Русская фольклорная демонология - Рябов Владимир - Страница 37

Такое же объединение функций любовника и обогатителя мы видим и в бумагах судебного разбирательства середины XVIII века. В них купец Федор Щедров выдвигает обвинения в адрес семьи высокопоставленного чиновника Осипа Морозова. Купец уличает жену чиновника в том, что к ней летает змей и вступает с ней в блудные отношения. Кроме того, демон носит чиновнице «немалое богатство, деньги, злато и сребро, и жемчуг, отчего [ее муж — В. Р.] оной Морозов обогател»[1172].

В некоторых историях появление огненного змея толкуют как предзнаменование. Например, в доме, куда летит огненный змей, умирает человек[1173]. Согласно одному из свидетельств, летящего змея можно остановить, сказав ему: «Тпру!». После этого его «обо всем спрашивать можно, и он правду скажет». Закончив расспрос, змея нужно непременно отпустить, разорвав на себе рубашку от ворота вниз. Если этого не сделать, змей «замает» (схватит, заберет) вопрошающего[1174]. Способность змея делать прогнозы перекликается с народным истолкованием появления в небе комет как предвестия чумы, голода, войны[1175] и т. п.

Змея-обогатителя держат какое-то определенное время: например, до трех лет[1176] или до истечения срока договора с чёртом[1177], после чего его следует убить или передать другому человеку[1178]. Если этого не сделать вовремя, змей может принести вред: сжечь жилище[1179], прожечь насквозь, убить самого хозяина[1180]. Чтобы убить змея, нужно схватить его сонного и бросить в раскаленную печь[1181], перерезать ему жилу под шеей[1182], поставить ножи в отверстие, через которое змей проникает в дом, чтобы он «наткнулся и издох»[1183].

Для того чтобы женщину перестал посещать демонический любовник, иногда достаточно рассказать кому-то о его визитах[1184]. В других случаях нужно лечь спать вместе с детьми, с другими женщинами[1185], отслужить в доме молебен с водосвятием[1186], «закрестить» печную трубу, окна и дверь[1187], положить на пороге льняную скатерть[1188], обсыпать дом трехгодичным маком[1189], стрелять через крышу[1190], курить ладаном[1191], писать во всех углах мелом и дегтем кресты[1192]. На явившегося «в виде дородного мужчины» чёрта следует набросить недоуздок[1193]. В тульской быличке цыган крадет у змея-любовника крылья и соглашается их вернуть лишь на том условии, что змей перестанет летать к бабе[1194]. В другом рассказе женщина, к которой летает огненный змей, обращается за советом к набожной старушке. Та дает ей «святых мощей» и велит окропить дом святой водой. После этого змей не может проникнуть внутрь[1195].

Считается, что от посещения огненного змея помогает чертополох. В одном из сюжетов это средство подсказывает женщине сам демон. У жертвы змея заболевает корова — та обращается к змею с вопросом о том, как ее спасти. Он отвечает, что «причина болезни не что иное, как шашни домового» и велит мыть корову настоем чертополоха, так как этой травы боится всякая нечистая сила. Женщина не только вымыла корову, но и окропила настоем избу, после чего змей, будучи сам нечистым духом, также перестал ее беспокоить[1196].

Чертополох в ботаническом атласе «Описание и изображение растений русской флоры», 1916 г.

Монтеверде Н. А. Ботанический атлас. — Петроград: А. Ф. Девриен, 1916

В некоторых рассказах огненные змеи перестают преследовать своих жертв, если сталкиваются с невыполнимым заданием или абсурдной ситуацией. Например, женщина велит змею: «Поди в поле и принеси мне оттуда то, что не значит ничто»[1197]. В другом рассказе женщина в тот момент, когда является змей, распускает волосы, косматит их, становится на порог и принимается есть конопляные зерна. Явившийся змей спрашивает, что она делает, женщина отвечает, что ест вшей. Змей снова задает вопрос: «Разве можно их есть?» — на что женщина говорит: «А разве можно тебе к рабе Божьей (называет имя) летать?» Такой разговор повторяется до трех раз, после чего змей перестает посещать женщину[1198]. В этих историях женщины как бы говорят змею: «как невозможно есть вшей или найти в поле то, что не значит ничего, также невозможно демону посещать людей». Другими словами, возможность одного события ставится в зависимость от другого, заведомо невозможного. Этот прием называют «формулой невозможного», он широко представлен в славянском фольклоре, например в магических заговорах («Как морю не усыхать, камня [на дне моря — В. Р.] не видать, ключей [из-под этого камня — В. Р.] не доставать, так меня пулям не убивать»[1199]).

Чтобы отвадить от молодой женщины змея-летуна, нижегородские крестьяне подводили ее к каждому входящему в церковь человеку. Жертва змея должна была сказать: «Прости меня Христа ради, ко мне летун летает», и поклониться до земли[1200].

Иногда женщина тоскует по живому, но отсутствующему мужу. Тогда для того, чтобы отвадить змея, достаточно возвращения супруга. В одном из рассказов женщина, которую преследует змей, пытается помянуть «за упокой» своего живого мужа, чтобы тот соскучился и поскорее вернулся домой[1201].

В одной курской быличке огненный змей рассматривается как вид порчи. «Отговорить» от него может тот же человек, что и «напустил» змея на женщину[1202]. Этот мотив соответствует народным представлениям о порче вообще: часто считается, что порчу может снять тот же колдун, что ее наслал (см. также главу «Колдун и ведьма»).

Глава 7. Русалка