Практика и теория жертвоприношений (СИ) - Романова Галина Львовна - Страница 11

Графиня фон Майнц при всех своих недостатках умела думать.  Она тяжело вздохнула и кивнула головой:

- Ну,  если все так серьезно… Но неужели нельзя как-то перенести твою практику? Хотя бы на седмицу…

- Маменька,  ради меня одного ее не станут переносить даже на один день! Поскольку через две седмицы грядут выпускные экзамены,  потом встреча выпускников,  приемная комиссия для абитуриентов… И это все полетит к бесам в Бездну? Между прочим,  на вечер встречи выпускников традиционно прибывает придворный некромант его императорского величества.  А,  поскольку меня могут включить в число устроителей этого мероприятия,  то лучшего места и времени для первого знакомства и желать нельзя.  Вы меня понимаете?

- О,  - всплеснула руками графиня,  - неужели? Сынок,  я в тебе не ошиблась! Если так,  то… надеюсь,  мне удастся убедить твоего отца в том,  что помолвка может подождать два-три дня!

- Она непременно подождет! Императорский двор пробудет в столице не пару часов,  а несколько седмиц.  За такой срок мы непременно найдем время для встречи! Такое надо планировать заранее.  И я не сомневаюсь,  что мой куратор,  как дальний родственник невесты наследника престола,  пойдет мне навстречу… при условии,  если и я во время прохождения практики тоже буду с ним… любезен.

- Ты становишься придворным,  сынок,  - графиня обхватила руками голову сына и поцеловала его в лоб.  - Обзавестись полезными знакомствами – это так важно! Хорошо,  я переберусь в наш особняк и напишу тебе оттуда.  Но и ты держи меня в курсе событий.  Будем действовать заодно! А я сейчас составлю записку твоему отцу.  Не откажи в просьбе,  отправь ее сам.  Тут видишь,  что творится!

Она широким жестом обвела разгром и кинулась к бюро в поисках чернильницы и писчей бумаги.  Вальтер,  на правах посвященного в тайну союзника,  встал у нее за плечом,  читая,  что пишет мать.  В борьбе с родственниками и семейными обычаями он решил воспользоваться всеми средствами.  Главное – выиграть время.

Анне было скучно.  Людмила переселилась к Яне,  где бывшие подружки могли сколько угодно плакать в объятиях друг дружки и перемывать «госпоже королеве» косточки.  Будто они не понимают,  что ей тоже нужна поддержка!

Как назло,  никто не приходил,  не утешал,  не давал глупых советов.  На всем этаже никого,  кроме пяти-шести человек.  Анна вдруг ощутила себя по-настоящему одинокой.  Даже подружки от нее отвернулись! А ведь раньше в рот смотрели,  чуть ли не дрались за право сделать ей прическу или помочь наложить макияж.  И где их хваленая дружба? Растаяла,  как дым! Теперь она никому не нужна и обречена сидеть в четырех стенах в ожидании выпускного вечера своего старшего брата.  Там ей придется встретиться с родителями,  выслушать от отца несколько неприятных слов… И неизвестно,  что хуже – его полное пренебрежительное молчание или ругань и нотации на два часа.

Стук в дверь заставил ее встрепенуться:

- Кто там?

- Анна… можно к тебе?

Александер.  Девушка порывисто вскочила,  когда брат переступил порог.  Судя по выражению его лица,  он принес интересные новости.

- Ну?

- Пляши! Я нашел.

- Ура! – всплеснула руками Анна.  - А что нашел?

- Способ,  как тебя восстановить в университете!

Анна завизжала и кинулась брату на шею,  целуя в обе щеки.

- Погоди,  - тот оторвал от себя девушку.  - Не торопись радоваться.  Это может оказаться не таким уж простым делом.  И,  если ничего не получится,  ты,  чего доброго,  обвинишь меня…

- Тебя-то за что? – искренне удивилась Анна.

- Но ведь это я предложил тебе идею…

- Какую? Ты мне пока ещё ничего не предлагал!

- Так слушай,  - брат взял руки сестры в свои.  – Через две седмицы у нас начнутся экзамены,  защита диплома и все такое.  Потом – выпускной,  и мне придется уехать.  А ещё через седмицу начнутся приемные экзамены.

- Ну и…

- Ты должна туда попасть!

- Куда? На экзамен?

- Да! Ты должна подать документы о своем зачислении на первый курс… но уже другого факультета,  не некромантии! Например,  к алхимикам или целителям.  Или,  что лучше всего,  к боевым магам.  Там вечно девчонок недобор – одна-две на весь курс! – так что тебя они обязаны принять хотя бы ради этого.  Годик-другой поучишься на том факультете,  куда поступишь,  а когда твои бывшие друзья-приятели тоже выпустятся,  подашь прошение о переводе на свой родной факультет.

- И все начать с начала? Еще четыре года сидеть за партой?

- Почему четыре? Год у «боевиков»,  год на втором курсе у некромантов,  а потом подашь еще одно прошение,  чтобы тебе разрешили сдать экзамены экстерном.  Придется,  конечно,  много учиться,  чтобы самостоятельно нагнать программу пятого курса,  но зато ты потеряешь всего два-три года! И получишь свой диплом… вместе с нынешними третьекурсниками.

Αнна быстро подсчитала кое-что на пальцах.

- Не получится,  – сказала она.  – Год там,  год тут и еще год на подготовку.  Итого три.  И сдавать буду с нынешним вторым курсом.

- И что тут такого? Подумаешь! Зато будет у тебя диплом.  Для тебя ведь это главное?

Οн задал этот вопрос таким тоном,  что Анна насторожилась:

- Что случилось,  Αлександер?

- Н-ничего особенного,  – брат опустил глаза.

- Скажи!

- Это врачебная тайна.  Я уже и сам не рад,  что подслушал…В конце концов,  это не мое дело…

- Это мне судить, твое или не твое! – вспылила Анна.  - Ты что-то знаешь?

- Не знаю,  но догадываюсь.

- Это касается Зябликовой? - догадалась его сестра.

- Не твое дело!

Девушка отступила на шаг,  опустила руки.

- Ты прав,  Ал,  - промолвила,  пожимая плечами.  – Это не мое дело.  Это дело наше!

И вскинула руки,  «выстрелив» в брата заряд парализующей энергии.

Удар был грубым,  но сильным – Анна колебалась и нервничала,  поскольку ей еще ни разу не приходилось поступать так с родственниками.  Да и само заклинание было рассчитано отнюдь не на живых существ,  а на упырей и прочие умертвия.  Однако,  оно сработало – Александера отбросило к стене,  возле которой он и замер,  вытянувшись,  как будто превратился в камень.

Девушка бросилась к брату,  задыхаясь от страха и восторга.  У нее все получилось! Чары сработали! Да,  но она применила их против человека.  Более того,  против брата! То есть,  нарушила сразу два закона кодекса некромантов – не нападать на живых,  кроме как в целях самозащиты и не вовлекать в свои дела родню.  Но,  с другой стороны,  она не полноправная некромантка и может обойти закон.  И,  кроме того,  отчаянные ситуации требуют отчаянных действий.  Если у нее все получится,  это сойдет с рук.  Победителей,  как известно,  не судят.  А если не получится… хуже,  чем есть,  уже не станет.  По крайней мере,  ее никто не упрекнет в том,  что она смирилась и не пробовала бороться!

Тело брата казалось деревяшкой – твердые члены,  стеклянный взгляд,  пустое выражение лица.  Однако,  он был жив – Анна это чувствовала.  Жив и напуган,  не понимая,  что происходит.  Девушка тихо сделaла несколько пассов,  снимая напряжение и посылая успокаивающие импульсы.  По телу Александера прошла дрожь – чары снова подействовали.

- Итак,  слушай меня.  Внимай мне.  Повинуйся мне,  – пробормотала она стандартную формулу подчинения.

- Слу-шаю,  - шевельнулись губы.

- Отвечай на вопрос: «Что ты слышал?»

- Все.

Нет, так дело не пойдет.  Αнна перевела дух.  Заколдованный человек отвечает только на прямые и предельно точные вопросы.  Сосредоточимся…

- Какую врачебную тайну ты услышал?

- Тайну Лилии Зябликовой.

Αнна едва не взвизгнула.  Получилось! Она знала,  что с этой задавакой что-то не так.

- Что ты слышал о Лилии Зябликовой?

- Она мертва.

Αнна не выдержала и рассмеялась:

- Глупости какие! Лилька осталась жива!

- Это неправда.

Губы брата произнесли эти слова так,  что сестра невольно ощутила страх.