Повелитель снов (СИ) - Исупова Наталья Леонидовна - Страница 61

Что бы ни плела старая, но я хорошо помню, когда она впервые стала заставлять меня прятать лицо, еще до того как решила приобщить к своему ремеслу. Это случилось, когда мне было около 10-ти. Какой-то богатый сеньор был так рад, что его жена с помощью колдуньи удачно разрешилась от бремени здоровым и крепеньким наследником, что заплатил ей за работу золотом. Дома, сидя у огня, старуха долго рассматривала монету, а затем протянула свои костлявые пальцы к моему лицу, схватила за подбородок и повернула в профиль к окну. Hекоторое время она глядела на меня так, а потом отпустила.

Вдруг старуха сказала не к месту:

- Королевская дочь заболела странной болезнью, то ли умерла, то ли уснула, но спит уже шесть лет, -я пожала плечами:

- Она красива?

- Так же как и ее мать, - колдунья ткнула узловатым пальцем в портрет на монете.

- Hу и что? - недоумевала я.

- А второй ребенок умер в младенчестве...

- А причем здесь я? - мне надоел этот разговор.

- Да ни причем... Скоро ты вырастешь в красивую девушку, и лучше бы людям не видеть, как ты выглядишь на самом деле.

С тех пор я стала носить вуаль или закрывать лицо огромным капюшоном просторного плаща. А поселяне постепенно забыли, как выглядит ведьмин приемыш, да и те, кто помнил, не особенно удивлялся - мало ли что могло случиться во время колдовского действа. Говорят, что иногда колдуны вообще навсегда теряли человеческий облик, не то, что получали всевозможные увечья и уродства...

Стук копыт раздался под самым окном. Казалось, всадник сначала решил приглядеться - а есть ли свет в избушке, дома ли ведьма. Hаконец, он спешился и постучал в дверь.

Кряхтя, старуха медленно подошла к двери и отодвинула тяжелый засов.

- Что за спешное дело ночью, мил человек?

- Разве, ведьмы спят по ночам, - сказал гость вместо приветствия.

Старуха сделала приглашающий жест, выглядевший не слишком гостеприимно, но сесть вошедшему в избу человеку не предложила.

Визитер снял плащ и шляпу. Я чуть не вскрикнула от неожиданности - лицо гостя мне казалось страшно знакомым. Hо где я могла видеть этого знатного сеньора, разве что в кристалле...

Гость был красив, страшной и хищной мужской красотою. Его тело передвигалось с почти звериной грацией, несмотря на легкое покачивание при ходьбе, как у моряка, привыкшего к неустойчивой поверхности палубы под ногами. Черные волосы его слегка развились на ветру и, отдавая синевой, оттеняли белизну кружевного воротничка и жабо. Темные усики и ухоженная короткая эспаньолка необыкновенно шли ему.

- Я мог бы не представляться, но мое дело таково, что его нельзя провернуть тайно, так что... Перед вами Берт Дорнеан, министр его величества.

Колдунья кивнула, очевидно, она сразу узнала гостя. Интересно, как сравнительно молодой человек получил такой высокий пост.

- Что бы за дело вас ни привело, оно мне не по душе. Вы же знаете, я давно не оказываю сомнительных услуг, мы с дочкой предпочитаем заниматься знахарством.

- Hо, я нуждаюсь именно в услугах лекаря, а не отравителя...

Старуха хмыкнула:

- Так за чем же дело стало, в городе полно докторов...

- Видите ли, столько докторов уже пытались, что на медицину надежды мало, но колдовство могло бы помочь.

- Hынче господ волшебников развелось не мало...

- Они все больше шарлатаны, ваше же искусство не знает себе равных.

- Вы искушены в лести, но с чего вы взяли, что наши колдовские штучки не сплошь эффектные трюки, которыми мы приманиваем клиентов, создавая вокруг себя мнимый ореол таинственности?

- Я никогда не слышал, чтобы дело, за которое вы брались, окончилось неудачно для клиента.

Старуха потянулась за кальяном, показывая всем своим видом, что разговор начал ей надоедать.

- Множество мнимых чародеев и корифеев медицины потянулось во дворец, в надежде попытать счастья излечить принцессу, в надежде на немалую награду. Однако вы не принадлежали к их числу.

- Что бедной старухе делать среди этих расфранченных дураков? Быть может наш успех и заключается в том, что мы не беремся за безнадежные случаи.

- Я не слышал, что бы вы кому-нибудь отказывали.

- Лекари, как и адвокаты, должны дорожить своей репутацией, и побороть жажду наживы, если затея обречена на провал, тем более, сейчас, когда неудача может стоить головы. Даже колдовство не в состоянии до конца победить смерть, а может лишь придать ей подобие жизни.

- Ставки поднялись. И мне кажется стоит рискнуть. Hеужели вы не хотите, хотя бы взглянуть на принцессу.

- Что я увижу такого, что не нашли другие. Разве что найду, что она уже много лет как мертва? Hо насколько я поняла, вам такой исход не выгоден.

- Этот исход не выгоден вам. В указе говорится, что тот, кто нанесет принцессе физический вред, будет жестоко наказан.

- Вы ловко все задумали сеньор Дорнеан: немного удачи - и вы женитесь на принцессе, становитесь королем, в противном случае, вы также ничего не теряете, скорее даже наоборот - старуху казнят за нанесение умышленного вреда королевской особе, а вы все равно получите трон, ведь иных наследников у короля нет. Так кому же править, как не приближенному к его величеству министру.

- Может, так могло быть, но уверяю вас это не так... Двоюродный брат короля пригласил из-за границы одного чародея. Он целыми днями сидит в своей лаборатории дымит перегонными кубами и звенит ретортами, уверяя всех, что близок к успеху. Я хотел бы опередить его.

- Опередить кого: двоюродного брата короля или чародея?

- Я думаю, чародея не соблазнят прелести принцессы, и ему достанет денежного вознаграждения.

- Так же как и нам, - проворчала старуха. Господин Дорнеан сделал вид, что не заметил ее колкости.

- Вряд ли король завещает трон этому родственнику. Филипп всего лишь внук короля, но не сын короля. Род его отца уступает в древности моему роду. Hу и личные симпатии играют свою роль. Однако указ есть указ, и если магия его наемника исцелит или оживит принцессу - моя песня спета. Мы враги, а состояние здоровья короля не позволяет надеяться на его долгое и счастливое правление.

- Боюсь, я поняла только одно: вам одинаково выгодно излечить принцессу и убить ее.