Одарена и особо опасна (СИ) - Нуар Нинель - Страница 30

— Должен тебе кое в чем признаться, — шепот Айзенхарта обжег ухо. 

Я поежилась и кивнула, давая понять, что внимательно слушаю. 

— Мне раньше не приходилось покидать пределов Траумфельда, — сознался ловец. — Так что ты уж будь добра, не потеряй и не подставь меня. 

— Не переживай. Позабочусь, как о самом ценном грузе! — заверила я и похлопала по ладони, все еще уверенно лежащей на моей талии. 

Бесстрашный ректор опасается путешествий по мирам. Чего только не увидишь в многоликой вселенной!

Собственно переход я почти не ощутила, как всегда. Ступила с одной платформы в мерцающее многоцветное зарево, зажмурилась, а вышла уже на другой стороне. 

На Альдере занималась заря. Вовремя мы. Фальк как раз закрывает офис, если можно так назвать его комнатушку на верхнем этаже таверны, и идет домой отсыпаться. 

Тут-то мы его и накроем!

Вряд ли посредник подозревал, что все его тайные убежища для меня давно не тайна. 

Я уверенно вела Айзенхарта по узким улочкам столицы. В плане цивилизации Альдер порядком отставал даже от Траумфельда, застряв где-то между средними веками и индустриализацией. Потому и стал центром сходок различных группировок и оплотом преступности. Скрываться проще.

Поди проверни черные делишки, когда все деньги хранятся в банке, а пользоваться ими можешь только через артефакт! 

Вот то-то же. 

Мы обошли три квартиры, оказавшиеся пустыми. Я проголодалась и обозлилась, потому когда наконец почуяла следы присутствия Фалька, особо не церемонилась. Дверь вынесло воздушной волной, припечатав посредника к стене. Я перешагнула порог, отбросила бесполезную створку в сторону и подняла гаденыша за шею, чтобы удобно было смотреть ему в глаза и любоваться синеющей мордой. 

— Итак, я слушаю, — промурлыкала нежным тоном, не вязавшимся с яростным оскалом и оттого еще более пугающим. 

Ответом стал невнятный хрип. 

— Ты бы его поставила. Или положила, — оценив состояние бедолаги, посоветовал Айзенхарт. 

Он боком пробрался в гостиную, опустил чемодан на пол и скучающе прислонился к пустующей притолоке. 

— Да, ты прав, — после секундного раздумья согласилась я и разжала пальцы. 

Фальк мешком рухнул на пол и потер покрасневшеегорло. 

— Вот дурная баба! Откуда взялась только… —прохрипел он и осекся. 

Я склонилась над ним, улыбаясь обманчиво-ласково. 

— С неба свалилась, дурачок. Думал, сдашь меня ловцам и все, платить не надо? А камешки откуда получать собрался?

— Так передали бы… — пожал плечами посредник, возвращая былую уверенность в себе. — Но раз уж так вышло, могу и заплатить. Они у тебя с собой?

Незамутненность зашкаливала. 

— Ты правда думаешь, что я отдам тебе муассаниты? —склонив голову набок, уточнила я. — После того как ты отправил меня на верный арест?

— Да никто бы тебя надолго арестовывать не стал! Вытащили бы! — отмахнулся Фальк. — Ты лучше скажи —зеркало забрала?

Если бы на меня упала каменная плита, меня бы так не придавило. 

— Что, прости? — выдавила через силу и, не выдержав,глянула в сторону Айзенхарта. Он же не подумает, что я ему врала все это время?

Вместо ответа посредник повернулся к Айзенхарту. 

— Ты же от Мейсона? Почему ей не помог?

Изумление удалось скрыть с трудом. 

Ректор-ловец же и бровью не повел, словно ожидал этого вопроса. Отлепился от стены, устроился на низком дешевом диване, накрытом пледом, и небрежно закинул ногу на ногу. 

— Да, я от Мейсона. А не помог потому, что артефакт поврежден и нуждается в ремонте, — выдал он наконец. 

— Вот же сучка! Таки испортила! — прошипел Фальк. 

Он очень быстро пришел в себя и поднялся. Что ему небольшое удушение, и не в таких переделках бывал. Работа у него опасная, нервная. 

Я стояла посреди гостиной и лихорадочно пыталась понять, что вообще происходит. 

Неужели Айзенхарт предатель? Пробрался в академию, чтобы поживиться после смерти мистера Дитлинда, а то и вовсе был в доле с прежним ректором, и поспешил занять освободившееся место, чтобы забрать ценности.

Тогда почему не забрал? Не знал, где тайник? 

Ну вот она я, на блюдечке. 

Теперь стало более понятно, как он меня опознал и почему пропустил в академию. Ему нужна была ищейка, способная отыскать спрятанные на острове сокровища. О моем присутствии в Траумфельде ловец узнал не от начальства, а напрямую от посредника. Потому и вычислил запросто, Фальк наверняка указал и ауру, и особые приметы внешности, с которой я отправлялась на дело. Не имею привычки менять ее во время операции, только перед ней. Заранее готовлюсь, чтобы парик не слетел в самый неподходящий момент. 

А дальше дело техники. Пригрозить, запугать, заключить договор…

Что-то здесь не вяжется. Айзенхарт явно удивился, когда узнал кто сообщница мистера Дитлинда. И контракт мы заключили о поиске и поимке преступника, а не обнаружении сокровищ. Зачем я ловцу, если он собирался всего лишь озолотиться?

Нет, тут нужно копать глубже и смотреть в корень. 

— Зачем ты подсадил червя миссис Гристейн? —осторожно спросила я, отходя к окну. Прыгать в случае чего недалеко, всего третий этаж, да и водосточная труба рядом. В данный момент я не доверяла никому из присутствующих, но очень хотела разобраться, куда меня втянули. 

Пахло все дурно, прямо скажу. А от такого нужно либо держаться подальше, либо — раз уж вляпалась — зачищать по полной, чтобы и следов не осталось. 

Потому пока что поддержу игру ловца. Посмотрю, к чему она идет. 

— Не доверял, — пожал плечами Фальк, устраиваясь на шатком табурете. 

Это убежище было крошечным, однокомнатная мансарда под крышей. Кухня с одной стороны, окно с другой, кровати вообще не видно. Крепко подозреваю, что на том самом диване, где сейчас сидит Айзенхарт, посредник и спал. 

— И давно она… участвует? — продолжала ненавязчивый допрос.

— Уже лет пять. Ее сам Дитлинд предложил. А что, бабенка сообразительная и маскировочные чары на уровне. Внешность меняла лучше тебя!

Знает, паразит, чем зацепить! Но я не собиралась вестись на провокацию. 

— А ректора зачем убили? Не проще было и его подчинить?

— Из игры хотел выйти! — поморщился Фальк. —Решил, что зеркало слишком опасно, чтобы отдавать в одни руки. Благородный, сука! Хорошо, что мы в свое время позаботились о запасном плане. Червь такая удобная штука, им можно даже из другого мира управлять! Жаль, что в сильных магах он не приживается. А Дитлинд был очень силен, гад. Не прижмешь. 

Посредник сокрушенно вздохнул, переживая из-за неудачи. 

Понятно. Убрали ректора руками несчастной миссис Гристейн. Она, скорее всего, в тот момент и не понимала, что творит. Неизвестно, помнила ли вообще события той роковой ночи или же действовала как сомнамбула, подчиняясь приказу извне?

— Если что, его еще можно починить. Артефакт, не Дитлинда, — хмыкнула я, собрав весь имеющийся цинизм. 

Никто не должен заметить, что у меня внутри все дрожит от напряжения. 

Работа всегда была простой и понятной. Украсть, передать, получить деньги, насладиться благами цивилизации, получить новый заказ. По кругу, привычно и удобно. 

Во что превратилась моя размеренная жизнь?

— Надеюсь. Иначе заказчик откажется и придется возвращать аванс, — хитро прищурился Фальк. 

Я знала это выражение лица. Сейчас он попробует нас надурить. Ну-ну. 

— Если хочешь, можешь передать мне зеркало, —небрежно предложил он. — Мы его починим здесь и сразу отдадим мистеру Манкорну. 

При звуке этой фамилии внутри неприятно екнуло. 

О теневом владыке Альдера не слышал только глухой. Но никто его не видел. Поговаривали, что лично познакомившиеся с ним долго не живут. 

Вот это мы влипли. 

Глава 19

Айзенхарт оказался то ли глухим, то ли тупым. 

А может, изначально это и планировал? 

Меня как ледяной водой окатило. 

Похоже, я по незнанию вляпалась в массированную атаку на верхушку преступной организации. Мистер Манкорн правил железной рукой, не терпел неповиновения и обладал неким, пусть извращенным, кодексом чести. Однако в последнее время он потерял берега окончательно. Одна затея с зеркалом чего стоит!