Мертвый сезон в раю (СИ) - Солодкова Татьяна Владимировна - Страница 78

Нельзя. Просто нельзя. Нет никакого смысла прятать голову под мышку и, как ребенок, делать вид, что ничего не произошло. Произошло, а с причинами и последствиями случившегося еще придется разбираться и разбираться. И сантиментам тут не место.

Тем не менее, с тех пор как Грег вошел в грот и увидел представшую перед глазами картину, в горле стоял колючий ком размером с южную дыню.

— Вероятно, все же самоубийство, — тем временем высказался один из сыскарей. — И камень вон, на который она влезла, чтобы дотянуться до крюка, имеется. — Он указал на явно неспроста оказавшийся у стены валун. — И…

— Проверим, — строго оборвал его Ферд. — А пока продолжайте осмотр. Следы, волосы, кровь — ищите все. Важной может оказаться любая мелочь.

Первый сыскарь послушно замолчал и вернулся к работе. Зато подал голос другой, гораздо моложе и глупее даже на вид.

— Эта черная стерва — и покончила с собой? — усмехнулся он, демонстрируя, что был знаком с Мэйв лично и ее смерть его больше веселит, нежели печалит. — В жизни в это не поверю. Наверняка инсценировка. Ставлю на убийство!..

Глупее не только на вид. Потому как даже не смекнул ни заткнуться, ни убраться подальше, когда начальник, в этот момент рассматривающий что-то у подножия стены, вдруг резко выпрямился и обернулся в его сторону.

— …Да такая, как она…

Вряд ли Ферд особо переживал из-за смерти едва знакомой ему темной магички. Но уж чего у него было не отнять, так это трепетного отношения к уставу и правилам. И выражение лица у него после подобных высказываний подчиненного стало таким, будто он готов повесить болтуна на очень вовремя освободившемся крюке. Желательно за язык.

Не то чтобы Грегу самому не захотелось затолкать этому идиоту в глотку его же слова, но устраивать склоку рядом с телом усопшей казалось ему еще более кощунственным.

— Это самоубийство, — сказал он громко.

Все присутствующие тут же как по команде обернулись в его сторону. Одна Эль осталась подпирать плечом стену недалеко от выхода — уж она-то знала наверняка, что он прав, вот никак и не отреагировала.

— Поясни, — потребовал Ферд.

Стоило тому отвернуться, как болтливого идиота толкнул в плечо коллега поумнее, да еще и для наглядности покрутил пальцем у виска, мол, думай, что и при ком говоришь. Юнец же в ответ сделал большие глаза, явно не понимая, что он такого сказал.

К его счастью, начальник не видел пантомиму, происходящую у него спиной, — вопросительно и вместе с тем требовательно смотрел на Грегори.

Что ж, раз уж влез, пришлось объяснять.

— Маги выше второго уровня силы не становятся призраками. Они либо упокаиваются, либо превращаются в выпитней, если смерть была не от огня, но при этом насильственной и мучительной. Огня тут нет. А шея не сломана, значит, Мэйв умерла не сразу после прыжка. Выпитня же, тем не менее, нет. Вывод: она сделала это добровольно.

— Выпи?.. Кого? — молоденький сыскарь снова не удержал язык в правильном месте, за что наконец-то получил оплеуху от собрата постарше.

— Заткнись ты уже, Лирой, — прошипел тот.

Оплеуха ожидаемо оказалась доходчивее слов: юнец втянул голову в угловатые плечи и на сей раз послушно заткнулся.

— Выпитень, — повторил Грегори. — Такой мерзкий серый слизняк, сотканный из мертвой энергии. Жрет живую и растет.

К его удивлению, Ферд не стал задавал уточняющих вопросов, а лишь серьезно кивнул.

— Да, я о них слышал и видел последствия их… хм… пиршества. — Неожиданно. Но ничего спросить Грегори не успел — главный сыскарь уже повернулся к своим людям. — Ну, почему все встали и уши развесили? Ответственнее, парни, ответственнее. Работаем!

Грег хмыкнул и тоже пошел заниматься делом. Хватит с него на сегодня лекций. Вот уж кем он никогда не собирался становиться, так это преподавателем.

А Ферд, похоже, все же неспроста недолюбливает темных магов: и взрывы от диссонанса энергий он видел, и с выпитнем встречался. Выходит, в Прибрежье, откуда тот недавно приехал, не такая уж скучная жизнь, как Грегори помнил из детства…

— Эй! — от входа в грот донесся чей-то жизнерадостный голос. — Тут мешок для трупа привезли! Кому отдать?!

Грег быстро обернулся.

— Мне!

Не хватало еще, чтобы тот болтливый юнец полез упаковывать Мэйв.

С молчаливого согласия Ферда мешок ему вручили без возражений. Расстелив его на земле вдоль тела, Грегори опустился на колено возле мертвой соседки, прикидывая, как ее аккуратнее переложить.

И в этот момент над головой неожиданно раздался знакомый голос:

— Я помогу. — Эль присела рядом на корточки и без колебаний схватилась за ноги покойной, да еще и скомандовала: — Ну же! Берись за плечи!

Грегори не стал спорить.

***

В общежитие вернулись уже затемно и еле волоча ноги. Оба.

Кардинес, казалось, вообще выбилась из сил и всю дорогу до дома уже практически висела у Грегори на руке, взвалив на него большую часть своего веса. Благо весила она немного.

По дороге не разговаривали. Грег не знал, о чем думала Эль, но у самого язык отчего-то прирос к небу, а противный колючий ком, поселившийся в горле еще в гроте, по-прежнему никуда не делся.

— Думаешь, она правда была причастна к убийствам? — первой заговорила Кардинес уже в коридоре перед дверью в свою комнату.

Причастна? Учитывая то, что Мэйв ушла в запой сразу после гибели Першильд, а затем покончила с собой в том самом гроте, где та побывала перед своей смертью? Помилуйте, в жизни бывают совпадения, но не такие же.

Поэтому… причастна? Да, черт возьми!

И Грегори сам толком не мог понять, отчего так сильно дерет горло: оттого, что умер человек, с которым он больше года прожил бок о бок, или оттого, что незадолго перед тем, как разделить с ним утренний кофе, Мэйв занималась убийством невинных людей.

Грег мотнул головой.

— Возможно, кто-то платил ей за помощь? Она влипла на огромный штраф. Ей нужны были деньги и… — Он резко оборвал сам себя. Такими темпами можно дорассуждаться до того, что у Мэйв было достаточно причин, чтобы участвовать в душегубстве. — Не знаю почему, — закончил Грегори глухо, — но причастна наверняка.

А ведь Эль изначально заподозрила неладное, когда темная соседка запила буквально наутро после смерти старухи-кладовщицы… Уже неважно.

— Мне жаль, — тихо сказала Кардинес и, повернувшись, уткнулась носом ему в плечо.

Он крепко ее обнял.

— Пойдем спать, — пробормотал, прижимаясь щекой к ее волосам. — Завтра тяжелый день.

Эль закивала, не отрываясь от его плеча, а потом вскинула голову и заглянула в лицо.

— Останься сегодня со мной.

По правде говоря, Грегори собирался убраться в свою комнату, закрыться на замок и, выкинув из головы все мысли, упасть лицом в подушку до самого утра. Но сказать ей: «Я хочу побыть один», — не повернулся язык.

— Останусь, — ответил он, обнимая крепче.

Глава 36

Когда Грег пришёл на работу, Найлз уже был на месте, да ещё и восседал у микроскопа. Надо же, а Ферд и правда эффективный начальник...

Дверь за спиной громко хлопнула.

— Доброе утро! — тут же вскинул лохматую голову напарник. — Не ждал тебя так рано.

— Утро, — буркнул Грегори, проигнорировав последнюю фразу.

Если это намек на то, что он часто опаздывает, то пошёл Найлз к черту — Грег ни разу не задержался без весомой причины. А если неумелая попытка завязать с порога беседу, то пошёл к черту тем более — последнее, чего Грегори этим утром хотелось, это попусту чесать языком.

Но Найлз — это Найлз. И Найлз не умеет читать между строк.

— Слу-у-ушай, — протянул напарник, взъерошив пятерней свою огненную гриву, — а правда, что наша мёртвая маньячка была твоей соседкой?

Грегори собирался снять с вешалки рабочий халат, да так и замер с вытянутой рукой.

— Что ты сказал?

Но даже интонация, с которой это было произнесено, не навела Найлза ни на какие выводы. Похоже, он просто решил, что Грег его не расслышал.