Необычная гувернантка - Рэнни Карен - Страница 22

– В замке есть детская или какая-нибудь комната для занятий? – повернулась к нему Беатрис.

– В Крэннок-Касле более двухсот комнат. Разумеется, одну из них отведут для ваших нужд.

– А вы разве не здесь выросли?

– Здесь.

– И вы никогда не занимались в замке с учителем?

– Меня отослали в школу в довольно юном возрасте, мисс Синклер, как и моего брата. Так что комната для занятий нам была ни к чему. Но я думаю, книги, которые вам понадобятся, вы сможете найти в библиотеке. А что касается комнаты, выберите себе любую. Я прикажу, чтобы ее убрали и приготовили для вас.

– Очень хорошо, – откликнулась Беатрис, поворачиваясь к Роберту. – Тогда сегодня мы встретимся у меня в комнате. Я хочу проверить, как вы читаете. Если у вас есть любимая книга, пожалуйста, возьмите ее с собой.

– Я не приду. – Роберт бросил на нее хмурый злой взгляд исподлобья.

Если бы Беатрис, будучи ребенком, осмелилась посмотреть на кого-то из взрослых подобным образом, ее бы немедленно выставили из-за стола и отправили в детскую.

– Я буду ждать вас в девять, – строго произнесла она.

– Нет, я иду в конюшню.

Беатрис покосилась на Камерона, но тот и не подумал прийти ей на помощь. Он лишь молча ждал, чем закончится поединок между племянником и гувернанткой. У Беатрис возникло ощущение, что ей устраивают своего рода проверку: ведь ни Камерон, ни Роберт совсем ее не знают. Но она вовсе не из тех, кто легко сдается. Отец всегда поддразнивал ее, говоря, что эпитафия его дочери наверняка будет звучать так: «Беатрис Синклер. Я еще восторжествую, вот увидите». Ну не могла Беатрис Синклер позволить семилетнему мальчишке взять над ней верх, с титулом или без.

– Я распоряжусь, чтобы вам не показывали новорожденного жеребенка без моего разрешения.

Роберт отшвырнул вилку и встал из-за стола.

– Да кто вы такая, чтобы распоряжаться в Крэннок-Касле? Я единственный, кто тут отдает приказы. Вы слышите? Я герцог Брикин.

– Вы герцог Грубиян. И если не хотите вырасти невоспитанным невежей, вы сделаете так, как я сказала. – Роберт с возмущением посмотрел на дядю. Камерон не произнес ни слова. Тогда юный герцог повернулся и смерил уничтожающим взглядом Беатрис, но на девушку его гнев не произвел ни малейшего впечатления. – В девять, – повторила она. Не ответив, Роберт бросился вон из комнаты.

Беатрис могла бы выйти вслед за мальчиком или попросить Камерона поддержать ее, но промолчала, потому что заметила, как маленькая детская рука Роберта, наполовину скрытая скатертью, дрожала. Это ее и остановило.

Беатрис проводила взглядом юного герцога. Пылая от гнева, он с шумом захлопнул за собой дверь.

– Мисс Синклер, вы должны понять: мой племянник действительно герцог Брикин. С ним нельзя обращаться как с обычным учеником. Вам следует считаться с его положением. Роберт вправе рассчитывать на определенные привилегии.

Беатрис сцепила руки под столом. Ей предстояло сделать выбор: согласиться с только что высказанным пожеланием Камерона или предпочесть более трудный путь ради блага самого мальчика. Мисс Синклер не пришлось долго раздумывать.

– Боюсь, я не согласна с вами, сэр, – твердо возразила она. – Привилегии мальчик должен заработать, а не милостиво принимать как подношение только потому, что унаследовал титул. Вы сами жаловались на его манеры. Помнится, вы говорили, что ребенку нужна дисциплина. Если не принять срочных мер, он вырастет настоящим деспотом, отнюдь не к чести семьи, и навсегда покроет позором свое имя.

Горячность Беатрис удивила Камерона. Он откинулся на спинку стула и внимательно вгляделся в лицо гувернантки.

– Нечасто случалось, чтобы мои же слова бросали мне в лицо в такой очаровательной манере, мисс Синклер.

– Вы изменили свое мнение, мистер Гордон?

– Нет. Вы правы, что напомнили мне о нашем разговоре. Как я понял, у вас мало опыта. Вы ведь никогда прежде не работали гувернанткой, мисс Синклер?

– У меня достаточно опыта в том, что касается обучения, сэр. К тому же я долгие годы помогала отцу. А он совмещал преподавание в деревенской школе с частными уроками.

– Я не сомневаюсь в вашей квалификации, мисс Синклер, а спрашиваю, есть ли у вас опыт. Это разные вещи.

Беатрис похолодела. Неужели она потерпела поражение?

– Нет, сэр. Опыта работы гувернанткой у меня нет. Но это не значит, что к моему мнению не стоит прислушиваться.

– Вы удивляете меня, мисс Синклер, – негромко заметил Камерон. – Я и понятия не имел, что в груди костлявого заброшенного котенка бьется сердце настоящей тигрицы. – Не успела Беатрис ответить на его оскорбление, как Камерон продолжил: – Кажется, вы неплохо справляетесь со своей ролью. Гастон сказал мне, что вы были с Робертом прошлой ночью и примчались ему на выручку сегодня утром. Пока я вами доволен. Поступайте так, как считаете нужным. И все же вспоминайте хотя бы иногда, что ваш ученик – герцог Брикин.

– Вы употребите власть и запретите ему идти в конюшню?

– Я скажу, что ему следует подчиняться вам, мисс Синклер. Думаю, так будет лучше.

Камерон щелкнул пальцами, и тут же из тени выступил Гастон. Он кивнул Беатрис, положил руки на незаметные ручки за высокой спинкой кресла и покатил хозяина к двери.

Глава 13

Роберт исчез. В замке насчитывалось не меньше сотни мест, где мог бы спрятаться семилетний мальчишка.

– Вам стоит поискать его в часовне, мисс, – посоветовала одна из горничных.

Беатрис остановилась и с интересом взглянула на нее. Молоденькая служанка стояла с ведром и тряпкой в руках у искусно скрытой в стене потайной двери.

– Как вы узнали, что я ищу Роберта?

Горничная пожала плечами.

– Его светлость вылетел отсюда точно летучая мышь из пещеры. Я решила, что за ним, верно, кто-то гонится. Обычно это бывает Гастон.

– А где часовня? – Девушка принялась объяснять, но это оказалось делом непростым, учитывая размеры замка. – И часто он туда ходит? – спросила Беатрис. Роберт не показался ей религиозным ребенком.

– Всякий раз, когда его светлость чем-то взволнован. – Горничная повернулась, чтобы уйти. – Вы ведь знаете почему, правда, мисс? – бросила она через плечо. Беатрис покачала головой. – Там похоронены его родители.

Прежде чем отправиться на поиски Роберта, Беатрис вернулась на второй этаж и зашла в покои герцога, чтобы захватить плащ мальчика и змею, которая все еще лежала на полу. Потом заглянула к себе в комнату за накидкой и пошла в часовню.

Ей не хотелось жалеть Роберта Гордона. Двенадцатый герцог Брикин был на редкость неприятным ребенком. Она не желала вспоминать его дрожащие руки или думать о том, что значит для семилетнего мальчика лишиться обоих родителей. Беатрис сама пережила такую же потерю, и порой горе казалось ей невыносимым, а ведь их с Робертом разделяли два десятка лет.

Дорога к часовне отняла у нее добрую четверть часа. Пришлось долго кружить по старому крылу замка, сворачивая то направо, то налево. Наконец Беатрис увидела перед собой двойные сводчатые двери, украшенные массивным резным крестом.

На мгновение она заколебалась. Если Роберт в часовне, что она ему скажет? Возможно, сейчас не лучшее время, чтобы проявлять строгость. Но если не теперь, то когда? Рано или поздно кому-то придется сказать мальчику «нет». И чем раньше это произойдет, тем лучше для Роберта. Не стоит позволять ему быть слишком заносчивым. Рядом с ним должен быть кто-то взрослый.

Беатрис толкнула тяжелую дверь и вошла в залитую светом часовню. На этот раз помещение освещали не свечи – свет струился сквозь цветные витражи на стенах. Алтарь, расположенный в нише напротив входа, был затянут кружевной тканью цвета слоновой кости. Его убранство составляли два массивных кубка и несколько блюд из литого золота. Перед самым алтарем стояла скамеечка для коленопреклонений, обитая темно-красным бархатом. На самом ее краешке, склонив голову и сложив молитвенно руки, стоял на коленях Роберт, двенадцатый герцог Брикин.