Убийство на Острове-тюрьме - Чень Ши - Страница 45

– Поздоровайся с дядей. – Она указала мальчику на меня.

– Привет, дядя-вонючка! – Маленький мальчик скривил губы.

– Вэньвэнь такой славный! – Я выдавил натянутую улыбку, которая выглядела ужасно. – Такой послушный ребенок!

Мое сердце было почти разбито на тысячу осколков. Если бы у меня был выбор, я бы предпочел, чтобы убийца прикончил меня. Почему каждый раз, каждый раз все происходит именно так? Мне хотелось плакать, хотелось умереть, жизнь потеряла смысл.

– Хань Цзинь, ты ведь так и не спросил, что хотел. Я так заинтригована! Что ты хотел узнать? – снова спросила меня Лян Мэнцзя, отослав сына в сторонку.

– Ох, да я… я просто хотел спросить… спросить… Ой! Я совсем забыл об одном деле, которое меня просил сделать Чэнь Цзюэ! Мне пора-пора-пора-пора. Побегу обратно в общежитие!

Я судорожно отыскал повод, чтобы уйти. Мне хотелось провалиться сквозь землю.

– Давай иди, доделывай свои дела! – с улыбкой ответила девушка.

Я быстро смылся обратно в наше временное жилье.

К счастью, Чэнь Цзюэ не стал свидетелем этой сцены, иначе он бы смеялся надо мной целый год! Нет, возможно, он уже знал, что у Лян Мэнцзя есть ребенок, поэтому и посоветовал мне приударить за ней. Я представил ухмыляющуюся рожу Чэнь Цзюэ. Да, он точно знал, что она замужем, поэтому намеренно подзуживал меня! Я был так зол, что мне хотелось разрезать этого горе-математика на кусочки!

Когда я в ярости искал, на что выплеснуть свой гнев, я увидел на столе записку. Очевидно, что это был почерк Чэнь Цзюэ и записка была адресована мне. На бумаге было написано всего одно слово:

«Беги!»

Куда делся Чэнь Цзюэ? Почему он оставил мне такую записку?

У меня по спине пробежал холодок. Неужели они и его схватили? Но как он смог оставить записку? Нет, в моей голове вертится слишком много вопросов, я ничего не понимаю. Раз он сказал мне бежать, значит, убегу. В больнице полно стукачей, мне надо покинуть ее, где-нибудь залечь и ждать подмоги.

Что же за тайны скрывает эта психиатрическая лечебница, в конце-то концов?

Собирать вещи было уже поздно, поэтому я порвал записку, выбросил ее в мусорку и надел пальто. На улице дул ледяной ветер, поэтому я вжал голову в плечи, уткнул подбородок в воротник и быстро вышел из здания. К счастью, никто меня не заметил. Ветер как будто подгонял меня, я даже не понял, как перешел на бег. В голове крутились картинки из триллеров: меня схватит охрана, заточит в палату с мягкими стенами, и я на веки вечные буду заперт в мрачной темнице, прямо как отправившая нам записки Тан Вэй. Кстати, интересно, как она там? Я же ничего о ней больше не слышал.

Проклятье! Мой телефон не работал, я не мог ни с кем связаться за пределами острова.

В отличие от предыдущего случая, в преступлении было замешано слишком много людей. И все было так запутано, что я совершенно ничего не понимал. Чэнь Цзюэ всегда посмеивался над моими умственными способностями, и может быть, он был прав, но это никак не помогало мне разобраться в ситуации. Я попытался успокоиться и проанализировать, что происходит. Во-первых, больница скрывает какую-то немыслимую тайну, из-за которой Тан Вэй насильно заперли тут и стерли ей память. Во-вторых, они оперировали ее. Но зачем? Может быть, на острове проводятся загадочные эксперименты над людьми?

Я прочел много литературы об испытаниях, которые проводили на людях. Я часто ночами перечитывал документальные свидетельства и втайне оплакивал невинных жертв. Человеческая история знает немало случаев, когда проводились подобные чудовищные опыты, и это повергает в шок. Во время Второй мировой войны нацистские и японские врачи использовали военнопленных и беженцев в своих экспериментах. Ситуация на Острове-тюрьме не может не напоминать мне о программе МКULTRA в США.

MKULTRA – это было кодовое название для экспериментов ЦРУ по контролю разума. Короче говоря, американцы пытались влиять на мозги людей. И буквально залезали в них. Проект стартовал в начале пятидесятых. Существует множество опубликованных данных, свидетельствующих о том, что в этом проекте использовали различные препараты для контроля психического состояния людей и попыток изменить функции человеческого мозга. В ходе эксперимента ЛСД вводили проституткам, душевнобольным, а также рядовым гражданам и затем наблюдали, как те реагировали на препарат. Процесс набора подопытных был незаконным. Правительство расставляло ловушки в некоторых борделях, устанавливая там односторонние зеркала, чтобы фиксировать экспериментальную среду. Лишь в тысяча девятьсот семьдесят третьем году директор ЦРУ приказал уничтожить все документы, связанные с программой MKULTRA.

Проект по управлению человеческим сознанием, затеянный правительством США, в конечном итоге провалился. Но что, если люди не оставили надежд на эти эксперименты? Кого легче всего контролировать, как не психически больного человека?

Если бы я рассказал Чэнь Цзюэ о своих догадках, он бы посмеялся надо мной, как над очередным последователем теорий заговора.

– Господин Хань, куда вы направляетесь?

Я поднял голову и увидел перед собой пятерых охранников. Посередине группы стоял их капитан, Ци Лэй.

– Да я тут ходил… бродил… – не глядя ему в глаза, ответил я.

– Правда? Но больница же в другой стороне. Если вы пройдете еще дальше, то уже выйдете за ограду.

– Серьезно? Ох, я же совсем не знаком с этим местом. Сейчас вернусь в общежитие.

Я быстро повернулся к нему спиной и сделал вид, что пошел туда, откуда пришел.

– Мне кажется, не стоит. – Ци Лэй положил мне на плечо руку, и она оказалась такой сильной, что я уже не мог пошевелиться.

– П-почему…

– Давайте начистоту. Вы ведь прибыли не только ради расследования смерти Сюй Пэнъюня…

Я перебил его:

– Простите, капитан Ци, но я вас не понимаю.

– Это не имеет значения. Кажется, офицер Тан покинула остров…

– Тан Вэй покинула остров? Это невозможно!

Если так, почему она ничего не объяснила мне и Чэнь Цзюэ? Что, черт возьми, она замышляла, когда решила нас бросить? Она сбежала уже два дня назад? Слишком странно.

– Вы… откуда вы знаете?

– Ну, мне хорошо известно, сколько на острове лодок.

Не похоже было, чтобы он врал.

– Но, может быть, кто-то другой…

– Нет, никто лучше меня не знает, сколько всего здесь людей. Каждодневный подсчет пациентов; плюс персонал я тоже пересчитываю. На острове стало на одно судно и на одного человека меньше. Господин Хань, вы же умнее меня: так скажите, что это означает?

– Я не знаю.

– Раз уж мы с вами в некотором роде коллеги, нет причин оставлять вас в неведении. Или вы что-то поняли?

Я почувствовал, как мое тело охватывает холод.

– Нет.

– Вы не можете лгать мне, – уверенно сказал Ци Лэй, вздернув брови.

– Я не лгу вам, это было бы чересчур.

Возможно, почувствовав что-то необычное в моем голосе, Ци Лэй прищурился, как кошка, смотрящая на мышь:

– Не лукавьте, я чувствую, вы что-то задумали. Вы журналист? Рассчитываете выпустить сенсационный репортаж о нашей больнице? Жаль, что вам ничего не удастся нарыть. Мы ведь действуем в соответствии с законодательством. У нас все по правилам; понимаете, что я имею в виду?

– Понимаю, – машинально кивнул я.

– Нет, не понимаете, – тихо вздохнул Ци Лэй. – Думаю, я могу вас попросить вернуться в свою комнату и не выходить оттуда вплоть до прибытия ваших друзей.

– Даже не пытайтесь посадить меня под арест!

Не знаю, откуда у меня взялась вся та смелость, с которой я уставился на Ци Лэя.

– Господин Хань, это не деловой подход. Кажется, вы не собираетесь с нами сотрудничать?

– Вы не имеете на это права! – еще громче выкрикнул я.

– Заткнись!

Я почувствовал сильный удар по щеке, и все мое тело повело вправо. На мгновение мой разум опустел, но я быстро пришел в сознание и понял, что это Ци Лэй мне врезал. Головокружение, тошнота. Как только я поднялся с земли, он ударил меня ногой!