Из Тьмы, Арка 5 (СИ) - "Добродел" - Страница 328

Судя по вильнувшему взгляду и на мгновение дрогнувшему лицу Кизаши, он хорошо представлял, кто такая Эсдес и на что она способна, если окажется не в духе и получит разрешение на соответствующие действия.

— Могу добавить, что меня весьма удивляет ваш столь сильный интерес к теме «жестоких чисток, проводимых кровавыми псами режима». Ведь военную компанию мы обсуждали едва ли не меньше всего остального. Хотя там есть много интересных и не секретных моментов. Как заставляет дивиться и столь сильное стремление ряда ваших коллег по ремеслу очернить меня и Службу Разведки, одновременно обеляя этих предателей, воров и косвенных, но более чем массовых убийц. И если вас я могу понять: если аудиторию интересует вопрос, то хороший журналист обязан его всесторонне осветить, то вот иные, не буду называть ни конкретных имён, ни изданий… Это глупость — или очередное предательство?

— Ха-ха, думаю, после публикации этих ваших слов многие схватятся за сердце, — криво усмехнулся мужчина. — Но раз эта тема вас утомила, может быть, чуть подробнее расскажете о знакомстве с самой могущественной и знаменитой из имперских генералов? Описание вашего поединка, если это не секрет, тоже будет очень интересно многим читателям. Информация от очевидцев, знаете ли, весьма противоречива и пестрит очевидными преувеличениями…

Далее мы поговорили о достаточно многочисленных сплетнях, о нашем спарринге с Ледяной Смертью, приведшем в негодность целый полигон. Ну, и моём возможном переходе на Внеранг. Всё же я успела сотворить более чем достаточно страшных чудес на этой миссии, иным обладателям данного титула для его получения хватало и меньшего количества менее масштабных деяний. Здесь, конечно, многое зависит от фона (и тут всё не так чтобы очень просто: Эсдес и Будо оба далеки от нижней грани своего ранга, а меня станут сравнивать именно с ними), правильного пиара, а также позиции других Внерангов с Мастерами. Но я над этим работаю, в том числе и прямо сейчас, во время этого интервью.

Кроме этого, в беседе ещё раз затронули бои и беспорядки в Скаре, в том числе сражение с «пришедшим на помощь предательскому Биросу» отступником-Камуи. Я не упустила случая похвастаться тейгу, который достался Кей Ли. Чем больше будет упоминаний о новом хозяине Адаусу, тем меньше вероятность, что её попытаются отобрать, так что шутник удостоился от меня похвалы. Притом я подчеркнула не только его текущую силу, но и уверила в перспективах её развития.

О битве в Гейделе тоже не забыли: информацию о ней не стали скрывать, и она довольно быстро разошлась по телеграфным линиям сначала к заинтересованным лицам, а потом и расползлась среди относительно широких масс. Естественно, я подала данный эпизод, как безусловный успех моей команды и разведки вообще, причём многоплановый.

Ну, и раз уж разговор туда вывернул, мы снова коснулись обстановки дел на фронте. На этот раз в более общем плане, чем ранее, когда говорили о восточном участке. Но я не забыла в очередной раз похвалить Красную дивизию и её офицеров, добровольцев с северо-востока (часть самых заметных — поимённо), а также ряд иных хорошо показавших себя частей и их командиров. Ну, и упомянуть пользу военных инноваций, таких как колючая проволока, быстровозводимые укрепления и значительно облегчившие логистику узкоколейные железные дороги, которые сразу пролётами укладывались прямо на смёрзшийся снег. Благо что ранняя весна на севере — это практически то же самое, что разгар зимы в средних широтах. Бояться оттепелей не стоило, наверное, до начала мая.

Уже упоминала это, но больше не меньше. Союзники любят, когда их хвалят. А мои производства, пусть пока и не успели на полную развернуться на севере Империи — чёртово ворьё, конкуренты, бюрократы и саботажники-вредители сильно затормозили процесс — но в Столице вполне работают, морскими и сухопутными путями снабжая армию и прочих заинтересовавшихся. Реклама лишней не будет. Надо ещё не забыть, как вернусь, мелкому Импи велосипед подарить. И насчёт проводных телефонов поинтересоваться: смогли наши специалисты что-то создать на основании смутных воспоминаний меня-Виктора или всё ещё возятся? А то и такую игрушку можно попробовать преподнести. Будет полезно.

Меня даже про некропушистика спросили. Я стесняться не стала, рассказала пару забавных эпизодов с Люцем. Ну, и про то, как он покорил всех девчонок в Отряде (и большинство парней, пусть они в этом не признаются), я тоже поведала. Показать «человеческое лицо» Отряда, как мне кажется — дело небесполезное. Поможет читателям будущей статьи ощутить больше сопереживания к «не таким уж злобным и страшным государственным убийцам».

В общем, пусть и пришлось оторваться от дел — куда входили в том числе медитации, призванные благотворно повлиять на мою несколько изменившуюся энергетику и помочь взять связь с Яцуфусой под более плотный контроль — но о потраченном времени я совершенно не жалела. Неплохо поговорили. С пользой для меня и для дела.

Помимо распространения устраивающей меня версии событий, Кизаши знал много интересного. Поэтому я тоже не стеснялась его расспрашивать, отчего не только гостю удалось обогатиться некоторой интересной информаций.

Расстались мы, как и в прошлый раз, на хорошей ноте, договорившись при случае повторить беседу.

Правда, вечером, когда до меня дошли неожиданные новости, я несколько пожалела о своей излишней откровенности. Ведь один из основных факторов, на которых одна незадачливая некроманси строила свои расчёты, возможно, перестал существовать.

Примечания:

Пункт тапкоприёма открыт)

Автор и Куроме выражают признательность тем, кто поддерживает текст на Бусти или делает пожертвования на Тёмный Алтарь Печенек.

А.Н. — бечено.

Глава 32 часть 3

Телохранитель, стоящий позади установленного посредине театральной ложи дивана, на котором, погрузившись в спектакль, восседал единственный зритель, с раздражением посмотрел на переминающегося с ноги на ногу коллегу.

Ну и болван же этот Синдзи! Как был деревенским олухом, так и остался! Ему доверили честь стать ближним телохранителем господина — фактически, дозволили остаться с ним наедине, а он как последняя дубина умудрился купить у лоточников такой редкостной гадости, что даже кишки воителя пронять сумела! Ох и накатает Гал на него докладную! Ох и накатает! И поделом.

Но сейчас, когда господин едва ли не первый раз за месяц сумел выбраться в театр и полностью поглощён премьерой, лучше помалкивать. За попытку его отвлечь на проблему, созданную самими охранниками, можно таких неприятностей поиметь, что позорный перевод в декоративные коридорные болваны за счастье покажется!

Когда до ушей старшего телохранителя, и без того злого, как демон, донеслось подозрительное бурчание в животе напарника, он, мысленно выругавшись, незаметно подал засранцу знак убираться в туалет. Не хватало, чтобы он ещё воздух в ложе испортил! Тогда их смене точно конец! А уж их двоих, без всякого сомнения, отправят охранять «особо важные» козьи тропы от северных варваров и тамошних многочисленных монстров! Нет, пусть лучше выметается. Это, конечно, нарушение, но малое — не чета пердежу прямо под носом у господина. Даже если это всё интрига какого-то умника, решившего подвинуть Гала и сумевшего сначала пропихнуть ему в напарники идиота, а потом воспользоваться его идиотизмом, то такой ход всё равно останется лучшим из худших.

Слава всем богам, увлечённый господин ничего не заметил, а тихий шелест открывшейся и закрывшейся двери замаскировали громкие голоса актёров. Поэтому Гал смог вздохнуть с облегчением и перейти от опасений к мстительным мыслям в адрес не оправдавшего надежд подчинённого. Вышеозначенный, кстати, вскоре вернулся. Благоухая туалетным освежителем воздуха и сияя отвратительно довольной мордой, он, проигнорировав уничтожающий взгляд старшего коллеги, как ни в чём не бывало встал по левую сторону дивана.

Гал, решив, что лимит неприятностей на сегодня исчерпан, мысленно выдохнул. Смирив злобу на тупого и наглого скота, которого ему не повезло получить в напарники, он придержал её до более удачного момента, когда выплеснет на жопоголового дегенерата всё накипевшее. Однако не прошло и десятка минут, как из зрительского зала, где располагались места для публики попроще, послышались выстрелы.