Русская фольклорная демонология - Рябов Владимир - Страница 38

В Полесье, юго-западных областях России происхождение русалок связывают с особой категорией умерших людей — «заложными покойниками» (подробнее см. в главе «Покойник»). Считается, что русалками становятся дети, умершие некрещенными (в том числе мертворожденные), девушки, умершие до свадьбы или между сватовством и свадьбой, женщины-утопленницы или самоубийцы. Закономерным образом многие мотивы в этом регионе будут общими для историй и о русалках, и о мертвецах. Например, и тот и другой персонаж может являться живым родственникам и жаловаться, что его похоронили не в той одежде, излишне долго оплакивали, не справляли поминки должным образом и т. п.[1207]

Представления о происхождении русалок (а также о появлении их на земле, возможности встречи с ними) в полесской и южнорусской традициях тесно связаны с народным календарем, а именно с Троицей и Троицкой (Русальной) неделей. Считалось, что после смерти русалками становятся люди, которые родились или умерли на Троицкой неделе (включая мужчин и женщин пожилого возраста)[1209].

Русалки. Картина Константина Маковского. 1879 г.

© Государственный Русский музей, Санкт-Петербург, 2023

Происхождение русалок может связываться с проклятыми или пропавшими без вести девочками и девушками, с людьми, похищенными нечистой силой[1210]. В брянской быличке девушки пренебрегают церковной службой, чтобы послушать гармонь, и становятся русалками.

Происхождение русалок, про которых рассказывают на Русском Севере и в Поволжье, часто не оговаривается. В то же время его опять же могут связывать с проклятыми детьми, людьми, похищенными нечистой силой: «в русалку обращается, говорят, проклятый человек»[1212], «проклинаться через ребенка нельзя, а то умрет, русалкой будет. <…> А девочку мать выругала, та двенадцать дней плакала. В такой час попала, и потащили черти»[1213]. Кроме того, считается, что русалками также могут стать утопленницы[1214] (см. также главу «Покойник»).

На Русском Севере можно встретить поверье, что русалками становятся девушки, умершие перед самой свадьбой[1216], однако такое поверье в целом нетипично для этого региона.

Как и всякая нечисть, русалка бывает невидима: «бегу, а они [русалки — В. Р.] как забили в ладошы. А никого ж не вижу»[1217]; «никого нет, а [колодезный — В. Р.] журавль опускается, и так три раза, и плеск воды чует… Это ж русалка была»[1218]. Согласно сообщению из Калужской области, увидеть русалку может только верующий[1219], «достойный человек, бэзгрэшный»[1220]. В Восточном Полесье был обычай посыпать пол песком или золой в период, когда на земле появлялись русалки. Считалось, что по оставленным следам можно определить, приходили ли демоницы в дом. Русалочьи следы выглядели как отпечатки детской ножки или как след какого-нибудь животного[1221].

Чаще всего говорят, что русалка похожа на человека: ребенка, девушку или женщину, бабу, старуху.

В облике ребенка обычно появляется русалка южного типа. По-видимому, эта ипостась связана с представлением о том, что русалками становятся дети, умершие некрещенными.

Русалка. Рисунок Ивана Билибина. 1934 г.

Wikimedia Commons

Как вернувшийся на землю мертвец, русалка может сохранять свою прижизненную индивидуальную внешность[1222], приходить в той одежде, в которой ее похоронили[1223]. Закономерно, что в рассказах, где русалка является в своем прижизненном облике, речь идет о встрече с конкретным мертвецом, нередко — с родственником.

Полесская русалка может описываться и без индивидуальных черт: как прекрасная девушка, как высокая худая женщина в белой или черной одежде[1224]. Южные русалки могут показаться и нагими. Севернорусскую русалку тоже описывают голой: «под березой девка [русалка — В. Р.] спит, а сама сзябла, нага, как есть»[1225], «под горой, на песочке, у самой воды, под кустом <…> сидит женщина нагишкой»[1226].

Длинные распущенные волосы — универсальный признак русалки. Длинными волосами обладают русалки и на севере, и на юге. В Полесье считают, что волосы русалок русого цвета[1227], иногда волосы не дают разглядеть их лицо[1228].

Волосы русалки севернорусского типа могут описываться как зеленые, русые, рыжие, переливающиеся, золотые: «на солнце переливаются голубью и зеленью, словно голова у крякового[1229] селезня»[1230], «волосы у ней золотые, блестящи»[1231], «русы волосы»[1232], «черные, как смоль, ну, волнами все, такими кольцами»[1233]. Они длинные до пояса, до пят, «длинные-пре-длинные, до самой земли»[1234]. Во многих рассказах русалка расчесывает их, сидя на прибрежном камне.