"Фантастика 2025-56". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Вайс Александр - Страница 94

И даже если бы моя ладонь стала мокрой, какие-то сомнения все равно бы остались.

Как я уже говорила, когда мы прилетели в Альбукерке, там было жарко, и на следующий день прохладнее там не стало.

И это породило еще одну проблему.

Человек, вышедший на улицу в верхней одежде, привлекал внимание. А у Мика Траута, бывшего копа, ныне работающего на очень опасных людей, он наверняка вызовет подозрения, после чего подобраться к нему и застать врасплох, дабы отправить его поспать лишних пару-тройку часов, станет еще более затруднительной задачей.

Пистолет, стреляющий дротиками с транквилизаторами, был слишком здоровый, чтобы прятать его под футболкой, даже если бы Эллиот одолжил мне свою.

Осознав эту проблему, агент Смит зашел в ближайший к мотелю магазинчик, торгующий всякой мелочью, и купил мне сумочку. Ну, как сумочку… Едва ли аксессуар, в который мог поместиться не только здоровенный пистолет, а вообще все, что у меня с собой было, можно было назвать сумочкой. Скорее, это был небольшой чемодан с ремнем.

— Все помещается, — сказал агент Смит, демонстративно роняя пистолет в этот баул. Мне показалось, что прошел добрый десяток секунд, прежде чем я услышала глухой стук, с которым он ударился о дно.

— А ничего поменьше там не было?

— Я решил перестраховаться.

— И она совершенно не гармонирует с моим гардеробом.

— А по-моему, все нормально, — сказал он.

— Мужчины, — фыркнула я. — Мало того, что она розовая…

— Мне сказали, что эту фуксия.

— Но тут еще и стразы, — сказала я. — Тут стразы, Эллиот. Вы когда-нибудь видели, чтобы я носила что-нибудь со стразами?

— Мы не так уж долго знакомы, — заметил он.

— Люди будут думать, что у меня совершенно нет вкуса.

— Вы когда-нибудь бывали в Альбукерке, Боб?

— Нет.

— Тогда какая вам разница, что подумают о вас люди, которых вы до этого дня не знали, и которых с огромной долей вероятности больше никогда в жизни не увидите?

Это был удар ниже пояса, потому что аргумент он привел действительно хороший, и спорить с ним было крайне сложно. Мне действительно большую часть времени было наплевать, что обо мне думаю незнакомые люди, и, в общем-то, я ничего не имела против этой сумочки, если бы она не вызывала у меня кровотечение из глаз. С другой стороны, возможно, сумочка отвлечет внимание нежелательных свидетелей, да и запомнят они исключительно ее.

Вряд ли кто-то сможет предположить, что от девушки с такой сумочкой может исходить реальная опасность. Ну, кроме кровотечения из глаз, о котором я уже говорила.

— Вы просто нервничаете, Боб.

А кто бы на моем месте не нервничал?

Помимо того, что мне не очень-то нравилось стрелять в людей, пусть даже и из нелетального оружия, я никак не могла отбросить в сторону этическую сторону вопроса. Да, если верить агенту Смиту, разрушение этого сюжета может спасти множество жизней, в том числе и некоторых ни в чем не повинных людей, и пусть мое сегодняшнее оружие нелетальное, по сути это же все равно убийство. Мы… ладно, не буду врать самой себе, я просто должна была отдать жизнь мистера Райта в руки мексиканских наркобандитов. Это было немногим лучше того, как если бы мне предложили пристрелить его собственноручно.

А может быть, вообще ничуть не лучше.

Как бы там ни было, в десять утра мы приехали в спальный район, где располагался домик Траута, агент Смит припарковал арендованный «форд» в символической тени чуть ли не единственного на весь квартал дерева, а я отправилась наружу и принялась стучаться в двери всех подряд домов с планшетом в руках, отрабатывая свою легенду.

В общей сложности я постучалась в пять дверей. Три мне просто не открыли, видимо, никого не было дома. За четвертой оказалась вполне приятная старушка, которая зазывала меня полить с ней чая или чего-нибудь покрепче, а за спиной у нее мяукало не меньше трех кошек. Она была очень дружелюбна и очень навязчива, и я понятия не имела, как закруглить наше общение и уже подумывала, не стоит и протестировать дротик с транквилизатором на ней, прежде чем выходить на основную цель, но в конце концов мне повезло, где-то в глубине дома зазвонил телефон, она отвлеклась, а я сумел сбежать.

В пятом доме оказалась многодетная мать, погрязшая в подгузниках, погремушках и бутылочках, так что я просто извинилась перед ней за беспокойство и отправилась дальше.

Шестой была дверь самого мистера Траута, и я постучала по ней костяшками пальцев. Подождала секунд тридцать. Изнутри не доносилось ни единого звука, я не могла уловить там никаких движений. Возможно, парни из ТАКС ошиблись, и мистер Траут решил сегодня выйти пораньше.

— Стучите еще, Боб, — голос агента Смита раздался в моем правом наушнике и от неожиданности я чуть вздрогнула. Ну, от неожиданности и от того, что и так вся была на нервах. — Он внутри. Постучите еще.

Я постучала. Настойчиво, но постаравшись, чтобы стук не выдал во мне копа.

Еще секунд через двадцать за дверью послышались какие-то шевеления.

— Кто? — спросил хриплый немолодой голос. Я соотнесла его с фотографией, которую мне показывал Эллиот, и сделала допущение, что за дверью стоит мистер Траут собственной персоной. — Чего надо? Я ничего не покупаю, мисс.

К сожалению, дротик — не пуля, и через дверное полотно он не пройдет. Мне нужно было, чтобы Ник открыл дверь.

— Здравствуйте, сэр, — вежливо сказала я. — Очень мило, что вы ничего не покупаете, потому что я ничего не продаю. Вы не подпишете мою петицию? Мы собираем подписи неравнодушных жителей города…

— Что за петиция, мисс?

— Петиция с требованием ограничить детям доступ к агрессивным компьютерным играм, — сказала я. Как по мне, это была не лучшая идея, но агент Смит утверждал, что аналитики ТАКС сочли ее оптимальной. Дескать, у мистера Траута есть внучка и, наверное, это самое дорогое, что есть в его жизни, поэтому следует использовать ее.

— Простите, мисс. Не интересует.

Судя по звукам, он сделал несколько шагов от двери. Я постучалась еще раз.

— Подпишите мою петицию!

— Убирайтесь с моей частной собственности, мисс. Или я вызову полицию.

Наверное, ты думаешь, что мне следовало выбить его дверь с ноги, и пока он дезориентирован в пространстве и восстанавливает зрение после вида моей великолепной розовой сумочки, всадить ему дротик со снотворным в живот, но все было не так просто.

Идти на подобное обострение можно только тогда, когда ты стопроцентно уверена в результате, но здесь и сейчас у меня такой уверенности не было. В отличие от всех остальных дверей, в которые я успела постучаться в этом районе, наполовину состоявших из стеклянных панелей и способных защитить только от самых честных или самых тупых грабителей, дверь мистера Траута была самым настоящим препятствием на пути криминального элемента, и стеклянным в ней был только глазок.

Деревянная, обитая железом, она открывалась наружу и для того, чтобы ее вынести наверняка, нужно прибегнуть к услугам установленного на бронеавтомобиль тарана.

Мне с моим весом тут явно ловить было нечего, да и агент Смит бы тоже не справился.

— Дурацкий район, — пробормотала я достаточно громко, чтобы меня услышали и за дверью, пожала плечами и направилась вниз по улице.

— Попробуйте еще, — сказал агент Смит.

— Дурацкий план, — сказала я. — А теперь он настороже. Если он увидит мой силуэт в окне, то может начать стрелять из дробовика и будет в своем праве.

Дурацкое вообще все. Я была уверена, что никакого планирования тут вообще не было, слишком по-идиотски все было организовано. Задействовать такие ресурсы, организовать перелет Цензора в Нью-Мексико бизнес-джетом за день до начала операции, придумать какой-то идиотский предлог, с которым тебе придется обойти все дома в квартале, и все это для того, чтобы что? Постучаться в дверь, которую тебе и не собирались открывать?

И что я должна делать дальше, следуя гениальному плану ТАКС? Сесть в машину к Эллиоту и расплакаться у него на плече?