Баллада о нефритовой кости. Книга 1 - Юэ Цан - Страница 10

Пламя резко опало и стало гаснуть.

– Это… это Чун Мин? Невозможно!

Великий шаман побледнел, магический посох, что он сжимал в руке, вспыхнул, и огненный заряд ударил прямо в глаз священной птицы с правой стороны, вынуждая ее наклонить голову.

Великий шаман прохрипел:

– Может ли быть… неужели кто-то из жрецов горы Цзюи здесь?

– Ты прав, – холодно произнес голос прямо из сердца вьюги.

На спине Чун Мин бесшумно возникла тень. Ши Ин спрыгнул на снег, и подол его белого одеяния жрецов горы Цзюи взметнулся от порыва ветра. Повернув кисть, он с резким звуком закрыл зонт, что держал в руке, превращая его в сияющий меч!

– Ай, – вскрикнула Чжу Янь, глядя, как длинный меч Ши Ина метнулся снизу вверх, пронзая только что сформировавшуюся в огне фигуру.

Мощный толчок – и нанизанное на меч существо вылетело из чадящего пламени. С громким «хлоп» нечто приземлилось прямо перед Чжу Янь. Взглянув на него, княжна испугано отпрянула. Этим… этим существом была она сама! Другая она! Не пустая кукла, а живой, еще извивающийся в конвульсиях человек! Рожденная в пламени Чжу Янь была обнажена, ее лицо искажала гримаса невыносимой боли, меч рассек ей грудь и живот, и отчетливо были видны внутренние органы. Кровь хлестала фонтаном, расползаясь по снежному полю. Черная кровь другой Чжу Янь!

– Помоги… спаси меня…

Это существо еще могло говорить. Болезненно дергаясь и напрягая последние силы, оно перевернулось и поползло к княжне, с мольбой во взгляде протягивая руки.

– А-а-а! – Чжу Янь отскочила еще на шаг и бросила взгляд на наставника, прося его о помощи.

Но Ши Ин развернулся, подпрыгнул и снова оказался на спине священной птицы Чун Мин, чтобы тут же вступить в бой с Великим шаманом. Они двигались так быстро, что княжна едва могла что-то разобрать. Метель ярилась, седые волосы шамана вставали дыбом. Он что-то кричал странным, пугающим голосом, раз за разом ударяя посохом о землю. Погасшее пламя снова вспыхнуло, с гулом разгораясь, и, послушное воле шамана, ринулось на Ши Ина! Белые одежды развевались в бушующем огне, мерцая, словно молния, так что больно было смотреть. Вьюга ревела, ветер закручивался в смерч, превращая все на десятки чжанов вокруг в смертельную ловушку.

– Наставник, осторожно!

Видя, что одежду Ши Ина охватило пламя, Чжу Янь испугалась и выдернула Нефритовую Кость. На этот раз она вложила в заклинание всю свою силу. Превратившись в поток света, Нефритовая Кость расколола пургу и устремилась прямо в центр сражения. Снег и пламя одновременно замерли и опали. Священная птица Чун Мин издала протяжный крик, сложила крылья и стала планировать вниз. Снегопад сгустился, полностью затмив небо.

– Наставник! – Чжу Янь справилась с одного удара и пришла в восторг. – Ты в порядке?

– Я в порядке, – через несколько мгновений раздался из темноты слегка усталый голос Ши Ина. – Ты ранила Чун Мин.

– Что? – остолбенела Чжу Янь.

Ночь близилась к концу, в тусклом свете пламени огромная священная птица медленно упала в снег. Приземлившись на бок, подволакивая правое крыло, она с усилием повернулась и холодно посмотрела на княжну двойными зрачками. Из ее белоснежного крыла торчала Нефритовая Кость.

– А? – Чжу Янь потеряла дар речи.

Ши Ин спрыгнул со спины птицы, держа в руках окровавленный меч. Он действительно не был ранен, но выражение его лица было строгим и холодным.

– Иди и извинись перед Чун Мин.

– Не пойду, – Чжу Янь боялась приближаться.

Но Ши Ин не обращал на нее внимания. Он повернул запястье, и меч в ту же секунду вернул свою первоначальную форму, превратившись в простую нефритовую табличку[17]. Конечно, магический артефакт Верховного жреца горы Цзюи имел бесчисленное множество воплощений.

Держа в руках нефритовую табличку, Ши Ин прошел мимо Чжу Янь, даже не взглянув на нее. Княжне ничего не оставалось, как сделать осторожный шаг вперед. Она подняла дрожащую руку, чтобы погладить белое оперение птицы, но отпрянула.

– Про… прости! Я не хотела этого! Я целилась в Великого шамана… Кто бы мог подумать, что так получится… – Чжу Янь посмотрела на друга своего детства. Прекрасно зная гордый нрав священной птицы, она запнулась и не осмелилась подойти ближе. – Твое… твое крыло в порядке? Позволь мне перевязать его?

Священная птица Чун Мин надменно смерила княжну взглядом, чуть приоткрыла клюв и холодно фыркнула. Взмахнув длинной шеей, она выплюнула что-то на снег. Это был Великий шаман, перерезанный пополам!

– Я же говорила! Ты ведь с самого начала держала во рту эту тварь? – Чжу Янь вскрикнула, поняв, что произошло. – Вот видишь, я не промахнулась! Ясно, что…

На середине фразы сильный ветер хлестнул ее по макушке. В глазах потемнело, и княжна упала лицом в снег. Чун Мин, невозмутимо повалившая болтливую девчонку взмахом крыла, бросила на нее кристально чистый взгляд. Неторопливо сложив крылья, она прошествовала элегантной поступью, склевывая тлеющие угли, а затем и сгоревшие дотла «человеческие сосуды».

Чун Мин – главное священное животное подлунного мира. Священная птица, пожирающая нечисть и злых духов, очищающая от скверны и уничтожающая монстров. Тысячи лет она охраняет усыпальницы древних правителей Кунсана в долине Императоров на горе Цзюи. Сейчас она взяла на себя обязанность по уборке поля боя.

Чжу Янь поднялась на ноги, сгорая от стыда. Она только решила пойти искать следы наставника, как вдруг услышала отдаленный нарастающий рокот, будто приближалось многотысячное воинство.

Что это? Княжна повернула голову и от неожиданности открыла рот: это действительно была армия, возникшая из ниоткуда в предрассветной мгле. Неизвестно, когда и кем был отдан приказ, но сейчас все воины племени Хоту стягивались к этому месту. Вооруженные до зубов солдаты окружали пустошь, сжимая кольцо. Обнаженные мечи, натянутые луки, в глазах – свирепое желание убивать. Во главе армии скакала свекровь Чжу Янь, старшая наложница Су Да. Бледная как смерть, она сжимала в руке лук и стрелы.

– Серьезно? – пробурчала себе под нос Чжу Янь, глядя на приближающееся многотысячное воинство.

О Небо! Она просто хотела избежать сегодняшней свадьбы… Ее желание обернулось войной? Но почему?

– Старшая наложница Су Да, у тебя все еще есть что сказать?

Ши Ин стоял на пути наводящей ужас армии, не сдвинувшись ни на шаг. Он держал в руках нефритовую табличку и холодно смотрел прямо перед собой. Указав на другую Чжу Янь, корчащуюся на земле в предсмертных судорогах, на тлеющие на снегу угли, на разорванное тело Великого шамана, он равнодушно произнес:

– Ты вступила в сговор с шаманом племени Хоту, который тайно практиковал запретную магию темного демона, замышляя убить княжну Чжу Янь! Ты думала, что сможешь таким образом контролировать Западную пустошь?

– Что? – услышав это, Чжу Янь застыла.

Что значит «замышляя убить княжну Чжу Янь»? Ясно же, что она сама себя убила, пытаясь сбежать. Как же так вышло, что в устах наставника все это превратилось в заговор старшей наложницы? Или же… или Чжу Янь каким-то образом ввязалось в дело, о котором сама ничего не знает? Она инстинктивно сделала несколько шагов вперед, желая все прояснить. Но, когда старшая наложница увидела, как из снежной пурги стремительно появляется Чжу Янь, она отшатнулась в испуге, чуть не упав с лошади.

– Княжна Чжу Янь жива? – пробормотала Су Да, потрясенно глядя то на целую и невредимую девушку, вышедшую из метели, то на скрюченную в муках человеческую фигуру на снегу. Некоторое время женщина не могла вымолвить ни слова.

– Это ваш коварный замысел, так? Это вы все устроили? – наконец пришла в себя старшая наложница, начиная что-то осознавать. Она указала на Ши Ина и в бешенстве закричала: – Жрецы с горы Цзюи сговорились с кланом Чи, чтобы добраться до нас! Вы уже давно планировали использовать свадьбу как предлог, чтобы раздавить нас, верно? Проклятые ублюдки!