Порочный Торн (ЛП) - Лорейн Ким - Страница 15

Дверь распахивается, дерево разлетается в щепки, когда тот, кто находится с другой стороны, при помощи тарана проникает внутрь. Почему я не поставила защиту, когда мы пришли? Дура. Рассеянная и слабая, и теперь они нашли нас.

— Что-то очень не так, — говорю я. — Как они нашли нас?

Сайлас делает шаг вперёд, скорее идя навстречу опасности, чем пытаясь найти выход. В дверях стоят мужчины с факелами в руках и с отвращением на лицах.

— Ведьма, — говорит мужчина, указывая на меня. — Отойди в сторону, Сайлас.

Я смотрю на Сайласа, сверля взглядом его спину. Сердце колотится в горле, как у испуганного кролика, я делаю резкий вдох. Сайлас вытягивает руку за спину, возможно, в знак того, что я должна успокоиться. Я не могу понять, что он пытается заставить меня сделать. Пентакль, тяжёлый и тёплый, висит у меня на шее. Когда я смотрю вниз, ужас стискивает грудь при виде слабо светящегося металла, явного свидетельства колдовства.

Они обвиняли меня, называли ведьмой. Кто выдал наше местоположение? Только Сайлас и я знали, где мы.

— Рассейся, — шепчу я, и талисман-пентакль исчезает из поля зрения.

— Ты её слышишь? Даже сейчас она шепчет дьяволу. — Мужчина выкрикивает обвинение в мою сторону, и у меня по коже бегут мурашки.

— Нет, — говорит Сайлас. — Ты не понимаешь, что слышишь.

— Сайлас Блэкторн, отойди. Иди домой, тебя соблазнила ведьма. Она околдовала тебя своими чарами.

— Ты не можешь, — говорю я, мой голос дрожит от абсолютного ужаса. Они убьют его за то, что он был со мной. Независимо от того, в каком мы времени, смерть — это… смерть. — Отойди от меня, Блэкторн.

— Ты не понимаешь, — начинает он, но я останавливаю его.

— Нет. Ты и так сделал достаточно. — Я парализую его заклинанием, чтобы сбежать, и он не станет преследовать меня и рисковать жизнью.

— Смотрите! Она искажает его разум заклинаниями, а теперь предаёт его, — кричит лидер толпы своим последователям, но я сильна. Я могу остановить их всех.

Интересно, почему другие обвиняемые просто не закончили испытания с помощью магии? Но в момент, когда я делаю шаг вперёд, понимаю. Мужчина выплёскивает на меня жидкость, от которой я падаю на колени. Сайлас выкрикивает моё имя, и толпа врывается в дом, утягивая меня к себе. Мои чары на Сайласе, должно быть, развеялись, потому что он рычит, вскакивает на ноги и бежит ко мне так быстро, как только может. Толпа кричит и ахает при виде него, стоящего в угасающем дневном свете, от него вьются струйки дыма, когда он начинает гореть. Но они продолжают вытаскивать меня из дома и не останавливаются, пока я не оказываюсь в задней части повозки, запряжённой лошадьми.

— Тебя повесят, ведьма! — кричит мужчина.

— Шлюха дьявола. Ты заслуживаешь виселицы, — говорит другой.

Страх парализует меня. Что бы они на меня ни вылили, моя сила обездвижена. У меня нет ни единого шанса. Я умру в Салеме.

От рук людей, которые убили Сару. От рук вампиров Блэкторна.

Глава 15

Сайлас

Натали нет. Её похитили, и я не смог их остановить. Не сейчас, когда солнце садится невыносимо медленно. Не тогда, когда моя кожа горит, а тяжесть света делает медлительным и вялым. Не после того, как отец повалил меня на землю и повёл в тень, пока люди увозили Натали в печальном подобии тюремной повозки.

— Оставь меня, отец. Убери от меня свои окровавленные руки.

Мой отец прижимает меня к земле, его значительная сила удерживает меня от борьбы.

— Что случилось с моим сыном? Сначала ты помогаешь этой вероломной ведьме, а теперь я обнаружил, что ты сбежал и стоишь передо мной, воняя естеством этого самого существа. — Он хватает меня за горло. — Лучше бы она того стоила. Они планируют убить нас всех. Ты же знаешь это.

— Знаю. Но ты получил то, что хотел. Сару Гуд собираются повесить. Единственная ведьма, которая может сотворить это заклинание, потеряна.

— Но носитель крови солнца исчез. Она станет нашим концом, если мы её не найдём.

Я качаю головой.

— Это неправда. Она будет нашим самым большим достоянием.

Он отпускает моё горло и поднимается на ноги.

— Что за безумие рассказала тебе эта ведьма?

— Я видел это своими глазами. Я видел всё. Твоя смерть. Кончина моего дяди. Сила, которую даст нам кровь солнца, как только мы овладеем ею.

— Власть? — спрашивает он.

— Больше, чем ты можешь представить.

Он улыбается и помогает мне подняться.

— И твой план состоял в том, чтобы соблазнить ведьму?

— Это было сделано для того, чтобы подобраться к ней поближе и найти ту, которая нам нужна.

— Её повесят ещё до рассвета.

У меня сводит живот. Я не могу потерять Натали. Я только нашёл её. Возможно, она не готова признать, что мы пара, но я знаю это без всяких сомнений. И она связана со мной узами. Она моя.

— Как ты нашёл это место? — спрашиваю я.

— Просто. Ты — моя кровь. Я выследил тебя.

Нет. Это из-за меня. Из-за меня её нашли. Я — причина её страданий. Она умрёт здесь из-за меня. Совсем как Сара.

Он снова хватает меня за горло и бежит вперёд, толкая, пока я не прижимаюсь к дереву.

— Ты думаешь, я не чувствую запаха вашей связи на тебе? Ты дал ей свою кровь. Ты предал всех нас. Тебе повезло, что я не вырвал твоё предательское сердце прямо здесь и сейчас.

— Вперёд. Убей своего сына и наследника. Уверен, дядя и двоюродные братья были бы рады узнать, что их родословная в приоритете.

— Для этого я должен умереть.

Я ухмыляюсь.

— Вот именно. — Тогда всё становится ясно. Я — причина смерти моего отца. Потому что я убил его. Я вытаскиваю из кармана серебряный кол — кол Натали — и, несмотря на боль от прикосновения ладони к металлу, вонзаю оружие в грудь мужчины, который растил меня управлять вампирами Блэкторн. Король. Мой отец. Мой мучитель. Его глаза расширяются, и он тянется к серебряному колу, руки горят, даже когда его кожа вокруг раны чернеет.

— Предатель, — бормочет он на последнем издыхании.

— Прощай, отец, — говорю я, толкая его безжизненное тело на землю и бегу так быстро, как только позволяют ноги, в единственное место, куда могу пойти. Мне нужно повидаться с кузенами. Они — всё, что у меня осталось, если я хочу спасти мою Натали. Я, наконец-то, понимаю, почему дядя назвал меня предателем, почему моя семья сказала, что я мёртв. Мои отношения с Сарой Гуд стали причиной его смерти. Они просто не знают, что это я его убил.

Я добираюсь до поместья Блэкторнов, мои чувства обострены, кровь отца на моих руках. Приближаясь, я слышу крики, крики моего прошлого «я», и знаю почему. Мой шрам горит, воспоминания о том, как дядя снова и снова выжигал пентаграмму на моей коже в наказание за мою связь с Сарой Гуд. За моё сочувствие к ведьмам и за всё, что я пытался сделать, чтобы остановить безумие, которое моя семья навлекла на Салем.

Ещё один крик разрывает воздух, и я инстинктивно смотрю на башню.

Вот куда они забрали меня, где мой дядя Элиас и его старший сын Каллум держали меня ночь за ночью, снова и снова выжигая пентаграмму на коже, пока у меня навсегда не останется шрам, как напоминание о мягкости по отношению к Саре. Но если бы я мог попасть внутрь, переодеться и добраться до Натали, мог бы освободить её. Я мог бы освободить их всех и изменить историю. Мои шаги почти бесшумны, когда я прохожу через служебный вход и крадусь в тени по коридору и вверх по лестнице к своим комнатам. Я не видел этого дома сотни лет. Я заблокировал воспоминания, избегал прошлого. Теперь я лицом к лицу столкнулся с каждым грехом, который совершал. Больше всего я сожалел о Салеме, но это мой шанс на искупление.

Мои комнаты пусты, но жутко находиться здесь, зная, что всё должно произойти в течение следующих нескольких ночей. Я буду заперт здесь, прикован к своей кровати, пока клеймо не заживёт. Тело отца было бы найдено. Ведьм повесили. И я был бы отвергнут, как предатель. Мой кузен Кэшел тайно отослал бы меня, сказав, что меня лучше оставить умирать, чем позволить совету заключить меня в тюрьму.