Убийство на Острове-тюрьме - Чень Ши - Страница 46

Я упал лицом вверх. Я мог видеть облака и слышать смех вокруг. Ци Лэй выступил вперед, поднял меня за грудки и брызнул слюной в ухо:

– С тех пор как ты приехал на остров, я понял, что ты мне не по душе. Нравится копаться в чужом грязном белье? Нравится узнавать чужие секреты? Раз уж тебе так полюбилось тут рыскать, оставайся-ка ты навсегда, а?

– Ты… варвар, – просипел я. – Ты отправишься в ад…

– Твою мать! – Он схватил меня одной рукой за горло, а другой нанес еще несколько ударов. Во рту у меня была кровь. Может быть, это произошло от того, что я прикусил язык, пока он меня избивал. А может, Ци Лэй выбил мне зубы. Весь рот наполнился вкусом ржавого металла.

– Стукач! Мусор! Трус! – Ци Лэя перекосило от гнева, и он продолжил избивать меня.

Он ударил меня в живот, и я выгнул спину от боли. Ци Лэй не унимался. Он снова толкнул меня на землю, и моя голова ударилась о камень. Кровь, капавшая у меня со лба, затуманила зрение, из носа полилось еще больше крови. Я подумал: придется дать отпор, иначе меня убьют. Но у меня уже не было сил; я начал сожалеть, почему раньше так мало тренировался. Даже если бы не смог нейтрализовать Ци Лэя, хотя бы не выглядел таким беспомощным и жалким.

– Се Ли… – выдохнул я. – Он…

Ци Лэй разозлился еще больше, когда услышал, как я произнес это имя.

– Тебя это не касается! – прорычал он.

– Он мертв, но ты пытаешься все это скрыть… ты…

– Это не имеет к тебе никакого отношения! Ублюдок! – выкрикнул капитан и ударил меня кулаком еще сильнее.

Меня избивал один Ци Лэй. Остальные охранники не предпринимали никаких действий. Они стояли тихо, словно наслаждаясь прекрасным боксерским поединком. В левом углу ринга – чемпион по боксу Майк Тайсон, в правом углу ринга – окровавленная боксерская груша. Внезапно у меня возникло ощущение, что я, возможно, не покину остров живым. Меня охватил такой сильный страх, что породил галлюцинации. Мне показалось, что я услышал голос Чэнь Цзюэ. Он сказал мне держаться. Он сказал мне, что я не умру здесь.

– Чэнь… Чэнь Цзюэ непременно разоблачит вас… только подождите… и все сами увидите. – Я закашлялся кровью.

– Я велел тебе заткнуться!

С этими словами мне в лицо прилетел еще один удар.

Я сопротивлялся как мог, но куда мне было тягаться со здоровенным охранником. В отчаянии я случайно нащупал камень рядом с собой и зажал его в кулаке. Мы свернулись в гигантский клубок и катались по земле. Я пытался уворачиваться, но меня продолжали атаковать. Если я не дал бы ему отпор, он забил бы меня до смерти. И тогда я занес руку с камнем и опустил его на затылок Ци Лэя.

– А! – Ци Лэй отпрянул, прикрывая затылок обеими руками.

Он явно такого не ожидал.

С грехом пополам мне удалось встать, все еще держа камень в руке.

– Давай, подходи! – Я сделал два шага в том направлении, где он стоял.

Хоть я и знал, что проиграю, постоять за себя было приятно.

Ци Лэй взглянул на кровь на своих ладонях, взревел и бросился ко мне. Похоже, моя контратака его только раззадорила. Остальные четверо присоединились. Многочисленные удары обрушились на мое лицо, руки и ноги. Я уже не мог сопротивляться, даже едва держал голову. В этом хаосе я вспомнил драку с одноклассниками в шестом классе. Их было всего двое, но мне казалось, что кулаков у них восемь.

– Что вы делаете?!

Издалека бежал какой-то мужчина. Из-за кровавого марева перед глазами я не мог ясно его разглядеть, но он точно был одет в белый халат. Врач. Ци Лэй выпрямился, улыбнулся мужчине и сказал:

– Все в порядке, просто разбираемся с пациентом.

– Пациентом? Ну-ка.

Мужчина подошел ко мне, и я узнал его. Однажды мы встречались; это был У Чао.

– Да пациент это, – настаивал Ци Лэй.

У Чао указал на меня пальцем и громко сказал:

– Капитан Ци, вы зашли слишком далеко! Я же не слепой! Очевидно, что этот человек полицейский консультант, присланный округом Санья! Вы настолько осмелели, что смеете трогать представителя власти?

– Трогать? – Ци Лэй приблизился к У Чао. – А я его трогал? Кто-то это видел?

– Вы… – У Чао внезапно потерял дар речи.

– Доктор У, советую вам проигнорировать эту проблему. Интерес вам на пользу не пойдет.

– Не угрожайте мне. – У Чао взглянул на Ци Лэя. – Если мне хватило храбрости работать на Острове-тюрьме, я точно не испугаюсь вас!

Ци Лэй внезапно расхохотался:

– Вы всего лишь пешка, ничем не отличающаяся от меня. Не думайте, что вы лучше меня только потому, что проучились на несколько лет дольше. Скажу так: забирайте этого парня, если хотите. Сегодня я восхищен вашей храбростью, однако не вините меня за то, что я напомнил вам: вы колосс на глиняных ногах и не сможете себя защитить.

– Я не понимаю, о чем вы говорите!

Проигнорировав угрозы Ци Лэя, У Чао поднял меня с земли и потащил в сторону больницы.

Мы вдвоем вошли в здание больницы, где темный коридор показался мне еще более мрачным. Было непонятно, сейчас день или ночь, для меня времена суток слились воедино. Возможно, травма была слишком серьезной; я даже не мог говорить. У Чао отнес меня в лазарет и положил на белую койку. Он ощупал мои конечности и брюшную полость, а затем сказал:

– Есть несколько переломов, но ничего серьезного. Просто отдохните несколько дней. Не волнуйтесь, я сообщу об этом директору. Пусть полиция арестует Ци Лэя, когда приедет на остров!

У Чао, возможно, не знал секрета Острова-тюрьмы. Однако неужели у него не возникало никаких сомнений после стольких лет работы тут?

У Чао достал из металлического шкафа несколько пузырьков из коричневого стекла, а затем с помощью ватных тампонов обработал мои раны. Как раз в тот момент, когда он собирался взять марлю, чтобы перевязать меня, дверь лазарета распахнулась.

Вошедшим человеком была непримечательная женщина в возрасте с табличкой на груди, на которой значилось: «Юань Цзин».

– Что произошло? – Женщина стояла в дверном проеме, как статуя, и переводила глаза то на меня, то на доктора У.

– Этот мерзавец Ци Лэй взял и избил представителя полиции! Он и раньше стремился «преподать пациентам урок» и этим мне никогда не нравился! Как можно избивать и поносить пациентов? Ненормальное поведение больных – это симптомы болезни! Докторам нужно их лечить, а не наказывать! В какую эпоху мы все живем, раз полагаемся на палочный метод в лечении психических заболеваний? Это поворачивает ход истории вспять! – сердито сказал У Чао, не оглядываясь назад.

Медсестра вошла в лазарет и спокойно сказала:

– Неужели?

Говоря это, она тихо открыла металлический шкаф и достала прозрачную стеклянную колбочку.

У меня было плохое предчувствие.

У Чао обмотал мой локоть бинтом и зафиксировал жгутами.

– Я знаю, что Ци Лэй – опасный человек, но я его не боюсь. Теория Чжуан Яня давно устарела. Медсестра Юань, вы должны понимать, что я имею в виду, верно?

– Конечно.

Еще одно спокойное слово.

– Вы разумный человек. Хотя обычно вы достаточно жестоки к пациентам, я не думаю, что вы плохая. Однако как профессиональный психолог я думаю, ваше отношение все же нужно изменить…

У Чао говорил так увлеченно, что не заметил, как изменилось лицо женщины позади него. Я ясно видел, что из шкафа она достала еще и шприц. Спокойно втянув в шприц жидкость из стеклянной колбы, она направилась к нему.

Я хотел было крикнуть, чтобы предупредить У Чао, но не смог издать ни звука.

– У меня нет выбора. Я не хочу больше работать с этими людьми. Я планирую поговорить с директором Го завтра. Если он не примет мое предложение по реформе больницы, то мне придется подать заявление об отставке… Господин Хань, почему у вас такие большие глаза?

У Чао, казалось, что-то заметил по моему выражению. Он сразу же обернулся назад.

Эту сцену, вероятно, он не забудет до конца своей жизни.

Немолодая женщина свирепо посмотрела на него; ее искаженное лицо было уродливым, как у злого духа. В то же время она высоко подняла шприц и вонзила его У Чао в шею!