Маршрут случайных пассажиров - Романова Галина Владимировна - Страница 7

– Сделаем.

Охранник исчез из своей тесной комнатки за пару секунд и быстро вернулся с медкартой. Протянул ей ее.

– Вот. Серафима Орлова. Серафима Ивановна, – дополнил он. – Данные с ее документов. Были при ней. Она не хотела, но представила.

– Тут написано, что был предъявлен пропуск на фирму. Серьезно? – вытаращилась на охранника Маша. – А паспорт?

– Не было при ней паспорта. Только пропуск. На работу она ехала. Недалеко от нас бизнес-центр, там полно разных контор и фирмочек. От первого этажа до седьмого – под завязку.

– Сотрудница риелторской конторы «Метр», – зачитала Маша. – При заполнении документов ее медицинский полис высветился в базе, как я вижу?

– Совершенно верно. У нас с этим строго. Сразу все проверяем. Мало ли что! – сделал загадочным взгляд охранник. – Адрес там тоже есть. Москвичка она.

– Хорошо. Разыщем. Где, говорите, этот самый бизнес-центр?

Охранник объяснил ей, как добраться. И тут же посоветовал ехать к Серафиме сразу домой.

– Почему?

– Я вчера как раз менялся, когда их привезли. На блондинку обратил внимание. Синяк у нее наливался во всю щеку. Вряд ли она с таким фингалом на работу поехала.

– А почему на нее обратили внимание?

– Она с Яшкиным спорила. Он хотел ее осмотреть, чтобы документы заполнить, направить в нужное отделение и все такое. Ну порядок у нас такой! – оправдывался охранник. – А она его прямо по рукам. Прогнала. И шипела ему в спину все, шипела.

– Вторую девушку он тоже осматривал?

– А как же! Аглая на каталках развозила пострадавших. Она у нас о-го-го!

Маша Аглаю помнила – громадных размеров баба со свирепыми черными глазищами.

– Сначала мужчину с переломом ребер отвезла в травму. Потом женщину в кардиологию.

– А вы все это наблюдали и не уходили?

– Так сменщик запаздывал. Я и притормозил. Так вот… – Охранник осторожно теснил ее к двери, пытаясь выставить в общий коридор из своей комнаты. – Эта девушка с тупой травмой живота сидела на кушетке. И о чем-то переговаривалась с Васей. Потом позволила ему себе помочь. Они пошли, и Аглая заметила кровь на ее ногах. И завертелось. Валерия Ивановича срочно вызвали.

Кто такой Валерий Иванович, Маша тоже знала. Пересекались по прошлым делам.

– В смотровую ее Яшкин доставил?

– Да. Он. И был там еще какое-то время.

– Хорошо.

А еще этот Яшкин посещал гинекологию в ночь убийства.

Маша тут же запросила записи с камер того отделения, где произошло убийство. Охранник нехотя сбросил ей все на флешку, которая на такие вот случаи всегда имелась у нее в сумке. Записи за весь прошлый день и минувшую ночь. И с отделения. И с первого этажа, куда больные поступили после аварии.

Маша вышла из больницы на улицу. Поискала взглядом подходившую под описание Фаины женщину, не нашла и двинулась к машине.

– Товарищ майор, вы где? – настиг ее звонок Игнатова, когда она уже выезжала за больничный шлагбаум.

– А ты где, капитан?

– Я на месте происшествия. Это совсем рядом с больницей. – Игнатов надиктовал адрес, который у нее уже был.

– А квартира? Номер какой? – уточнила она, съезжая с проспекта на дублер, который вел как раз туда, куда надо.

– Так не в квартире тело, а на пустыре за домом. Там строящийся объект рядом. Огорожен сеткой в два с половиной метра. У самой сетки тело. Но не на стройке, а по другую сторону забора.

– Строители обнаружили тело?

– Да. Их собаки беспокойно вели себя. Они пошли посмотреть и обнаружили.

– Кто он? Установили? Документы были при нем? Телефон?

– Никак нет. Ни документов, ни телефона. Скорее всего, бездомный. Одет так себе. Бомж, скорее всего.

– И чего нас дернули? Мы что, теперь на каждого опившегося бомжа выезжать должны? – разозлилась Маша.

– Смерть носит насильственный характер.

– Какой же?

Маша свернула в проулок, заметила проблесковые огни и покатила машину в том направлении.

– Ему проткнули сонную артерию, – обрушил на нее новость Игнатов. И добил: – Наш эксперт сказал, что сработано профессионально. Точно в сонную артерию. И да, умер он еще вчера. И не здесь…

Глава 5

Сима открыла глаза и уставилась на натяжной потолок, провисший в левом углу у балкона. Повредили с Толиком, открывая шампанское в прошлом месяце. Был повод обмыть сделку. Решили сделать это прямо в постели. Думали, будет очень романтично.

Как в кино, мать его, не вышло! Пробка ударила в натяжной потолок. Пена выплеснулась из горлышка прямо на ее шелковое постельное белье. В бутылке осталось на треть. Они, конечно, поржали тогда. И догнались еще бутылочкой белого вина, но осадочек остался. И белье как следует не отстиралось. И на матрас попало. А матрас был дорогим, ортопедическим.

А Толик той ночью добавил дегтя, засыпая. Пробормотал сквозь дремоту:

– Какой-то плохой знак, Симон.

Только он так ее называл. Больше никто.

– Почему? Что ты имеешь в виду? – Она была трезвее его и отреагировала сразу тревогой.

– Хотели обмыть сделку шампанским, а вышло коряво, – ответил он не очень внятно.

– И что?

Она потрепала его за плечо, не давая ему уснуть.

– Чудится мне, что и со сделкой что-то пойдет не так. Как-то очень быстро все получилось. – Он распахнул глаза и глянул на нее сонно, мутно. – Как-то очень гладко. Так не бывает.

– Что не так, Толик? Земля была бросовой. Бабка давно померла, дом ее развалился. Наследников нет. Мы же проверили. Ты проверил.

И вот тут Толик обеспокоенно завозился под шелковым пододеяльником. Откинул его, сел голышом на краю кровати, сгорбился.

– Что?! – Она сразу заподозрила неладное. – Ты не проверил наследников?!

– Проверял. Но, видимо, не до конца. Сегодня под вечер в офис пришел какой-то дядя.

– Что за дядя?

– А я знаю! Весь на распальцовках, в татуировках. Ощущение такое, что вчера из тюрьмы вышел.

– И что?

– И начал вопросы про эту землю задавать. Нехорошие вопросы, Симон. Типа: а вы все знаете про Прасковью Михайловну? Всю жизнь ее изучили досконально?

– Блин! – Сима тогда закусила губу и тоже села рядом с Толиком. – И что, он прямо права на землю предъявлял?

– Нет, но… Но вопросы мне его не понравились.

Она подумала, подумала и рассмеялась беспечно. Ткнула его в плечо кулачком и проговорила:

– Забей, Толик. Мало к нам ходит таких вот жалобщиков и претендентов? Кроме желания поиметь чужое, у них за душой ничего. Ни единого правоустанавливающего документа. Ты вспомни, в прошлом году…

И она начала рассказывать ему о том, что он и так знал. Они успокоились, и закончилось все сексом. И забылось потом. А на днях…

– Серафима? – вкрадчиво поинтересовался мужской голос в телефоне.

– Слушаю вас.

– Это ваш клиент – Морозов. Землю купил посредством вашей конторы. Вы с Анатолием со мной работали. Вспомнили?

Еще бы! Мужик был авторитетным, богатым, со связями. В клок земли, оставшийся без хозяев, вцепился, как бультерьер. Им сказал, что собирается там себе дом построить.

– Красивое место. Выход к озеру. Лес на другом берегу. Мечта, а не место! – суетливо сновал он по заросшему бурьяном участку, без конца потирая руки. – Мог бы помощников к вам прислать, да сам хочу все увидеть и пощупать. Сам!..

Сделку они заключили, оформив землю быстро и по закону. И вдруг звонок.

– Что-то пошло не так, Серафима? – вкрадчивым холодным голосом поинтересовался Морозов.

– В каком смысле? Все в порядке, насколько мне известно, Игнат Семенович. Слышала, вы даже строительные материалы завезли на участок, – попыталась она говорить беспечно, но в желудке сделалось пусто и холодно.

– Я завез, да. Но на днях ко мне приходит некий гражданин в наколках. Месяц как откинулся.

– В смысле? – не поняла она жаргона.

– Вернулся из мест лишения свободы, – терпеливо уточнил Морозов. – Так вот, он утверждает, что является родным племянником умершей бабки, на чьей земле я собрался строить дом. Вы ничего не хотите мне рассказать, Серафима?