Анатомия «кремлевского дела» - Красноперов Василий Макарович - Страница 147

Раевская: Нет, о смерти Аллилуевой никогда не велись.

Председатель: Относительно убийства тов. Кирова?

Раевская: Нет.

Председатель: Как нет, когда вы говорили, что разговоры велись, и было рассказано, что Киров убит на личной почве.

Раевская: Я не могла говорить, потому что я не знала. Мы пришли к убеждению, что нужно ждать газету, которая в этот день вышла позднее, и из нее узнать об убийстве Кирова.

Председатель: На вопрос следователя, с какой целью вы вели разговор о затруднительности убийства тов. Сталина в Кремле, вы ответили: “Определенной цели у меня не было”. В связи с чем вы это говорили?

Раевская: Я сказала, что этот разговор возник в связи с легким проникновением в Ленинграде в Смольный, а целей у меня никаких не было.

Председатель: Как же может быть, чтобы разговор об убийстве члена правительства не имел никакой цели?

Раевская: Я и говорю, в связи с чем это было, поскольку это было непосредственно после убийства Кирова, поэтому это и было вполне своевременно.

Председатель: Вы беседовали с разными сотрудниками Секретариата ЦИК, что в Кремль трудно пробраться террористу?

Раевская: Этот разговор велся один раз – 2 декабря, после убийства Кирова. Кому я это говорила – я на допросе сказала, что не помню кому, кто был около меня, помню, что была Егорова и как будто бы Эмсин, и больше не помню.

Председатель: Разговор о порядке прохода в Кремль был до убийства Кирова или после?

Раевская: И до, и после.

Председатель: В связи с чем вы вели разговор об убийстве Кирова?

Раевская: В связи с переменой маршрута прохода в Кремль. Меняли пропуска несколько раз, и несколько раз были разговоры.

Председатель: Разговоры были случайные и до убийства Кирова, и после убийства Кирова?

Раевская: Я говорю, что в связи с переменой маршрута прохождения сотрудников в Кремль этот вопрос возникал до убийства Кирова и после.

Председатель: Вы спрашивали у Гордеевой, где живет Сталин?

Раевская: Нет.

Председатель: Спрашивали, где находится кабинет Молотова?

Раевская: Нет.

Председатель: Вы отрицаете факт такого разговора?

Раевская: Нет.

Председатель: Что нет?

Раевская: Я сейчас вспоминаю. Кто‐то мне рассказывал относительно кабинета Молотова, но при каких обстоятельствах это было, не вспомню.

Председатель: Но если Гордеева показывает, что вы у нее спрашивали?

Раевская: Я этого не отрицаю, может быть, и спрашивала.

Председатель: Спрашивали у нее, где квартира Сталина?

Раевская: Нет, не спрашивала.

Председатель: У Синелобовой спрашивали, где живет Сталин?

Раевская: Она сама мне показывала, когда мы вместе с ней выходили из Кремля и проходили мимо окон тов. Сталина.

Председатель: О переезде тов. Сталина на новую квартиру вы спрашивали у Синелобовой?

Раевская: Нет, я на следствии первый раз об этом услышала.

Председатель: Она старую квартиру вам показала или новую?

Раевская: Не знаю, мне показала Синелобова окна Потешного дворца, которые выходят на выход из Кремля[1107].

Председатель: Жашкова показала, что вы интересовались вопросом, где живет Сталин.

Раевская: Я не говорила с ней о том, где живет тов. Сталин.

Председатель: Жашкова говорит, что вы у нее спрашивали, где живет Сталин, где он работает и кто его охраняет.

Раевская: Нет, не спрашивала.

Председатель: Значит, Жашкова все выдумывает. Так что целый ряд показаний, который имеется в деле, показания живых людей, которых мы допросим через некоторое время, говорят о том, что вы систематически проявляли очень острое любопытство, задавали однородные вопросы, где живет Сталин, где он работает, какая у него охрана[1108].

Раевская: Где он работает, я до сих пор не знаю.

Председатель: Это другое дело. Может быть, вам и не сказали, но есть целый ряд показаний, которые говорят, что вы проявляли систематический интерес к этому вопросу.

Раевская: Мне сказала Синелобова[1109].

Председатель: В конце показаний Розенфельд Н. А. говорится о том, что вы входили в к[онтр]р[еволюционную] группу в библиотеке в Кремле.

Раевская: Я об этой группе узнала, только когда мне предъявились обвинения, и я даже очень удивилась, что это за странное обвинение. А подробно я узнала только из обвинительного заключения 22 июля[1110].

Председатель: Есть еще показания Коновой, против вас направленные, где она говорит, что вы проявляли любопытство, у кого из ответственных работников имеются домашние работницы, как и где приготовляется для них пища.

Раевская: Не отрицаю, Конова предлагала мне работать у Куйбышева. Мне она прямо не предлагала потому, что она не могла это сделать, но она мне сказала, что вместо уезжающей в деревню Симак она скажет, чтобы устроили меня, и она мне сказала, что она была на квартире у Куйбышева, что у него есть жена, дочь и домашняя работница.

Председатель: Конова говорит, что вы систематически спрашивали, есть ли у Куйбышева домашняя работница и где приготовляется пища. Для чего эти вопросы вам нужно было задавать Коновой в отношении Куйбышева?

Раевская: Я не спрашивала, она сама мне об этом рассказывала.

Председатель: На вопрос следователя, чем объясняется ваш вопрос, вы ответили: “Я интересовалась этим вопросом из‐за любопытства, никаких у меня целей не было”.

Раевская: Да.

Председатель: А теперь вы говорите, что вы не задавали вопросов, а Конова сама вам говорила.

Раевская: Да, этих показаний на следствии я не отрицаю.

Председатель: Почему вопрос этот вас интересовал?

Раевская: Просто из любопытства.

Председатель: Вы только что сказали, что вы не спрашивали, а Конова сама сказала, получается противоречие.

Раевская: Я забыла[1111].

Председатель: Факт остается фактом, что вы в течение ряда месяцев расспрашивали сотрудников Кремля об условиях охраны Кремля, об условиях работы и т. д. Это факт.

Раевская: Нет, это не факт. Я только подтверждаю два момента.

Председатель: Последний вопрос. Стремились вы лично попасть на работу в библиотеке членов правительства?

Раевская: Нет, не стремилась.

Председатель: Ни разу не обращались ни к кому?

Раевская: Не обращалась.

Председатель: В разговорах с Коновой не поднимали этот вопрос?

Раевская: Нет. Она подошла ко мне и сказала, что вместо уезжающей Симак нужен будет на ее место человек, она скажет, чтобы назначили вместо нее меня.

Председатель: Вы показали, что вы хотели получить какую‐то добавочную работу. В связи с этим вы не обращались к сотрудникам, чтобы вас устроили на работу?

Раевская: Нет, я даже не знала, что практикуется добавочная работа у членов правительства. Вообще сверхсрочной работой я не интересовалась, делала и выполняла всякую работу, которую мне давали[1112].