"Фантастика 2023-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ткачёв Сергей Сергеевич - Страница 109

– Девочки не сопротивлялись?

– Они прикрылись щитом… но сняли его и сдались, когда Псы пригрозили меня прикончить…

– И не обманули?

– Нет… Иноки из обители Торжества Веры всегда держат свое слово… – со странной гордостью ответила воительница. – Даже мужчины…

– Как давно это случилось?

– С четверть часа… Иноков осталось трое… с ними был еще один адепт из Синода… Псы хотели идти наверх, но белоризец запретил… Приказал забирать девочек и уходить… Сказал, что они важнее даже сотни темных колдунов… В порту стоит их корабль… ты успеешь… должен успеть раньше…

– Ты…

– Со мной будет все в порядке… – Рада улыбнулась одними уголками губ. – Правда. Ничего смертельного. Я уже приняла зелья… они помогут… должны помочь…

Глава 14

Серединные земли, Стоозерье, Черноград

20 Хлебороста 2002 года от восхождения Старших Сестер.

Раннее утро

Воительница закрыла глаза и уронила голову себе на грудь. По ее телу пробежала мелкая дрожь.

«Что тебя заставило вступиться за чужих, Псица? – как-то вяло и отстраненно подумал я. – Думаю, ты и сама не ответишь на этот вопрос. Как не отвечу и я, зачем пошел на Хозяина Костей. Но ты… ты сейчас не умрешь…»

Я не имел даже малейшего понятия, как помочь воительнице, но очень хотел это сделать.

Просто положил Псице руки на грудь, закрыл глаза и постарался передать ей хотя бы капельку своей жизни.

Внутри меня сразу стало очень горячо, по телу пронеслись бурлящие обжигающие волны, а из-под ладоней брызнули искры и пошел золотистый дымок. Радослава гортанно вскрикнула, сильно дернулась, выгнулась и тут же обмякла.

Огонь внутри погас, сменившись легкой прохладой, но кончики пальцев все еще сильно саднили, словно побывали в раскаленном металле.

Открыв глаза, я едва не завалился на бок от сильного головокружения. Чтобы не упасть, уперся руками, тряхнул головой, прогоняя муть, и…

И увидел, что арбалетные болты валяются на полу рядом с воительницей, а кровь на ее ранах запеклась черными потрескавшимися корками. Сама Псица была все еще без сознания, но дышала ровно и глубоко.

«Но как? – Не веря своим глазам, я прикоснулся пальцами к запястью Псицы. – Я же не способен…»

Неожиданно Радослава хрипло вздохнула, широко распахнула веки и едва слышно прошептала:

– Ты… ты вернул меня из Пределов… Я уже была в дороге, а потом… Я знаю… такое возможно, но только взамен частицы своей жизни. Зачем ты это сделал, ловчий? Ведь я тебе никто?

Я молча встал и направился к лестнице.

Зачем? Не знаю и не хочу знать. Лишнее оно. Меня сейчас заботит совершенно другое. От башни до порта идти около получаса, Псам пробираться по катакомбам гораздо дольше. Хочется верить, что дольше. А значит, я успею первым. Должен успеть. Все остальное не важно.

– Горан… – позади раздался слабый голос воительницы. – Ты… вернешься ко мне?.. Пожалуйста, вернись…

– Нет, – честно ответил я и пошел дальше.

Гроза на поверхности уже стихла, весело шелестели кронами деревья, дул прохладный ветерок, на начинающем уже алеть небе алмазными россыпями сияли мириады звезд.

Почти все дома стояли без крыш – видимо, пока мы шли под землей, ураган разбушевался не на шутку.

Пустынные улицы покрывал ковер из белоснежных костей, самих мертвецов нигде не было видно, но и живых людей – тоже.

Порт тоже разнесло в щепки, портовые краны завалились, от пакгаузов и складов остались одни стены.

У полуразрушенного причала стоял всего один корабль с вымпелом Белого Синода на обломанной мачте. Но он был полузатоплен в реке, из воды виднелась только смятая надстройка.

На самом причале тесным кружком сидели девочки. Внешне они выглядели целыми и невредимыми, но на запястьях у них матово поблескивали кандалы. Вокруг учениц стояло несколько гвардейцев с алебардами и два белоризца. У первого в руке светился неярким светом какой-то прибор, напоминающий фонарь, второй опирался на точеный посох с навершием из ограненного в виде пирамиды серого камня.

Перед причалом с арбалетами и алебардами в руках выстроилось шесть иноков обители Торжества Веры. В разодранных налатниках, почти все окровавленные, едва стоящие на ногах, но с твердой решимостью на лицах остановить меня.

«Не успел… – Я ускорил шаг. – Но и не опоздал…»

Перед строем стоял еще один монах Белого Синода – стройный широкоплечий мужчина средних лет с косым рваным шрамом на лице. В правой руке он сжимал черную цепь с гранеными звеньями. Один ее конец мерно покачивался в воздухе, остальная часть была намотана на кисть.

– Стой! – Монах шагнул вперед. – Дальше тебе дороги нет!

Я не ответил, продолжая идти вперед.

– Мы знаем, кто ты, Горан! – Голос адепта зазвенел от напряжения. – И не хотим причинять тебе вреда. Слишком велика твоя заслуга перед нами. Просто поверни назад…

Псы как по команде подняли арбалеты.

За полтора десятка метров до строя я остановился. Убивать не хотелось. Никакого зла к белоризцам и Псам Божьим я не испытывал. Люди делают свое дело, исходя из своего же разумения. Но и отдавать им чародеек я тоже не собираюсь. У каждого в этом мире свой урок.

– Я тоже никому не хочу причинять вреда. Просто отдайте мое и уходите.

– Ты даже не представляешь, во что ввязался, Горан… – Монах покачал головой. – Вот это все… – он показал рукой на мертвый город, – …из-за мерзких чародеев. Если мы не положим конец Лигам, Упорядоченный поглотит тьма. Уже погибли тысячи людей, и погибнут еще миллионы.

– Девочки не имеют никакого отношения к вашим распрям с Капитулом. Верни их, и мы разойдемся миром. – Я достал саблю из ножен. – Повторяю: я никого не хочу убивать.

В смысл слов белоризца даже не пытался вдуматься. Слишком хорошо знаю, что такое Синод. Если малышки попадут в их руки… Такой участи они не заслуживают, даже если в чем-то виноваты.

– Ты не понимаешь. – Монах скорбно вздохнул. – И, наверное, уже не поймешь. Уйди, молю тебя, не вынуждай. Один раз мы уже пощадили тебя, но на второй раз не надейся.

– Слишком много слов! – Закручивая в себе вихрь, я шагнул вперед. Сила никуда не пропала, но почему-то ее напор был слабым, натужным, словно источник находился за толстой преградой.

– Как знаешь… – Белоризец выпустил из руки один конец цепи. Упав на землю, звенья тихонечко лязгнули и зашевелились как живые.

В то самое мгновение монах с посохом ткнул им в доски причала. Перед ним раскрылось серебристое овальное полотно. Почему-то подернутое розоватыми прожилками и злобно звеневшее.

Один из гвардейцев пинком поднял девочек и тупым концом алебарды подтолкнул их к порталу. Остальные гуськом потянулись следом.

Что случилось с ними дальше, я уже не увидел, потому что иноки обители Торжества Веры нажали на спуски своих арбалетов.

Призрачный щит полыхнул алыми отблесками, отражая удары болтов, но едва его коснулась цепь белоризца, с оглушительным треском лопнул. Псов опрокинуло взрывом, двое из них свалились в воду, остальные безвольными куклами покатились по причалу, но монах, широко расставив ноги и упираясь одной рукой в землю, как-то умудрился устоять. Второй рукой он продолжал раскручивать свою цепь.

На ходу замахиваясь, я рванулся к нему.

– Сомнение порождает неверие… – Бормоча молитву, белоризец ловко скользнул в сторону и в полуобороте стеганул меня еще раз.

Со свистом распарывая воздух, цепь метнулась вперед. Каким-то чудом я успел отмахнуться, но крайние звенья все-таки успели хлестнуть по предплечью. Рука сразу налилась тяжестью, а в том месте, где к кольчуге прикоснулся черный металл, пошел едкий зловонный дым.

– Неверующий пожнет кару лютую, ибо неверие есть страшный грех… – Белоризец отскочил, подернул импровизированную плеть на себя, но второй раз ударить не успел.

Я собрал всю Силу, что успела восстановиться, и саданул закрученным из воздуха смерчем. Монаха снесло с ног, но добить его не получилось – Псы Божьи уже оправились и разом накинулись на меня.