю вопрос, что всё это значит? И кто вы такие? — он мазнул взглядом по спящему сотруднику, не особо внимательно.

— Я — сятэйгасира Эдогава-кай, — крепыш назвал своё имя. — Мы все — граждане одной с вами страны. Я понимаю, что именно нарушил этим разговором, — тычок большим пальцем через плечо назад.

— И интересной фармакологией, — съязвил высокий посетитель, которого впору было звать не чиновником, а уже политиком.

— И этим тоже, — не стал спорить гангстер. — В отличие от вас, я не скрываюсь от ответственности и не прячусь за чужими спинами. Эта запись — ваша, — он повторно всунул планшет в руки начальника управления.

— Здесь слишком много народу, чтобы договариваться, — армейский демонстративно огляделся, задерживаясь на женщинах.

— Вы не поняли, — покачал головой подручный семейства Миёси. — Любые договорённости предполагают заинтересованность с обеих сторон. Об этом речь не идёт — вы нам неинтересны.

— Чего вы хотите? — чиновник расправил плечи.

Параллельно, финансистка хорошо это видела, он с чужой техники зашёл на портал своего министерства, к чему-то там подсоединился, вроде как сбросил ссылку. Видимо, отправил тот самый горячий файл.

— От вас — абсолютно ничего. — Якудза, будучи младше возрастом, смотрел на собеседника как старик на несмышлёное дитя.

— Цель звонка мне? Цель моего вызова сюда? И этого всего? — ещё один взмах рукой.

— Я в данном случае действую по поручению Управления анализа Министерства иностранных дел.

Армеец замер.

— Вы меня плохо слушаете, — продолжил сятэйгасира. — Я только что нарушил закон, — кивок на гаджет в чужих руках. — В отличие от вас, являясь честным гражданином, ставлю об этом в известность вас — заинтересованную структуру. Поэтому вы здесь — как начальник фигуранта. Ещё вопросы?

— Так дела не делаются, — предположительный генерал рассеяно упал в ближайшее кресло и опять мазнул отсутствующим взглядом по подполковнику. — Есть неписаные правила игры: определённые службы даже в нашей стране конкурируют между собой не то что не первый год, а даже не первое десятилетие! Нельзя выносить на лю…

— Расскажите это министру внутренних дел Мацуи Хироюки, — невежливо перебил гангстер. — Абсолютно случайно в этом помещении присутствуют сразу двое независимых людей, которые лично видели, как министр-сан говорил именно эти слова сотрудникам вашего министерства. После их задержания на месте особо тяжкого уголовного преступления, второго в их послужном списке только лишь по нашим данным.

Немного натянуто и не совсем правда по форме, подумала Хонока — там размахивали руками Решетников и Миёси Мая, не Министр Мацуи. С армейскими рубились именно они плюс патрульные полиции.

Но если не цепляться к форме, а смотреть в суть…

— В силу уникальности ситуации, до Эдогава-кай доведён закрытый меморандум между министерствами Внутренних и Иностранных дел, — продолжил сятэйгасира. — Ввиду остроты проблемы — предположительного систематического нарушения законодательства вашими структурами — Министерство иностранных дел обратилось к МВД с просьбой. По закрытым каналам. И эту просьбу удовлетворили.

— Какую просьбу?

— Ну мы же здесь, — ухмыльнулся якудза. — Отвечу намёком: вы внутри страны работать не имеете права, в отличие от МИД и МВД. Последнее имеет Общественный Совет, членом которого — с правом голоса — является и глава Эдогава-кай. С недавних пор. Не он один, но и он тоже.

— Как мне его тащить обратно? — чиновник резко повернулся к подчинённому, бросая чужой планшет на стол. — Он больше восьмидесяти килограмм весит.

— Если это ваш единственный вопрос, мы его сами донесём до машины, в которой вы приехали. В здании министерства будет кому помочь выгрузить? Или нам проехать следом?

— Не нужно. Просто несите в мою машину.

— Ты что-нибудь понимаешь? — Хонока задумчиво качалась сомнамбулой с пяток на носки перед дверью директорского лифта. — А то у меня мозги заколодило.