Одарена и особо опасна (СИ) - Нуар Нинель - Страница 29

Это в лучшем случае.

В худшем — преступникам, специализирующимся на заказных убийствах, чтобы подсунуть кому-нибудь в качестве подарочка. Одна такая пакость может уничтожить обитателей небольшого города и не наесться.

Само собой, Айзенхарт все это прекрасно и сам понимал. Потому отправил миссис Гристейн в карцер — чисто на всякий случай. Вместо себя оставил Хаттегера — тот сильно упирался, не желая принимать ответственность за целое учебное заведение, но приказ старшего по званию есть приказ. Пришлось подчиниться.

Я же укрепила щит над зеркалом, чтобы точно продержался до следующего лета. Подмога сюда раньше не доберется, к сожалению. Надо позаботиться о том, чтобы больше несчастных случаев и катастроф не произошло.

Можно было бы забрать пакость с собой, но я не могла гарантировать ее сохранности. Все-таки прыгать придется с хорошей высоты, да еще и вдвоем, а артефакты мои рассчитаны на одного человека. Запасных не осталось, третий использовала в тоннеле, когда из ловушки выбиралась.

На всякий случай из ремней я соорудила своеобразную упряжь, которой предполагалось сцепить нас с ректором. Даже если один артефакт не выдержит, второй дотянет.

Прощаться с Эридой не стала. Вообще не говорила ей, что ухожу.

Не хватало еще, чтобы слухи по академии пошли! Стоит студентам узнать, что с острова можно выбраться, как начнут строить самопальные артефакты. Не побега ради, а хулиганства для. Так и убиться недолго, ума-то нет еще.

Ровно в полночь мы с Айзенхартом стояли спина к спине на краю обрыва, глядя на мерцающий купол и ожидая его отключения.

— Главное, не кричи слишком громко. Боюсь оглохнуть, — ехидно напомнила я, проверяя ремни.

В худшем случае придется вытягивать нас обоих заклинаниями, и мне нужны свободные руки и место для маневра.

— У нас будет тридцать секунд, — не обращая внимания на провокацию, сообщил Айзенхарт то, что я и без того уже знала.

Нервничает.

Ну, это нормально. Первый раз все-таки. Я на его месте тоже бы переживала. Артефакт незнакомый, подельница сомнительная. Вполне могу, например, ослабить крепления и случайно его уронить.

Нет, я так конечно не поступлю.

Но он-то об этом не знает!

Глава 18

Часы на главной башне академии неспешно принялись отзванивать положенные двенадцать раз. Это и было условным сигналом для Хаттегера. Глубоко в подвале он потянул за ручку, отключая купол. 

Поднявшийся ветер чуть не снес нас обоих с ног. Я поставила щит и ткнула ректора в бок. 

— Ну что, полетели?

Не дожидаясь ответа, оттолкнулась от края, помогая себе магией. Айзенхарт, надо отдать ему должное, не сопротивлялся. Но и не помогал. 

Хоть не орал — уже молодец. 

Судя по тому, как закаменела прижатая ко мне спина, высказать ему хотелось многое. Мешал перехвативший горло спазм. Далеко не каждый способен сохранять спокойствие, видя как стремительно уходит ввысь относительно безопасный остров, мимо мелькают острые края каменных сколов, а вокруг — лишь темное небо, рассыпавшиеся бисером звезды и все еще розоватые после заката облака. 

Потока воздуха я больше не ощущала, щит прикрывал нас со всех сторон. Только приближающаяся с каждым мгновением земля напоминала, что мы летим. 

Точнее, камнем падаем. 

— Активирую артефакты! — сообщила вслух, вливая силу. 

Булавки, вколотые в корсаж мне и в жилетку ректору, засветились мягким золотом, окутывая обоих компенсирующим полем. Скорость плавно уменьшилась до парящего скольжения по задаваемой мною траектории. 

Лимбергер лежал в долине на горизонте, к нему-то мы и направились. 

Чтобы Айзенхарту не было скучно, я повернулась боком к земле. Теперь он тоже мог рассмотреть крошечные, как игрушечные, домики, неровные участки полей и извилистую сеть дорог. 

— Часто ты так летаешь? — гаркнул он. 

Я поморщилась. Щиты блокировали и внешние звуки тоже, в коконе стояла тишина, повышать голос было совершенно необязательно. Похоже, у ректора заложило уши от резкой смены высоты. 

— Иногда приходится, — честно призналась я. — Но с такой высоты еще не эвакуировалась. Обычно с десятого этажа, однажды пришлось с небоскреба… ну, это очень высокое здание, уровней сто. Было весело!

— Я начинаю тебя понимать, — хмыкнул уже потише Айзенхарт. 

Я тоже хмыкнула. Вряд ли он действительно меня понимал. Но то, что ему понравился прыжок в неизвестность, мне импонировало. 

Мы приземлились в пригороде. В центр напрямую лететь не стала, опасалась застрять в чьем-нибудь защитном поле. Аристократы, они такие. Защищают свою территорию, совершенно не думая о пролетающих мимо воровках!

Айзенхарт с трудом разжал руки, и мой чемодан с глухим стуком упал на землю. 

Для полета пришлось все вещи переместить в пространственные карманы. Набились под завязку, зато вес ушел, осталась лишь масса самого саквояжа. Такой вот магический фокус. 

Было бы странно, имей багаж вес всего, что в нем в данный момент находится. Я бы тогда и с места его не сумела сдвинуть!

— Поаккуратнее, он у меня один такой! — возмутилась я, поднимая бесценный артефакт с сырой земли и счищая налипшую траву. Грязь на юбках меня не смущала. Выйдем на нормальную дорогу — уберу. Сейчас же все равно придется брести по проселочным тропкам. 

Высокие сапоги уверенно месили осеннюю слякоть. В небе маячили темные пятна летающих островов. Редкие прохожие с недоумением провожали нас взглядами. Еще бы — одеты мы прилично, а бредем пешком! 

Впрочем, в черте города нам удалось найти пустой кэб с дремлющим за рулем водителем. Он не пришел в восторг от поздних клиентов, но ректор продемонстрировал значок ловца. Лицо труженика руля и колес моментально разгладилось, и чемодан в багажник мужчина грузил уже с любезной улыбкой до ушей. 

Старался изо всех сил. 

Удобно все-таки иметь под рукой служителя закона. 

— На портальную станцию, — бросил Айзенхарт, устраиваясь на заднем сиденье. 

Этот момент мы с ним оговорили заранее. 

Точнее, капитально поругались. Ректор собирался к коллегам — требовать подкрепление. Я же настаивала на тайной операции. Пусть пошлет им записку, чтобы были в курсе где мы и зачем, но под ногами не путались. 

Знаю я их — набегут, устроят шухер, вспугнут всех кого могут. 

Нет уж, мы лучше как-нибудь своими силами. Уж с кем с кем, а с Фальком я одной левой справлюсь. И не таких обламывала. 

Разборку с бывшим посредником я искренне предвкушала. 

Никто не смеет меня сдавать!

Тем более кто-то вроде Фалька. Средненький маг, дара которого только и хватало маскировать внешность и подписывать магические контракты. Впрочем, сквозь его личину я видела, так что в случае чего и на улице опознаю. 

Портальная станция в честь неурочного времени была тиха и пустынна. У каждого перехода сидел дежурный охранник. Они по очереди позевывали, глядя по сторонам. Около двух постаментов с радужными завихрениями телепортов стояли группы туристов, ожидая открытия. Ночные билеты дешевле, так что путешественники победнее частенько предпочитают именно их. 

Я собралась было в кассу, но Айзенхарт двинулся прямиком к табличке «Альдер» и снова продемонстрировал жетон ловца. 

— Дама со мной, — лаконично бросил он, огибая толпу и увлекая меня за собой в первые ряды. Ропот смолк —стражей порядка побаивались все. 

— Надо же! Через неучтенные порталы лазила, с чужими документами — было дело, а вот так, зайцем — первый раз! — восхищенно прошептала я на ухо спутнику. 

— Ты не зайцем, а по служебной надобности, —назидательно возразил он и неожиданно подмигнул. 

У меня ослабели колени. 

Подмигивающая и лукаво усмехающаяся скала — это ж орудие массового поражения женских сердец!

Он меня еще и за талию ухватил. 

Судя по осуждающим взглядам пассажиров, большинство решило, что мы нагло пользуемся привилегиями в личных целях. В какой-то степени так оно и было!