Волшебный десерт для мага. Я (не) твой сахарок! (СИ) - Рождественская Елизавета - Страница 50

Когда солнце окрасило закатными лучами шпили на башнях замка, я вошла в просторную библиотеку, где меня ждали… нет, не книги, подоконники. Я вызвалась сама, желая избежать шумного совместного ужина. Спорить никто не стал, потому что только дурак после активного трудодня мог иметь желание выдраить двадцать четыре широких подоконника, полных паутины и заноз.

Поставив небольшую плошку с мыльным раствором на пол, я быстро убрала грязь и пыль простым бытовым заклинанием, а сама прошлась вдоль полок, пытаясь немного отвлечься от ноющих мышц и гнетущих мыслей. Умом я понимала, что одна не справлюсь. Даже если найду Винса, даже если мой дар обретёт рядом с ним свою полную силу… всё равно мне не тягаться с таким могущественным магом как Леофик Бранс. Но и времени на осуществление долгосрочного плана у меня тоже нет. Шальная мысль организовать побег так и зудела в мозгу, но пока я даже не поняла, как проникнуть в подземелье… куда не сверни, всюду непроходимые дебри…

— Ты сказал, что он должен был прибыть в столицу ещё вчера!

Двери библиотеки распахнулись, впуская сквозняк и топот грубых мужских сапог. Я вжалась в нишу между стеллажей и замерла, дыша через раз.

— И что сегодня этот дирхов эльф уже будет здесь! — рыкнул грубый голос, от которого кожа мгновенно покрылась неприятными мурашками.

— Мой господин, позвольте…

— Не позволю! Сколько ещё отговорок вы придумаете⁈ Столько лет! Сначала не могли найти этого щенка, отследить артефакт и магический след! Потом прислали никчёмного менталиста! Теперь ты заявляешь, что, ока-азывается, дроу обладают способностью отслеживать свои творения, минуя блоки и защиты. Так почему же мы столько лет топчемся на месте⁈

— Но мы и сами этого не знали! — пытался оправдаться оппонент. — Только путём долгих поисков случайно услышали об этом. Дроу скрытный народ, попробуй договорись, если им не интересно. Мы и артефакт-то через третьи руки получили с таким трудом, а уж…

В стену прилетело что-то тяжёлое и со звоном грохнуло на пол, а у меня кровь застыла в жилах. Дроу могут обнаружить своё творение, минуя защиту… как логично и страшно. Рука с силой сжала кулон, очень вовремя…

— Значит так, Глоустер, — процедил мужчина. — До императорского приёма осталось пять дней. Значит, у тебя четыре дня на то, чтобы найти дирхов артефакт. Вези сюда дроу, изобретай новый, делай что хочешь, но на празднике император должен заявить о том, что оставляет трон, и провозгласить меня своим преемником! Брансы! Брансы должны были править империей, а не этот тщедушный подкаблучник! А сейчас я теряю магию, время… и всё из-за пророчества предсказателя, будь он неладен, и твоей МЕДЛИТЕЛЬНОСТИ! — послышался звон разбитого стекла. — Четыре дня, Глоустер. И не пытайся кормить меня обещаниями, иначе пожалеешь, что родился на свет… а теперь пошёл вон. ПОШЁЛ ВОН!

Сначала библиотеку накрыла звенящая тишина, затем раздались семенящие шажки, а ещё через несколько мгновений помещение покинул и отец Винсента. В том, что это был именно он, я не сомневалась.

Я ещё долго сидела в нише, слушая тревожный стук собственного сердца и не имея возможности разжать побелевшие пальцы, вцепившиеся в артефакт. Четыре дня. Невозможно… ничтожно мало для всего, кроме…

Ползком добралась до выхода, скользнула в коридор и, оглядываясь, словно трусливый заяц, долетела до комнаты. Закрылась на замок, подпёрла дверь стулом и, сорвав с себя кулон, ринулась к кровати.

— Что случилось, Никки? — всполошилась Диди. — На тебе лица нет!

Я не ответила. Прикрыла артефакт подушкой, чтобы приглушить звук и активировала. Сначала пришлось снова прослушать рассказ кухарки, а после…

— Записала! — вот теперь лёгкие смогли сделать полноценный вдох и выдох. — Каждое слово… Ошур благословенный… получилось! Значит, шанс есть.

— Вот это мы заглянули на огонёк… — присвистнула птаха.

— В нашем плане существенные изменения, Диди, — я решительно встала и подошла к шкафу, чтобы достать саквояж. — И ты сыграешь в нём немаловажную роль.

— Я? Ну вот, конечно. В проблемного парня влюбилась ты, а отдуваться мне, очень замечательно! — возмутилась Диди, но я уже не слушала.

Мне нужно было срочно написать письмо единственному человеку, который мог бы нам помочь. По крайней мере, я старалась в это верить.

'Господин Хантли!

От всей души приветствую Вас и желаю доброго здравия. Не думала, что мне придётся просить об услуге большей, чем Вы уже мне оказали, но ситуация безвыходная. Начну с того, что не была честна с Вами в нашу последнюю встречу. Вы были проницательны, впрочем, как и всегда. Мои действия продиктованы не слепой любовью. Точнее, не только ей. Винсент в беде, и я надеялась, что смогу помочь ему без лишнего шума, однако… Обстоятельства диктуют свои условия, а полученные мной сведения побуждают обратиться к единственному человеку, способному использовать их на благо империи. Господин Хантли, Леофик Бранс — предатель. Император в опасности, как и все мы. В банковской ячейке на имя Амадеи Нэвис я оставлю кулон. Это записывающий артефакт. Он активируется лёгким нажатием на маленький чёрный камень у ушка. Прослушайте всё то, что мне удалось узнать, и найдите способ донести информацию до императора. Прошу! Наверняка вы слышали о члене императорского совета Филипе Фитсерберге Нэвис. Это мой дед. Мы не общались, но, возможно, эта информация как-то поможет быстрее достичь цели, однако будьте аккуратны. Слепо доверять нельзя никому.

Искренне надеюсь на Вашу помощь. Вероника Нэвис

p. s. Код для доступа — день рождения Амелии'

Написав записку, я свернула её в крохотный свиток и убрала в ящик стола. Заперев дверь на замок, погасила магический светильник, активировала артефакт и тихо пересказала для Хантли историю Винсента с артефактом и заточением. Затем разложила всё нужное для медитации. Диди была права, заклинание поиска предполагает достаточное количество магии, а вот медитация магический фон не потревожит. Постоянная практика пошла мне на пользу, в транс вошла за считанные секунды и очень быстро оказалась там, где держат Винсента, но сейчас мужчина меня не видел. Подогнув под себя ноги, он спал на пучке прелой соломы, а рядом деловито копошилась мелкая мышь. Брезгливо пнула грызуна носком ботинка и присела, всматриваясь в любимые черты. Лицо Винса заострилось, на скулах алели свежие ссадины, а под глазами залегли чёрные тени. К горлу подступил ком… Я протянула руку и провела по лицу кончиками пальцев, едва касаясь бледной перепачканной кожи.

— Никки… — прошептал Винсент и улыбнулся, не открывая глаз. — Мой сахарок, не нужно слёз…

— Винс… — я сдавленно всхлипнула. — Да что же они натворили… Каждый… каждый ответит мне за твои страдания, за всё, что нам пришлось пережить, ответит… И папаша Бранс будет первым.

Я встала и огляделась в поисках коридора, а когда нащупала его, медленно направилась изучать пространство. Две камеры, одна из которых пустует. Небольшой закуток со столом для работников охраны, которые, к слову, спали, расточая по помещению кислый аромат дешёвого пойла.

— Выпить, значит, любите? — недобро хмыкнула. — Будет вам праздник…

Я шла, пока не упёрлась в стену, изучила каменную кладку, приложила руку и проникла сознанием сквозь толстую стену.

— Так и думала…

Глазам открылась кладовая. Значит, вход в тюремную зону будет с противоположной стороны. Отлично.

Вернулась в камеру к Винсенту, наклонилась, прижалась к холодной щеке губами и, прошептав: «Всё будет хорошо», открыла глаза в комнате для прислуги.

Диди сидела напротив, а сквозь краску, маскировавшую несколько радужных пёрышек, лился мягкий свет.

— Спасибо, — улыбнулась я птахе. — Ты мне так помогаешь, Ди.

— Будешь должна мне килограмм сахара, — деловито заявила эта вредина.

— А как же диета? — засмеялась, потрепав чёрную макушку.

— Мы ведь определили, что это всё твой дар, — парировала Ди.

— Ла-адно, давай отдыхать. Завтра нужно будет реализовать вторую часть плана.