Антология советского детектива-44. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Самбук Ростислав Феодосьевич - Страница 1136

- И зачем он попер сюда? - удивился Саная. - Если на Золотой берег, лучше ехать дальше по шоссе, потом - направо. Здесь же не дорога, а сплошные повороты...

Они пропустили впереди себя другую оперативную машину и отстали на полкилометра, чтобы не вызвать подозрения у Климунды. Минули поворот к Мюсерскому ущелью, поднялись еще выше в горы и вдруг выскочили на открытое место. Казалось, шоссе обрывается прямо в море, безграничное сине-золотистое море. А сбоку на крутых зеленых склонах прилепились домики, чуть дальше сползавшие к морю, стоявшие в зелени садов у самого берега глубокой бухты.

Это и был Золотой берег...

Климунда вышел из такси на краю села. Оперативная машина проехала еще метров сто и свернула на крутую боковую улочку. А в село уже въезжала белая "Волга". Шульга видел, как Климунда толкнул ногой калитку усадьбы у самого берега.

Майор остановился за деревьями и ждал, что будет дальше.

Климунда, взяв на веранде полотенце, начал спускаться по выдолбленным в земле ступенькам к морю.

На пляже стояла маленькая палатка, рядом, в саду, - большая, оранжевая. Людей было немного. Надо было действовать немедленно. Майор сделал знак оперативникам, приехавшим в "Волге", обыскать комнату, а сам с Санаей и еще с одним милиционером спустился вслед за Климундой.

Тот уже был в море. Плавал далеко, рассекая воду, как дельфин. К берегу возвращался медленно, наслаждаясь водой и солнцем. Вылез, снял купальную шапочку, растерся пушистым полотенцем.

Два грузина, а с ними еще один, в дешевенькой полосатой рубашке, шли по пляжу у самой кромки прибоя. Они оживленно разговаривали о чем-то, и Климунда уступил дорогу. Вдруг почувствовал, что его схватили за руки. Еще ничего не понимая, рванулся, но эти двое держали крепко.

- Спокойно, - произнес ровным тоном Шульга, - спокойно, Спиридон Климунда, без эксцессов. Твоя песенка уже спета.

Преступника, голого, в мокрых плавках, повели к милицейской машине.

...Иваницкий съел дешевенький обед в рабочей столовой, сел в автобус, который шел в Гагру. Спустился по лестнице у вокзала и направился в камеру хранения. Получил огромный чемодан, должно быть тяжелый, потому что вызвал носильщика. Тот погрузил чемодан на тележку и покатил к выходу. Иваницкий двинулся за ним.

- Минуточку, Омельян Иванович! - неожиданно прозвучало у него за спиной.

Оглянулся и, увидев Козюренко, побелел как полотно, непроизвольно прижав дипломат к груди. Но тут же овладел собой, заставил себя даже улыбнуться.

- Добрый день, - ответил он. - Вот так встреча! Отдыхать приехали?

- Не совсем... - Козюренко дал знак оперативнику, и тот задержал носильщика. - Чемодан ваш, Омельян Иванович?

Иваницкий уже все понял.

- Нет, не мой... - пробормотал он, охваченный ужасом. - Это меня попросили...

Он не знал, что сказать, а следователь насмешливо смотрел на него. Протянул руку.

- Ключи, - приказал он, - ключи, которые вы взяли у Климунды.

- Я не знаю никакого Климунды! - закричал Иваницкий.

- Не надо шуметь, Омельян Иванович! - жестко сказал Козюренко. Сделал знак оперативнику, тот взял Иваницкого за локоть.

- Идемте! - приказал он.

- Но ведь... - запнулся Иваницкий. - Вот ключи, прошу вас. Я только обещал продать иконы... Да, только продать, а это не преступление...

- Хватит, Иваницкий, вы же умный человек и, надеюсь, поняли все.

Козюренко двинулся к выходу. Иваницкий, опустив голову, поплелся за ним.

Самбук Ростислав

Скифская чаша

ВЗРЫВ

1

Близилось отправление самолета в Одессу. Объявили посадку, и пассажиры, сдав багаж и зарегистрировав билеты, толпились в небольшом узком помещении перед выходом на летное ноле.

Девушка в ладно подогнанной аэрофлотовской форме, лавируя между пассажирами, направлялась к дверям. Шла она слегка запрокинув голову, гордо и как-то отчужденно, будто и не улыбалась только что, регистрируя билеты: женщинам приветливо, с едва ощутимым превосходством, а мужчинам кокетливо и чуть вызывающе.

Парень в пестрой рубашке и полинявших джинсах попытался остановить девушку, но та не удостоила его даже взглядом, а он в восхищении бросил приятелю через плечо:

— Чертовка, стоит познакомиться.

Тот ответил рассудительно:

— Пустой номер. Через час будем в Одессе.

— Скоро вернемся...

— За месяц забудешь. На одесских пляжах знаешь сколько таких!

— Жаль пропускать... — Парень подтянул джинсы и поправил рубашку. У него был вид человека, не сомневающегося, что ему должно принадлежать все.

Пожилая женщина, стоящая перед молодыми людьми, недовольно обернулась, видно, хотела сказать что-то осуждающее, но только хмыкнула сердито.

— Осторожно, бабуля... — нагло хохотнул парень в джинсах, он явно хотел поддеть ее, однако женщина лишь вздохнула глубоко и сделала вид, что не заметила обидных слов.

Лысоватый человек, розовощекий и курносый, воровато скосил глаза на крутые девичьи бедра, он не осмелился глянуть выше, но даже этот робкий взгляд не остался без внимания его сухощавой, плоскогрудой и суровой супруги. Она крепко сжала локоть мужа и прошипела угрожающе:

— Куда пялишься?

— Я — ничего... — Он испуганно шмыгнул носом и заверил угодливо: — Ты же знаешь, кроме тебя, для меня никого не существует.

— Вот и смотри на меня, — отрезала супруга, и муж, демонстрируя свою преданность, поспешил повернуться спиной к девушке.

Седая женщина с модной прической, в шерстяном костюме английского покроя и блузке с высоким воротником смерила девушку в форме внимательным холодным взглядом и, обратившись к соседке, тоже в летах, но полной и краснолицей, процедила сквозь зубы так, что трудно было понять, какой смысл вкладывает в слова:

— Красивая девица, не так ли?

Толстуха презрительно наморщила нос.

— А-а... — махнула рукой, — все мы в таком возрасте были красивыми. Однако не кичились этим.

Седая изучающе глянула на соседку, ироническая улыбка коснулась ее уст. Видно, она ни на секунду не поверила несколько смелому и чересчур категорическому утверждению полной женщины, но не возразила, лишь покачала головой и ответила как-то жалобно:

— Молодость так самоуверенна и так скоротечна. Кто из нас не верил в ее бесконечность?..

— Когда работаешь, да еще дети на руках, некогда о глупостях думать, — не совсем вежливо заметила краснолицая.

Женщина в строгом костюме, вероятно, не согласилась, но спорить не стала.

Девушка в форме исчезла в дверях, не подозревая, какое смятение посеяла в душах пассажиров. Возвратившись тотчас, остановилась на пороге и объявила:

— Граждане пассажиры! В связи с изменившимися метеоусловиями в Одессе вылет переносится на час позже. Прошу пройти в зал ожидания.

Толпа зашумела тревожно и возмущенно, девушка выдержала паузу и объяснила коротко и как-то совсем по-домашнему: