Порочный Торн (ЛП) - Лорейн Ким - Страница 16

Я делаю глубокий вдох и заставляю себя сохранять спокойствие. Я чувствую страх Натали — он проходит по нашей связи, и на нём я должен сосредоточиться. Я нужен ей. Она бессильна из-за эликсира, который мой отец дал магистрату. Мало ли что этот идиот знает, он использует тёмную магию, чтобы остановить ведьм, которых он так боится.

— А, вот и ты, кузен. Ты, кажется, оправился после… — Кэшел стоит в дверях, на его лице написано беспокойство, когда он рассматривает мою современную одежду. — Какого дьявола?

— У меня нет времени объяснять. Мне нужна твоя помощь.

— В чём?

— То, что мы делаем с ведьмами, неправильно. Это безумие. Я должен остановить их. Я должен вытащить их оттуда.

Он скрещивает руки на груди, английский стиль его одежды выдаёт факт, что он совсем не обосновался здесь, в Салеме.

— Я признаю, что это крайность, но они пытаются убить нас, а мы их.

— Мою пару похитили.

— Пара? У тебя нет пары. Если только ты не о Саре Гуд, и, если не ошибаюсь, эта женщина заговорённая и довольно старая.

— Это не Сара. Её зовут Натали. Ей здесь не место. Она должна быть со мной.

— Я впервые слышу о ком-то по имени Натали. Ты заболел, кузен? Ведьма наложила на тебя заклятие, чтобы исказить разум?

— Кэшел, послушай. Я был околдован, ты прав. Я был послан сюда из будущего. Я должен помочь Натали всё исправить. В противном случае, не представляю, чем всё закончится для любого из нас.

Он качает головой и хмурится.

— Ладно. Мне всё равно скучно. Что задумал?

Глава 16

Натали

Кашель и рвота всё, что я слышу. В этой грязной тюремной камере холодно и темно, запах мочи и дерьма витает в воздухе, вызывая тошноту. Как они это выдерживали? Как кто-то мог жить здесь? Такая судьба постигла моих предков? Судьба стольких мне подобных.

— Они скоро придут за нами, — раздаётся низкий женский голос из тёмного угла слева от меня. — Конец близок.

— Откуда ты знаешь? — спрашиваю я, ненавидя дрожь страха в голосе.

— Я могу видеть. Поэтому знаю, что ты не из нашего времени. Ты не должна быть здесь.

Слёзы текут по моим щекам. Она права. Я должна быть в безопасности дома, не предана вампиром Блэкторном, не убита горем из-за того, что он солгал, не заключена в тюрьму в Салеме.

— О, бедная девочка. Приготовься к сегодняшнему вечеру, мы ударим.

— Перестань усугублять, Марта. — Другая женщина шаркающей походкой приближается ко мне. Её руки связаны, и она изо всех сил пытается удержать равновесие. Она выглядит измученной, смирившейся и печальной, но я узнаю её.

— Сара, — шепчу я. — Нет. Я думала, ты в безопасности.

— У Блэкторнов повсюду шпионы. Мы по глупости думали, что они тебя не найдут.

— Я не могу умереть здесь. — В моём голосе слышится настоящая боль. У меня слишком много забот, чтобы торчать в Салеме.

— Почему? — спрашивает Марта. — Мы все когда-нибудь умираем. Такова судьба, которой мы не можем избежать. Стараемся, как можем. Даже вампиры умирают. Ты довела их до конца.

— Ты дура, если так думаешь. — Я не могу сдержать гнев в голосе.

— Придержи язык, маленькая ведьма. Ты говоришь в присутствии самой сильной ведьмы в нашем ковене. Прояви хоть немного уважения.

— Сара. Что мы можем сделать?

— Подойди ближе, Натали, — говорит она. Я подхожу с сильно колотящимся сердцем.

Её глаза, точно такого же оттенка, как у меня, останавливаются на мне.

— Пентакль всё ещё у тебя? — Я киваю и вытаскиваю его из-под рубашки.

— Мне так жаль, что меня поймали. Как будто ждали, что я использую магию. Они просто… набросились.

— Кто-то работает с ними. Ещё одна ведьма. Предательница.

— Я не вернусь домой, если не выберусь отсюда.

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы освободить тебя и отправить домой. — Она хмурится. — Скажи, как ты оказалась здесь, в этом месте, в это время?

Я думала, что она перенесла меня сюда. Но теперь не уверена.

— Я произнесла заклинание, почти такое же, которое дала мне бабушка, чтобы открыть мои прошлые жизни.

— И оно привело тебя сюда?

Я киваю, затем хмурюсь.

— Хочешь сказать, что не ты привела меня? Я была уверена, что это ты переворачивала страницы.

— Оно было в моём гримуаре?

— Да. В тайном доме ковена, где ты нашла меня. Я отпёрла его вот этим.

Я поднимаю пентакль и начинаю произносить заклинание, но останавливаюсь, когда она поднимает руку.

— Этого заклинания нет в моей книге. Тёмная магия окутала твою душу, дитя. Злые шипы проклятия, которое ты носишь, впиваются в тебя и не желают отпускать.

— Знаю. Меня прокляли встретиться лицом к лицу со своим самым тёмным страхом.

— Кто-то должен обладать огромной властью, чтобы наложить на тебя такое проклятие.

Кивнув, я крепко сжимаю пентакль.

— Она очень сердита.

— Не знаю, смогу ли я вам помочь. Это проклятие очень сильное. Почему страх привёл тебя к нам?

У меня сводит живот.

— Потому что твоя смерть преследует меня с момента, как узнала твою историю. В детстве мне снились кошмары, что меня повесят.

Все становится чётче, когда я произношу эти слова. Блэкторны, суды над ведьмами, Салем. Всё это вместе взятое составляет самый страшный кошмар, который я могла бы пережить. Это кульминация проклятия. Дело не только в том, что Сайлас — вампир Блэкторн, он ответственность за смерть.

— Мы обеспечим тебе безопасный проход, дитя моё, клянусь.

— Не обещай ей такого, Сара. Несправедливо давать ложную надежду.

Сара кивает Марте.

— Тихо. Ей нужно многое унести с собой, и ничто не должно поставить под угрозу её задачу.

— Что? — спрашиваю я, паника поднимается в моей груди. — Какая задача?

— Ты вернёшься в своё время с каждой последней каплей моей магии, хранящейся внутри.

Я хмурюсь, когда пытаюсь сложить слова во что-то осмысленное. В её голосе звучала грусть, когда она говорила о потере магии.

— Как мы выберемся отсюда? У нас нет магии. Что бы они ни вылили, оно лишило меня силы.

— Я сделала это для них, чтобы вампиры не смогли их принудить. Теперь они используют это против нас.

— Похоже, у этого неприятные серьёзные последствия.

Она наклоняет голову, как будто пытаясь понять меня. Затем протягивает руку и хватает фиолетовый кончик одной пряди моих волос.

— Именно так современные ведьмы укладывают волосы?

— Да. Нам нравится самовыражаться.

— Боже, всё изменилось. И вот до этого мы докатимся, если будем… выражать себя.

Я не знаю, как реагировать. Я ничего не могу сделать, чтобы изменить причёску… не сейчас. И, кроме того, я уже заключена в тюрьму за колдовство. Хуже уже быть не может.

— Так, объясни, как ты собираешься вытащить нас отсюда.

Она глубоко вздыхает и смотрит в окно.

— Мы можем объединить наши силы. Возможно, всего не хватит, чтобы освободить тебя из этого места.

— А как насчёт тебя и Марты?

Марта качает головой.

— Нам никуда не деться, девочка. Ты сама всё видела. Мы этого не переживём. С этим мы ничего не можем поделать.

— Мы можем изменить историю. Подделайте смерти. Ты не должна умирать вот так.

Сара берёт меня за руку.

— Мы знаем. Но нет. Есть ли уверенность, что ты родишься, если я не умру?

Комок страха сидит у меня в животе. У нас общая душа. Она права. Если она не умрёт здесь, я, возможно, не появлюсь на свет. Вся моя жизнь зависит от её смерти.

Глава 17

Сайлас

Кэшел стоит рядом со мной в тени тюрьмы, где держат обвиняемых ведьм. Если бы мы могли легко попасть внутрь. Мы бы их освободили и сбежали в считанные мгновения. К сожалению, решётки на дверях из чистого серебра, поставленные моим отцом, чтобы предотвратить именно такое происшествие. Он слишком хорошо знал, что я глубоко сочувствую ведьмам. Так было всегда.